Подъезд

Подъезд

Входная дверь медленно закрылась, оставляя меня наедине с темным лестничным пролетом пустого подъезда. Квартира — на четвертом этаже. Я поправил за спиной рюкзак и начал подъем.

Подъезд звенел тишиной и чистотой - непривычно для типичных пятиэтажек. Ну что ж, это внушало оптимизм. Может, соседи попались тихие и порядочные?

Открыв дверь, я вошел в новое жилище. Ох, сколько съемных квартир я перевидал за свою жизнь. Эта ничем не отличалась: типичная планировка, запах «бабушкиной» квартиры, вечно капающий кран. В отличие от подъезда - все привычно. Вот только тишина. Звенящая, неестественная. Она совсем не вписывалась в стандарт многоэтажки. Особенно с распахнутыми настежь окнами. С улицы не доносилось ни звука.

Первый вечер не принес открытий. Все та же безмолвная тишина. Ни звука от соседей. Неужели наконец-то повезло? Ни пьяных воплей за стенкой, ни топота маленьких ножек сверху. Я ничего не имею против детей или, скажем, «культурного» отдыха - но мы ведь все ценим уединение, верно? И все эти звуки, ставшие привычным атрибутом съемной жизни, этому уединению нисколько не способствуют. Снимаешь квартиру – получаешь соседей бонусом. Нравится - терпишь. Не нравится – все равно терпишь. Терпение вообще, главная черта человека, выпущенного отечественным конвейером. Увы, меня такое наследство не особо радует. Но вернемся к странностям.

Ночь прошла спокойно. Утром, выйдя на лестничную площадку, я - бывший курильщик - сразу учуял запах сигаретного дыма. Так, значит, соседи все-таки есть. Но ни пепельницы, ни окурков, ни пепла обнаружено не было. Ладно, возможно, тянет из чьей-то квартиры.

Вернувшись вечером с работы, я снова встретил в подъезде гнетущую тишину. А за последующие вечер и ночь - ни одного признака живущих рядом людей. Ну, допустим.

Последующая неделя окончательно укрепила мою веру в невидимых соседей. Запах сигаретного дыма по-прежнему появлялся изредка. Редкое поскрипывание сверху - тоже. И кто-то поливал цветы на окне лестничной площадки, между моим и верхним этажами. Я даже начал привыкать к этому странному распорядку. Пока не встретил её.

Мне пришлось задержаться на работе, и домой я вернулся уже к полуночи. Поднимаясь по лестнице, я думал только о еде (надеюсь, в холодильнике остались пельмени) и горячей ванне, поэтому даже не сразу обратил внимание, что меня окликнули. Сквозь плотную завесу сладостных мыслей ко мне пробился голос. Я остановился, все еще не веря, что голос настоящий, и завертел головой. Оказалось, я стоял на площадке третьего этажа, а в одном из дверных проемов стояла маленькая старушка с иглой и ниткой в руках. Ну наконец-то, даже обрадовался я, - соседи во плоти. Подойдя к ней, я услышал тихую просьбу: помочь воткнуть нитку в игольное ушко. Конечно, я без труда это сделал. Вот только умудрился уколоться, когда принимал из ее дрожащих рук иголку. Плюс ко всему, она действительно очень плохо видела - с первых двух попыток забрать иглу, просто слепо шарила руками вокруг меня. Как же она собиралась шить?

Уже в квартире, расслабляя уставшее тело в горячей ванне, доверху наполненной пеной, я радовался: загадка тихого подъезда наконец-то решена. Я просто поселился в стане стариков, которые не то что шуметь - передвигаются с трудом. Но следом за этой успокоительной мыслью скользнула другая - странная и даже пугающая. Я вспомнил: я остановился только потому, что соседка меня позвала. Позвала по имени. А ведь я ее даже не заметил, пока она не окликнула меня.

Скажу честно, меня это напугало. Не могу объяснить природу этого страха, но ванна в тот же миг перестала казаться уютным убежищем. Как она могла меня знать? Я здесь без году неделя, мы никогда раньше не пересекались. Хозяева квартиры вряд ли стали бы докладывать соседям, кто к ним заселился. Да и живут они в другом городе, квартиру мне сдавал риелтор. Я-то уж обрадовался, что странности кончились, а выходит - их стало только больше.

Впереди меня ждали два выходных дня, и я решил побольше разузнать о месте своего проживания. Начал, разумеется, со звонков риелтору и хозяевам. Но, видимо, выходные они проводили за городом - телефоны обоих были вне доступа сети. Ну, это нормально. Сейчас вновь в моде загородный отдых с прилагающимися спортивными мероприятиями.

Следующим шагом, опять же очевидным, стал поиск в интернете. К сожалению, он не дал ровным счетом ничего. Кроме географического положения дома, всемирная паутина ничего не знала о нем и его обитателях. Оставался последний вариант - прогуляться до местной библиотеки. Можно было, конечно, пройтись по всему подъезду и просто познакомиться с соседями, но это уже, на мой взгляд, попахивало паранойей. Что я им скажу? Чтобы они чаще попадались мне на глаза и начали, как нормальные люди, орать пьяные песни по вечерам? Или срочно завели перфораторы и громко топающих детей? Бред.

К тому же меня пугал не только подъезд с его невидимыми жильцами. С улицы по-прежнему не доносилось ни звука.

Я подошел к кухонному окну и окинул взглядом двор. Стандартная для провинциальных городов детская площадка - давно забытая местными властями - встретила меня тишиной и безлюдьем. Ни одного ребенка, ни бомжа, ни случайного прохожего. Даже цвета казались тусклыми, безжизненными. Словно на реальность наложили фильтр.

А потом раздался плач. Сначала тихий, затем все громче. Я судорожно шарил взглядом по площадке, пытаясь отыскать источник. Наконец увидел - прямо под карнизом у подъездной двери, частично скрытая в тени, стояла детская коляска. Сомнений не осталось: звук шел оттуда. Я кинулся к входной двери, на ходу запихивая ноги в тапочки. Пулей слетел по лестнице, даже не прикрыв за собой квартиру. Домофон противно запищал, когда я нажал кнопку разблокировки, и я вылетел на улицу. Никакой коляски не было. Никто не плакал. А по двору спокойно ходили люди.