Подарок предназначения

Глава 7

Остаток пути вокруг травяного болота до следующей полосы серо-синего леса Генри тащил меня на руках. Упорно так тащил, явно потратив кучу магических сил, иначе давно уронил бы, а сам свалился бы следом.

Возмущаться я не пыталась, полностью осознавая свою вину. Вначале.

Генри же решил, что разговаривать со мной бесполезно. Но стоило мне попытаться открыть рот, как меня снова затапливало его злостью. Чем дальше, тем несправедливее она начинала мне казаться, хотя я сама до сих пор не понимала, что на меня нашло? Почему я вообще побежала в эту траву?

— Так нечестно, — проворчала я. — Чтобы наказать меня, тебе даже не надо шевелиться или орать.

Генри только зубы сцепил, а Клубок неодобрительно зарычал за него.

— Я злюсь не на тебя.

— Конечно, — угрюмо согласилась я, когда стоило бы промолчать.

— Я злюсь на себя, потому что решил, что тебя можно оставить без присмотра за спиной. Большая ошибка.

— Не сказала бы, что это хоть сколько-то лучше звучит.

— Оно и не должно быть лучше, — огрызнулся Генри, наконец поставив меня на землю.

Глаза у него потемнели, белки пропали, веки и щеки прочертили черные змейки-полоски. Я подавила желание потянуться к нему через связь и воспользоваться его зрением: тогда точно прямо здесь и пристукнет.

Я уныло попыталась отряхнуть кофту, но ничего хорошего не вышло. Теперь мы все трое были испачканы в болотной грязи: я — от поездки на животе, Клубок — от моего спасения, а Генри — от того, что так долго прижимал нас к себе. Отдельно от дракона мне стало холодно — до этого я почти не замечала неудобства из-за влажной одежды.

Генри с недовольным видом приказал мне идти вперед. Жестом и эмоциями, не стал даже слов тратить.

Внутри у меня разрасталась обида.

— Что ты хочешь услышать? Извинения? Извини! — совершенно неискренне ляпнула я.

— Дойти до поселения хочу, — отозвался он, осматриваясь, будто разыскивал что-то.

— Я же не специально, — сделала я чуть более искреннюю попытку. — Ты сам сказал, что место неприятное.

— Конечно неприятное: в такой траве каких только порождений не найдешь. С чего ты взяла, что это приглашение в нее зайти?

Генри пошел вперед, и в этот раз я не отставала. Вытянула вперед руку и если не держалась за рюкзак, чтобы не оттягивать его, увеличивая вес, то касаясь жесткой ткани кармана на нем. Вот такой невидимый поводок. Еще один из тех, что соединяли меня с этим драконом. Будто одной ментальной связи мало…

Его слова засели в голове. А ведь и в самом деле, с чего? Мысли у меня там запутались, а желание идти осталось. В воображении всплыла кусачка, вернулся и гневный голос профессора Золье. Напоминание о свойствах яда.

— Она меня приглашала, — выпалила я, когда Генри остановился в тени трех деревьев. Росли они достаточно плотно, чтобы создать для нас небольшую стену — хотя бы с одной стороны нападения крупных порождений можно будет не опасаться.

— Кто?

— Ну, трава, — слегка смутилась я от собственного бреда.

Генри повернулся ко мне и стал внимательно вглядываться в лицо. Признаки безумия решил поискать?

— Мне хотелось туда зайти. Бессмысленно, но хотелось. Как будто сразу все хорошо станет, понимаешь?

Клубок расправил крылья и угрожающе зашипел: уже готовился тащить меня за ногу обратно. Я ждала, когда Генри скажет, что я придумала плохую отмазку, а он только спросил:

— Почему ты мне не сказала?

Я приготовилась к его злости, а получила по ментальной связи такое горькое разочарование, что от него физически стало больно. Наказание похуже гнева. Сразу ясно, насколько не оправдала ни доверия, ни вообще ничего. Даже слезы на глаза навернулись. Пришлось быстро стереть их, а потом притвориться, что поправляю ворот, только для этого руки и поднимала.

— Я думала, что ты тоже почувствовал, раз не захотел там оставаться, — выдала я.

Звучало не хуже, чем все остальное. Правда же была в том, что в те минуты вообще рационально не думала.

— Главное, что он нас требуют, — это работа в паре, — спокойно проговорил Генри, будто и не чувствовал сейчас ничего столь сильного и неприятного. — Доверие. Ты поставила всех под угрозу, потому что промолчала.

— Только себя, — зачем-то поправила я.

— Ты правда не понимаешь, что я мог потерять тебя навсегда? — так же ровно спросил он.

Не безразлично, а безнадежно, пока я продолжала впитывать его разочарование и несчастье.

— Я больше никогда…

— Не будешь. Надо помыться, до завтра одежда просохнет, — вздохнул он. В рюкзаке была запасная, но вот пихать туда грязную и впрямь не улыбалось.

Я чувствовала усталость Генри, хоть и больше моральную, чем физическую. Он явно испытывал и ту, и ту. Я растерянно прислушалась. Если Генри решил остановиться здесь, значит, на то были причины.

Где-то и в самом деле шумела вода, звук смешивался с шелестом листвы и почти терялся за ним.

— Река?

— Скорее, ручей, — прикинул он. — Возможно, небольшой водопад.

— Если очень повезет, вода будет прозрачной, — обрадовалась я.

— Я бы не надеялся, — проворчал он, отпихивая от рюкзака, стоящего на земле, Клубка, который уже вознамерился достать оттуда ужин и ни с кем не делиться. — Хорошо, если она будет не отравлена, а берег — не занят порождениями. Но пока вблизи я никого не слышу. Отдохнешь, потом дашь мне поспать хотя бы час…

— Можешь связать меня на ночь? — перебила его я.

Не знаю, в самом ли деле мой кот понимал наш язык, но на меня синхронно посмотрели две пары одинаково ошарашенных глаз.

Слова Генри расстроили меня. Серьезно расстроили, вызвав в душе дикий протест. Будто план переночевать здесь лишал меня чего-то важного и ни в коем случае нельзя соглашаться.

— Мне кажется, оно на меня по-прежнему действует, — тихо призналась я. — Болото это или что оно там такое. Я сейчас готова на всё, чтобы туда вернуться.