Подкаст в десять вечера

Глава 3

Надя

Когда в класс приходит новенький — все начинают шевелиться. Вот буквально все. Даже самые спокойные, те, кто обычно сидят с вечным видом «мне-вообще-всё-равно», вдруг вытягивают шеи, начинают шевелиться, перешёптываться. И это ведь закон. А если новеньких — двое, да ещё одновременно, да ещё и разные, как лимонад и чёрный кофе, но при этом оба… ну, как бы это сказать без лишней поэзии — красивые, то всё. Можно звать психолога, отменять уроки, и просто садиться в круг, чтобы обсудить: а что теперь делать с нашей нервной системой?

Всё началось на первом уроке — география. Лидия Степановна как раз открыла карту, и в классе уже зазвучали привычные зевки, как вдруг… хлопнула дверь. И показалась наша классная Юлия Геннадьевна, а за ней — два парня.

Один — светлый, с чуть взъерошенными золотыми волосами. Глаза — как утро в августе: светло, но с каким-то тайным оттенком грусти, немного смущённая, но вежливая улыбка.

А второй — как раз наоборот. В нём было что-то уличное, дерзкое, как будто он не пришёл в школу, а зашёл между двумя боями. Волосы густые, вьющиеся, стрижка — с выбритыми боками. Он стоял, не пряча взгляда, как будто сразу расставлял границы: не трогай, не спрашивай, не лезь.

Юлия Геннадьевна посмотрела на Лидию Степановну и, вежливо улыбнувшись, сказала:

— Лидия Степановна, прошу прощения, что прерываю. Хочу представить новеньких учеников — Никиту и Арсения. Ребята, может, скажете пару слов?

Светленький, Никита, сделал шаг вперёд, и в тот момент у меня внутри, честно, всё сжалось. Потому что, стоило ему заговорить, как я вздрогнула. Этот голос.

Тот самый.

Он.

Мой ведущий. Мой подкаст. «Пластинка на закате».

Могла ли я ошибиться? Нет. Сто процентов — нет. Я бы узнала этот голос даже сквозь шум прибоя, даже если бы меня разбудили в три ночи и спросили — чей это тембр?, я бы ответила правильно. Потому что у меня идеальный слух. Это не самовлюблённость — это факт, доказанный моей учительницей по сольфеджио в пятом классе.

Никита говорил чётко, спокойно, с той самой паузой перед окончанием фразы, которую я знала наизусть:

— Добрый день, мои будущие одноклассники. Меня зовут Никита Смирнов. Можете меня называть Ник, Кит. Я очень рад учиться в вашей школе и с вами.

Он улыбнулся — вежливо, но, мне показалось, что скуки в этой улыбке было больше. Юлия Геннадьевна кивнула Арсению:

— А теперь ты, Арсений.

Тёмный парень пожал плечами

— Привет. Меня зовут Арсений Щеглов. Если захотите сократить до Сеня — лучше не стоит. Себе дороже выйдет.

В классе зависла пауза. Арсений смотрел прямо, спокойно, с такой уверенностью, что стало немного не по себе. И одновременно — интересно.

Юлия Геннадьевна, как будто тоже чуть напряглась, но быстро кивнула:

— Хорошо. Можете присаживаться.

Арсений, не торопясь, подошёл к моей парте и плюхнулся на соседний стул. Я замерла, а потом прошипела:

— Занято!

Он медленно повернул ко мне голову, выгнул одну бровь, и его губы тронула едва заметная, почти издевательская полуулыбка:

— Это кем же?

— Анной Лисиной, — сказала я, стараясь не смотреть ему в глаза. — Мы с ней всегда сидим вместе.

Ладно, почти всегда. На химии я сижу со Родькой, а Анной с Валеркой. Мы с ней обе в химии вообще никакие, вот нас и рассадили, так сказать, подтянуться.

— Ну, её же нет, — пожал плечами Арсений. — Значит, свободно. А придёт — пересядет.

— Ну нет! — Я чуть не стукнула кулаком по парте, но сдержалась. — Мы с ней на всех уроках вместе сидим. Вон сколько свободных мест. Хочешь — садись за последнюю.

— Неее... — протянул он, устраиваясь поудобнее. — За последнюю не хочу. Там спать тянет, а здесь лучше видно. Да и тебе, по-моему, помощь не помешает.

Он кивнул подбородком в сторону моей тетради.

Там красовалась жирная «3», написанная красной пастой, как плевок в душу. Я резко прикрыла её рукой, ощущая, как щеки начинают гореть.

И выдохнула сквозь зубы:

— Ты прямо отличник?

Арсений пожал плечами, словно не считал нужным особенно распинаться:

— Ну… как сказать...

И тут на первую парту с грохотом уселся Никита и сразу повернулся к нам.

— Сеня...

— Арсений, — сухо поправил его Арсений.

— …забыл упомянуть, что его выгнали из предыдущей школы, — продолжил Никита, будто и не заметил исправления. Или заметил, но проигнорировал нарочно.

— Как и тебя, — спокойно парировал Арсений.

— Поэтому он перевёлся сюда, — не унимался Никита.