Подкидыш для Лютого

Глава 5

Ждать пришлось долго. Меня словно специально выдерживали, доводя до белого каления. Наконец вызвали в кабинет следователя. Он с первой минуты выразил свое недоверие к моей личности.

- Назовите свое имя и фамилию.

- У вас же все сведения обо мне уже есть.

- Отвечайте, когда спрашивают. Вы не в ночном клубе.

Пришлось повторно выложить все сведения о себе: не был, не привлекался и так далее.

- Ваши предположения – кто мог подбросить ребенка?

- Да откуда же мне знать? Я уже рассказывал.

- Потрудитесь пересказать еще раз.

Пришлось подробно описать предрассветную историю и дальнейшие события.

- И что совсем не знаете, кто бы мог оставить девочку под дверью?

- Абсолютно.

- Не прикрываете ли кого-нибудь из своих пассий?

- У меня нет и не было никаких, как вы говорите, пассий. Живу один. Никого не трогаю. Вы лучше скажите, что с девочкой?

- Откуда знаете, что это девочка?

- Так ведь при мне медработник Дома малютки ее осмотрела.

Я устал. Голова еще гудела. Но тут я вспомнил крохотное личико подброшенной девочки, и что-то опять дрогнуло во мне.

- А что с ребенком? – зачем спросил, сам не понимал.

- Волнуетесь? Значит все-таки знаете мать малышки?

- Да не знаю я никого. Говорю же, под утро услышал странные звуки. Выглянул – а там сверток. Поднял. Жалко стало. Сразу же позвонил в полицию. Все.

- Ладно, ладно, не горячитесь. Я должен задать эти вопросы по долгу, так сказать, службы. Не беспокойтесь, с девочкой все хорошо. Она под присмотром. Ее определили в Дом малютки.

Нам ведь надо выяснить, кто ее мать. Вот и допрашиваю Вас. А так Вы все правильно сделали.

Следователь тяжело вздохнул. Я даже пожалел его – это же, наверняка, глухарь. Поди сыщи эту тварь! Небось уже укатила из города.

Он извинился передо мной, поблагодарил за правильные действия:

- Может быть, Вы нам еще понадобитесь. Поэтому никуда не уезжайте. Подпишитесь, что ознакомлены.

Я быстро подмахнул подсунутую мне бумажку. И с облегчением распрощался с ним.

Никогда не понимал, по какой такой странной схеме слухи распространяются молниеносно.

Когда я появился в офисе, обратил внимание, что сотрудники с сочувствием посматривают на меня. Постарался сделать вид, что не замечаю их взгляды. На ходу бросил:

- Настя, кофе!

Войдя в свой кабинет, с наслаждением грохнулся в кресло. Настя вошла в кабинет с таким видом, словно несла мне не чашку бодрящего напитка, а лекарство для тяжелобольного человека.

- Что-то случилось? – спросил я ее. – Откуда трагизм в глазах?

- У меня – ничего. А вот Вы как?

- А что я?

- Ну, говорят…

- Так что же обо мне говорят в нашем муравейнике? - Я впился глазами в несчастную девушку, которая уже пожалела, что произнесла роковую фразу. Мне стало жалко ее. В принципе, моя секретарша было милой и привлекательной простушкой. Лет десять назад я бы точно не прошел мимо нее, но сейчас мое опустошенное сердце не привлекал ни один миловидный женский образ.

Да и мысли были заняты далеко не прелестницами. Кроме работы меня последние три года вообще ничего не интересовало. А трудолюбивые коллеги, посвятившие свою жизнь служению в моем коллекторском агентстве, были настолько погружены в свои личные и служебные проблемы, что им было не до меня.

Мне стало интересно, что же такое обо мне говорят.

Не секрет, что меня побаиваются.

Не секрет, что я прослыл женоненавистником.

Не секрет даже то, что за глаза меня называют Лютый.

Бедная Настя готова была провалиться сквозь землю под моим пристальным взглядом. Она работала в агентстве недавно и, наверняка, трепетала при одном только упоминании о моем никнейме.

- Понимаете… я не верю, что… - слова застревали. Было видно, что она очень взволнована и испугана.

- Да уж договаривайте, - как можно тише и спокойнее попросил я оробевшую девушку.

- Рассказывают, что Вам… ребенка подбросили, - почему-то шепотом выдавила она из себя.

- А, это. Ну так успокойте всех, что я к его рождению не имею никакого отношения. А теперь можете идти.

Девушка пулей выскочила из кабинета. А я опять всерьез задумался о том, какая же сука решила мне насолить. И главное – за что!

Представил себе, какой восторг испытывали мои подчиненные, мусоля новость в кулуарах. Правда, чувствуя себя абсолютно безгрешным, я тут же выбросил эти мысли из головы. Но мозг не желал расставаться с происшествием.

Что теперь будет с этим бедным существом? Так и будет маленькая крикунья прозябать в Детском доме? А, может быть, ее удочерят? Хорошо бы. Но кому нужен чужой ребенок, если родной матери он без надобности.

При этой мысли какая-то неведомая сила выбросила меня из кресла. Не глядя ни на кого, я буквально выскочил из офиса. И, практически не отдавая отчета своим действиям, уже мчался на своем джипе в Дом малютки.

Позже, восстанавливая в памяти свое сумасбродное поведение, я понимал, что мое появление там вызвало вполне естественный переполох. Сумасшедший взрослый мужчина врывается во вполне себе мирное заведение и с горящими глазами с ходу грозно вопрошает:

- Где девочка?

Медсестра, встретившая меня, пыталась урезонить накал моих страстей. Но глаза у самой были испуганные:

- Какая девочка? Вы о ком? Успокойтесь и подождите в коридоре.

Захлопнув передо мной дверь, она куда-то умчалась. А вместо нее ко мне вышла женщина-врач. Ее строгое лицо умерило мой пыл, и я уже смиреннее спросил:

- Подкидыш? Ее ведь сюда определили. Сегодня утром.

- И что?

- Я хочу забрать девочку! – выпалил в запале.

- Ну что же Вы, батенька, сюда примчались? Судьбу девочки решают сотрудники полиции и органы опеки. И еще: первые десять дней за подкидышем может обратиться мать. Правда, ей придется доказывать свое материнство генетической экспертизой. Если же через две недели за ребенком никто не обратится, в этом случае можно будет оформлять удочерение малышки. Так что Вы уж не торопитесь.