Подмена, или Господин ректор, вы не правы

Глава 4

Нос где-то подозрительно долго отсутствовал. Я уже сделала все задания, а его всё не было. Обычно он пропадал часа на два, но потом обязательно появлялся и проверял, что я делаю.

Решив, что полы могу и вечером помыть, так даже спокойнее будет, я отправилась в библиотеку. Помещение, отданное под книжное королевство, было огромным и находилось в подвальном этаже. Без жучков помощников, созданных артефакторами, найти здесь что-то полезное было немыслимо, несмотря на все картотеки.

А так библиотекарша справилась за несколько минут, и мне вручили три книги. Я уселась за стол и пропала для мира на несколько часов.

Реферат попался по нудной теме. Происхождение рун древнего Архавара. Надо сказать, что эти руны были самыми сложными из всех. Иногда мне казалась, что их создавали не совсем трезвые личности. Ни одной прямой линии или правильной геометрической фигуры. Всё перепутано, символы искажены. Несмотря на это руны были рабочими и при некоторых ритуалах использовались только они.

О происхождении их было много споров, а потому было пять версий. Пока я всё описала, за окном стало темнеть. Нос так и не появился, хотя очень любил гонять по библиотеке жучков. Библиотекарша вначале ругалась, а потом махнула на него рукой: призывать Носа к порядку было занятие неблагодарное.

Я сложила в сумку написанный артефакт и отправилась убираться. Если бы я знала, что Палмер Буш уйдёт с Академии, а взамен пришлют Ричарда Грана, то никогда бы не согласилась на ректорский кабинет. Лучше мыть лаборатории с их вечно испачканными полами и грязными стенами.

Я быстро шла по коридору мимо портретов, с которых на меня взирали хмурые лица. Не выдержав, я оглянулась и, никого не заметив, показала лохматому типу с тёмными глазами и загнутым носом язык. И могу поклясться, что он ответил мне тем же. Остановившись, я подошла ближе и минуты три всматривалась в лицо живущего сто лет назад дворцового мага, но больше ничего не увидела.

Решив, что это у меня после Архаварийских рун галлюцинации, я спокойно отправилась к двери деканата. Она оказалась запертой. Открыв, я быстро протёрла пыль со всех рабочих поверхностей, полила цветы и отправилась за своим инвентарём. Через пять минут я несла ведро, а вода плыла рядом. Здесь мне никто не запрещал пользоваться магией, поэтому убралась я быстро.

К кабинету ректора я подошла на носочках и прислушалась. Было тихо. За окном смеркалось. На небе стали появляться первые звёзды. Открыв дверь ключом, я зажгла солнечные светильники. Их заряжали адепты артефакторы от солнца и разносили по кабинетам.

На столе секретарши стояла чашечка со следами красной губной помады. По всей видимости, тира Руби Осволь очень торопилась, раз оставила её на рабочем месте. Обычно эта пунктуальная женщина не позволяла себе таких вольностей. Всегда строго одетая, с гладко зачёсанными в пучок волосами, она являла собой образец секретарши.

Помыв чашечку, я убрала её в шкафчик и прислушалась. За дверью кабинета не было слышно никаких звуков. Я постучала. Никто не ответил. И только после этого осторожно открыла и заглянула. Судя по мраку, что царил в помещении, никакого ректора здесь и в помине не было. Зря волновалась.

Я включила освещение и быстро протёрла пыль. Её почти не было, потому что я занималась этим каждый день. Попробуй не сделай и въедливая профессор Тайрон, решившая взять на себя часть забот о ректорском кабинете, выест мозг своими придирками. Проведёт по поверхности своим кривоватым пальцем и будет вопрошать: что это такое? Поэтому лучше сто раз пробежаться с тряпкой, чем один раз её выслушать.

Расправившись с пылью в кабинете и приёмной, я отправилась за водой. Нос так и не появлялся. «Где носит моего фамильяра?» — размышляла я, неся полное ведро воды. Магию не применяла, хорошо помня нашу прошлую встречу с ректором. А то вдруг снова нагрянет!

Я уже почти дошла до цели и в недоумении остановилась. Когда я уходила, дверь в приёмную оставалась открытой. Это я точно помнила. А сейчас она была закрыта. С минуту я таращилась на неё, не зная, что предпринять.

«Неужели, ректор?! И чего ему не спится, спрашивается! Шастает тут по ночам, народ пугает».

— Ты чё это дверь гипнотизируешь? — раздался за спиной старческий надтреснутый голос.

От неожиданности я подскочила на месте и развернулась.

— Фух, тира Шелли! И напугали же вы меня.

Передо мной стояла уборщица, которая мыла коридоры. Старушке на вид было глубоко за… Несмотря на возраст, она была шустрая, подвижная, и всегда умудрялась оказываться там, где её меньше всего ждут. Увидев и услышав всё, что её не касалось, неслась к начальству «докладовывать». Иногда мне казалось, что именно за это качество её держали на работе и очень ценили.

— Так чё стоишь-то? Открывай давай! Или чегой там?

— А ничегой там нет, — не удержавшись, передразнила я. — Просто я оставляла её открытую, а сейчас она закрыта. Тира Шелли, а это, случаем, не вы её?

— Чегой не я? — на меня уставились хитрые голубые глазки, в которых сквозил живейший интерес.

«Вот только её здесь и не хватало!» — раздражённо подумала я. — Сейчас прицепится как банный лист».

— Я спрашиваю: не вы её закрыли?

В ответ старушенция так яростно затрясла головой, что ведро в её руке звякнуло, а швабра подпрыгнула.