Подарок под елочку

Глава 10. Замок

Лилия

Дядя Саша сноровисто закручивает последний болт в дверной коробке, проверяет, как ходит новая личинка замка. Пальцы у него удивительно ловкие для семидесятилетнего мужчины — крепкие, жилистые, с мозолями от многолетней работы слесарем.

— Вот и готово, — удовлетворенно произносит он, несколько раз провернув ключ туда-сюда. — Замок как новенький, надежный. Эта дверь еще лет двадцать прослужит, хоть и видавшая виды.

Дверь действительно старенькая, потрепанная — краска местами облупилась, на деревянном полотне кое-где царапины. Но уж какая есть.

— Спасибо, дядь Саш, очень выручили! — говорю я.

— Не за что, дочка, пользуйся на здоровье, — отмахивается он, складывая инструменты в потертую кожаную сумку.

— Как это не за что, пришли на ночь глядя, даже замок свой принесли. Я вам очень благодарна… — говорю с чувством.

Дядя Саша поднимает на меня взгляд.

— Хорошему человеку отчего ж не помочь? А замков у меня уйма, так ведь не работаю слесарем уже почти пять лет, без надобности валяются в кладовке. Разве сложно личинку соседке сменить? Я внучке Клавдии Ильиничны завсегда помочь готов. Душевная была женщина, земля ей пухом… Ну, бывай, доченька.

С этими словами он забирает инструмент, кряхтя, поднимает сумку и неторопливо шаркает к лестнице.

А я наконец-то остаюсь одна в квартире, куда больше никто без моего разрешения не проберется. Поворачиваю ключ, слушаю, как четко щелкают механизмы. Теперь я в безопасности. По крайней мере, физически.

Бабушка, бабушка…

Даже спустя год после кончины она мне помогает. Хотя бы тем, что оставила после себя добрую память и соседи до сих пор вспоминают ее с теплотой. Даже стремятся помочь ее внучке. Вон дядя Саша сразу пришел на зов.

Да и квартира эта…

Ума не приложу, куда бы я шла, не будь ее у меня. Гостиница? Я что, миллионерша? Совсем нет, хотя есть свой стабильный, пусть и небольшой доход, ведь работаю на удаленке не первый год.

Есть, конечно же, мама, но она далеко. И к тому же…

Ох, все-таки мне придется ей как-то сказать, что у меня в личной жизни глобальные перемены. Так и слышу в голове ее зудящий назидательный голос:

«А я говорила тебе, что он — ненадежный товарищ!»

«Я говорила, что ты с ним еще хлебнешь горюшка…»

«Я говорила, что парни с такой смазливой внешностью не бывают верными. Муж должен быть чуть красивше обезьяны!»

Мама вообще любит повторять «Я говорила», особенно когда ее мрачные предсказания сбываются. Она это обожает — читать мораль и тыкать носом в ошибки.

Но, честно говоря, я сама себя сейчас осуждаю за глупость.

Как я могла не заметить, каков Кирилл на самом деле? Как могла закрывать глаза на его явные грубости, на то, как он разговаривает со мной, будто с прислугой?

Он даже чуточку себя виноватым не чувствует за измену, это очевидно по его поведению. Ни тени раскаяния, ни попытки оправдаться — только раздражение от того, что его посмели не послушать.

У него все в порядке, все как надо. Домой укатил, завтра собирается на работу.

Будто наш брак для него — вообще малозначимая вещь!

А вот я… У меня из груди сердце выдрали, да потом еще и растоптали.

Самое обидное — случилось это именно тогда, когда во мне зародилась новая жизнь. О которой, хочешь не хочешь, придется ему сказать. Не знаю, правда, как.

А как он смотрел на бабушкину квартиру…

Будто тут клоповник, не иначе. Губы поджал, нос сморщил — господин привык к современному ремонту и дизайнерской мебели.

Ну да, не всем повезло заработать на квартиру, как у него. Я со своей зарплатой могу разве что на хлеб с маслом рассчитывать.

Но не так уж и плоха эта квартира, в конце концов.

Не сейчас, конечно, а вообще…

Сейчас тут, правда, полная попа, и я иду эту попу устранять.

Чтобы чем-то занять руки и дать отдых взбудораженным мозгам, решаю заняться уборкой.

На кухне в раковине горой лежит грязная посуда — тарелки с засохшими остатками еды, чашки с заплесневевшим чаем, сковородка, в которой что-то пригорело. Запах стоит соответствующий.

Анька, видимо, вообще по дому ничего не делала, сучка. Не ее же, зачем стараться?

Моющего средства, конечно, нет, но в шкафчике под мойкой обнаруживаю целый арсенал чистящих принадлежностей — порошки, гели, губки. Я сама их покупала два месяца назад, когда собиралась сдавать квартиру в аренду. Похоже, Анька почти ничем не воспользовалась — стоит нетронутое.

И закипела уборка полным ходом.

Мою посуду, вытираю насухо, расставляю по местам. Собираю с пола мусор. Пылесоса нет, приходится подметать старым веником. Протираю пыль влажной тряпкой, мою полы. Раскладываю вещи по местам.

Постепенно квартира преображается.

Исчезают неприятные запахи, появляется ощущение жилого пространства. Руки заняты механической работой, и это успокаивает — не нужно думать ни о Кирилле, ни об Аньке, ни о том кошмаре, который сегодня произошел.