Подкова. Десять лет спустя.

Глава 14. Льются песни, льются вина и стучат, стучат, стучат бокалы в такт...

Глава 14

♪

♫☺♫☺♫

Льются песни, льются вина

и стучат, стучат, стучат бокалы в такт…

♫☺♫☺♫

♪

— Ну, как бы тебе сказать… - начал Юра. – Понимаешь…

 Но договорить не успел. Краем глаза, пока смотрел на Настю, заметил, как Добрев поставил подножку Саше и тот тяжелым мешком свалился на землю. Случайность или нет? Но публика вникать не стала. Порицаение не заставило себя ждать. 

— Это не честно! Не по-пацански! – закричали парни, болевшие за Сашу.

 Первые спохватились Юра и Сергей. Побежали к Ромалийскому. Друзья изначально хотели просто помочь Саше подняться, но Антон неправильно расценил их действия, восприняв это, как агрессию на себя.  Потому в целях защиты добротно всёк Сергею, стоило тому приблизиться.

 И понеслась душа в рай. Одник кинулись заступиться за Сергея, другие поддержать Антона. В центр повалили все без разбору: девушки, парни, собака, которая отвязалась от привязи. Человек пятьдесят по меньшей мере. Началась массовая драка. В какой-то момент это нельзя уже было назвать "стенка на стенку". Забыли с чего начали. Теперь это был бой всех против всех. Уже было не важно кого - главное бить.

 Один особо смекалистый гость, кажется, это был дядя Степа, подошел к диджею и попросил поставить песню Верки Сердючки «Гуляночка». 

«♪Льются песни, льются вина и стучат, стучат, стучат бокалы в такт…♪» - загудело на всё село.

 Женщины пищали, призывая дерущихся остановится, кто-то бросился, чтобы вытянуть близких оттуда, собаки по селу начали перегавкиваться, мамочки кинулись закрывать детям глаза и уши, уводя подальше от происходящего. И только местный «филиал дома престарелых» восторжено хлопал в ладоши, одобряя этот хаос.

— Ух, молодежь, - кряхтя восхищался восьмидесятилетний дед Вася, - Как же я им завидую. Был бы я лет на шестьдесят моложе я бы показал им, как надо!

— И не говори, - ответил ему не намного моложе него дед Антип, - Не драка, а вальс какой-то, тьфу. Помнишь, как мы с тобой на свадьбе Петьки и Любки Арабажийских подрались? Вот это была драка так драка, а это что?

  Увы, кроме стариков, массовое побоище под песню Верки Сердючки никто не оценил. Люди пытались остановить происходившее безумие, но слабо представляли как. Все дело было в том, что участвовали в драке самые молодые и крепкие, сравнятся с которыми было невозможно. Сил у остальных, чтобы утихомирить их попросту не хватало.

— Господи-божечьки! – причитала леля Люба. – Что творится-то! Коленька! Коля, что делать?!

— Коля. – проворчал восьмидесятилетний дед Вася к отцу жениха. Сам он приходился Коле дедом по отцовской линии. – Поди сюда, помоги мне. Сейчас задим им жару!

 Тем временем драка и не собиралась останавливаться. Не обошлось, понятно дело, без Махно Анастасии Сергеевны. Умница и красавица, лучшая студентка на потоке, была там чуть ли не самая активная. Девушка мастерски отвлекала противников, пока братья близнецы занимались их «ликвидацией». Даже самолично успела потягать за волосы Иру и Юлю.

 «Всегда их терпеть не могла. Курицы нафуфыринные», - довольствовалась местью Настя.

 Каждый в этой драке преследовал сугубо личные интересы и пытался расквитаться за старые обиды, как это сделала Анастасия. Кстати, в числе ее заслуг было и то, что она стукнула одного громилу пиалой с желе, спасая родственника от нападения. Правда с остатками десерта пришлось распрощаться.

— Так их, так! – кричала Настя подбадривая братьев.

— Ксероксы! - отвлёк близнецов Юра. Братьев так называли из-за внешней схожести. -  Сюда!                                                                 

 «Что там?» - подумала девушка, не подозревая, что её дорогих «копированных» родственников окликнули неспроста.

 Эта была ловушка и предназначалась она именно ей. Ведь теперь, когда близнецы отвлеклись, она осталась фактически без поддержки в тылу. Настасья резко обернулась в другую сторону, чтобы посмотреть, что творится за её спиной, но внезапно уткнулась в чью-то грудь.

— Аааа! – взвизгнула от неожиданности девушка и, закрыв глаза, стала наотмашь бить противника десертной ложкой.