Поделитесь ядом, профессор!

Глава 4 О том, что адепты грешны, а их преподаватели не святые

- Я даже не знаю, с чего начать, Акация. - Куратор откидывается на спинку своего огромного кресла и устало трет виски, круговыми движениями массирует кожу и прикрывает глаза, очевидно, уходя в успокаивающую прострацию. Пока не вспоминает, на чем мы остановились.

- Арррррр, придушить тебя охота! - Вскрикивает он, с ярко пылающим взором испепеляя меня. А я сижу молчком и уныло вздыхаю на каждый его гневный прищур. - Сколько жалоб, сколько косяков! Ты понимаешь, что тебя не хотят допускать к дипломной работе!? Профессор Шарони лично настояла, чтобы ты повторила год!

Вздрагиваю от ядовитого шипения белого нага и строю ему умилительную мордашку.

- Ну, профессор, вы сами знаете, какая требовательная госпожа Шарони.

- Ты ей нагрубила!

- Это был конструктивный ответ на ее критику.

- И сорвала коллоквиум, продавая одногруппникам шпаргалки с ответами!

- Ничего по

добного, - возмущенно вскрикиваю я, отчаянно контролируя мимику. Тут главное не переиграть! - Я просто помогала своим одногруппникам подготовиться к коллоквиуму. А то, что парочка из них забыла их в кармане, когда пошли отвечать, - чистое совпадение. И вообще, не доказано, что автор всех шпаргалок была я!

- Акация! - Пусть он и змей, но в данный момент голос Майдара походил на рычание бешенного волка. - То, что ты научилась писать разными почерками, совсем не значит, что твое преступление не доказуемо!

Ну, возможно, где-то он и прав. И с Шарони у меня свои терки еще со второго курса. С молодой преподавательницей мы не нашли общего языка. И в целом я ждала от нее какого-то интересного «выступления» в год выпуска. Но не допускать к дипломной! Это чересчур даже для такой суки, как она.

Причем в прямом смысле, ведь Амелия Шарони - волчица.

- Каюсь, грешна, - перехожу я в защиту, раз с наступлением не прокатило. - Но вы и сами знаете, как нам, лекарскому факультету, тяжело. Профессор, прошу, замолвите словечко за меня. Как это повторить год?! У меня и тема для дипломной есть!

Бессовестно вру я про тему, смотрю умоляюще на Майдара.

- Ну пожаааалуйста! Вы и сами знаете, что госпожа Шарони не всегда объективна! А благодаря моим шпаргалкам все наши сдали, даже самые захудалые двоечники.

Подмазываюсь к нему с другой стороны. Белый наг тяжело вздыхает, трет переносицу, взирая на меня по-отчески строго.

- Ой и мотаешь мне нервы, на линию огня толкаешь, - следом трет подбородок и задумчиво шепчет, будто беседуя сам с собой. - С другой стороны, профессор Заур фэр Белан хвалит тебя, и господин Николя Саправский тоже поет оды в твою честь.

Морщится, как от зубной боли, кидая перо на стол.

- Вот умеешь же ты, Альба, проблемы себе на голову создавать. У одной части преподавателей в любимчиках ходишь, а другие уже тропу в мой кабинет протоптали с жалобами на тебя!

- Ну я же не специально...

Вырывается у меня извиняющий всхлип. Если надо будет, и слезу пущу, как-никак четвертый курс! Не первый же! Опыт имеется.

Но и Майдар знает меня как облупленную, так что перебарщивать не стоит. Впрочем, куратор задумчиво замолкает, снова трет подбородок и неожиданно щурит глаза с таким видом, будто по меньшей мере раскрыл путь к источнику вечной жизни.

Ой, не нравится мне этот взгляд. Ибо за четыре года под сильным правлением белого нага мы и сами его неплохо изучили.

- Значит так, Альба, будет тебе допуск к дипломной, утрясу я вопрос с Шарони. Но!

Поднимает указательный палец вверх, делая грандиозную паузу, якобы намекая, что сейчас я обязана собрать по всем углам свою внимательность и хорошенько вслушиваться в его речи.

С готовностью киваю, приподняв одну бровь вверх в вопросе.

- Но?

- Я решаю твои проблемы, а ты мои.

Вздыхаю с облегчением и тяжестью напополам. Да, так бывает...

- Опять подрабатывать лаборанткой на каникулах у некромантов?

- Подрабатывать на каникулах, - кивает он головой, а потом добавляет: - Но не у некромантов и не лаборанткой.

- А где?

Напрягаюсь, ибо это что-то новенькое. А мне как бы и по-старому неплохо жилось.

Майдар выстукивает пальцами короткую дробь по краю своего стола, говорит вроде спокойно и даже дружелюбно, но я четко улавливаю меркантильный интерес на дне синих наговских глазищ.

- В академию прибывает один гость, мой давний друг. У него, скажем так, есть определенная миссия государственного масштаба. Ему нужен помощник, специалист из нашего «мира».

Крутит он пальцами в воздухе, уронив последние слово. И все вроде как звучит безобидно, но меня все равно что-то беспокоит.

- Ммм, - кусаю губы и, таки не удержав язык за зубами, интересуюсь: - Я дико извиняюсь, профессор, а где подвох?

- Там, где ты, паршивка такая, настрочила с десяток шпаргалок и чуть не сорвала коллоквиум! - рявкает он, потеряв всякое подобие терпения, зыркает на меня: - Ты еще тут интерес ищешь?

- Ну что вы?! - моему фальшивому возмущению не поверит и ребенок, но Майдара чутка отпускает. - Я просто эм... как его? О! Уточнить детали! А так на все готова на благо родимой Академии!

- Правильный настрой. - С одобрением тянет профессор. - Тем более тебе еще жалование за это полагается.
И мне бы обрадоваться, но задом чую, что-то тут не так. А чуйка моя меня редко подводила. Но Майдар так меня гипнотизирует взглядом, что я не могу не натянуть на лицо довольную улыбку.

Получается она кривой, но что поделать?

- И кто этот... фэр?

- О, гениальный военный лекарь, уверен, от него ты многое сможешь перенять. Да, характер у него тяжелый, ну что поделаешь. - Жмёт куратор плечами и, видно, узрев испуг на дне моих глаз, спешит дополнить образ своего загадочного друга комплиментами: - Тебе не стоит переживать, он благородный наг и справедлив. Да, требователен, но всё оно на благо нашей нации!

Что-либо сказать не успеваю. В дверь раздается четкий стук, а следом со скрипом она открывается. Взгляд куратора приобретает оттенки облегчения и предвкушения?