Подчиненная моего отца

Глава 16

Всю дорогу до аэропорта я стараюсь быть к Максиму максимально близко. Потому что предчувствие или шестое чувство, не знаю, что это … но оно мне подсказывает, что, как только мы вернемся, все изменится. 

– Сладкая, почему так дрожишь? Тебе холодно? – Парень нежно обнимает меня за плечи, притягивает к себе.

– Немного волнительно, – растягиваю губы в улыбке. Я не хочу показывать ему, что я переживаю и мне страшно от того, что нас ждет. 

Только сейчас понимаю, что совершила непоправимое, когда не рассказала Максиму, что Степан Геннадьевич предлагал мне быть его любовницей, а теперь… 

Поднимаю глаза на парня, он вдруг опускает свои, и наши взгляды встречаются:

– Что? – Целует меня в нос. 

… а теперь у меня язык не повернется сказать ему правду. 

– Ничего, – бубню под нос, зарываюсь лицом у него на плече, не хочу, чтобы Максим видел мои переживания.

В аэропорту мы узнаем, что наш рейс задерживается.

– Можно было бы и не спешить, – играет бровями парень, а мои щеки заливаются краской, понимая, на что он намекает.

– Да, верно, – шепчу я.

Мы сидим на подоконнике, обнявшись, и я чувствую дыхание Максима на своей шее.

– В конце концов, а что нам мешает продолжить? – Парень соскальзывает с подоконника и тянет меня за собой. 

– А тебе не кажется, что это немного странно? – задыхаюсь от смущения. 

Но Максу на все плевать, он тянет меня за собой, не обращая на мое сопротивление никакого внимания.

– Это странно звучит из твоего рта, – усмехается он. – Почему-то до этого   тебя это не смущало?

– Максим, ты же знаешь, что я о другом. – Я больше не сопротивляюсь его натиску. И его уже не переубедить от того, что он задумал.

– О чем тогда? – Максим подталкивает меня в лифт, и там как назло нет ни одного человека.

– Что ты задумал? – растерянно хлопаю глазами. 

– Сейчас увидишь. – Двери лифта закрываются. 

И стоит только кабинке начать движение, Макс нажимает на панели какую-то комбинацию цифр. 

Свет в кабинке гаснет, но тут же включается приглушенная подсветка. 

– У нас с тобой есть несколько минут, – голос парня становится низким, волнующим. У меня от него мурашки по коже разбегаются. 

– Максим! – вскрикиваю, когда парень толкает меня к стенке и, подхватив под бедра, подсаживает на перила. Мне ничего не остается сделать, как обхватить его за шею, чтобы не упасть. – Что ты творишь? 

Но вся эта ситуация такая острая и дикая, что завожусь практически мгновенно только от одной мысли, что сейчас двери лифта откроются и нас кто-то увидит.

– Ты такая горячая, – рычит мне в шею, прикусывая и тут же целую укус. 

С моих губ срывается стон. Да, Макс прав: я готова. Готова к тому, чтобы он взял меня, и парень не медлит. Врывается сразу. Жестко, грубо. Но так и должно быть. В этом моменте мы так чувствуем. Я такая же, как и он. Нетерпеливая. Жадная до его прикосновений, поцелуев. И Максим знает об этом. Знает о том, что дышу в эти мгновение только им. И парень без оглядки берет все, что я ему отдаю, до последней капли, до последнего вздоха. 

– Я люблю тебя, – рычит мне в губы Максим, вбиваясь в меня до предела.

У меня из глаз сыплются искры, и сердце рвется выскочить из груди, чтобы метнуться ввысь. Еще толчок, и я сгораю, как вспыхнувшее перо, мгновенно в лавине эйфории, захлестнувшей меня с головой.

– И я люблю… – Подставляю сухие губы для поцелуя, но кабинка вдруг дергается, и Макс резко отпускает меня.