Подменённая невеста для чёрного дракона

Глава 20.

Мы обещали остаться друзьями. Вчера. Когда прощались он чувственно обнял меня, прильнул к моей щеке и попросил стать его другом. Просто другом – раз нам не суждено стать парой.

Я ощутила комок в горле, который не дал чётко говорить, заглушила желание зареветь прямо там на месте и утвердительно кивнула.

Друг.

Если таким способом я смогу его видеть, разговаривать с ним, находиться в его обществе, то я всеми руками "за", если это всё что мне будет позволено – то нет.

Я перестала чувствовать, слышать его мысли и видимо он тоже. Либо это чьё–то влияние так действовало на нас, либо это мы скрыли своё присутствие друг от друга. Я действительно не хотела, чтобы Мелим читал моих тревог, желаний остаться с ним, которые разрывали меня изнутри.

Обещание.

Как только мои мысли становились для меня опасными, когда они разжигали моё воображение и желание, я моментально, сама того не ведая, представляла разрушенный мир, множество покалеченных судеб. Нет. Я медленно остывала, приходила в себя, а потом начиналось всё по кругу.

С утра, на следующий день, я встала моментально. Не в силах находиться в одиночестве в своей комнате, я вышла из неё и направилась завтракать.

За нашим драконьим столиком меня ждали Ида и Лукра. Девушки активно что–то обсуждали, а стоило мне подойти ближе моментально замолчали.

– Что происходит? – Я насторожилась, поставила поднос с выбранными блюдами – блинчики со сгущёнкой и немного малинового варенья с тостами и яблочный сок – и села за стол.

– Ничего такого о чём мы не можем поговорить. – Весело начала Лаида.

– Лиреда выгнали. – Закончила Лукреция и звонко рассмеялась, будто сам этот факт придавал ей неописуемое наслаждение.

– А мне сказали, что он сам ушёл.

– Ну, что ни говори, а больше он проблем нам, а особенно тебе, не доставит. – Лаида удовлетворённо облокотилась на стул, скрестила руки на груди и оглядела зал. – И эти сестрички, тоже заткнулись, наконец–то.

– А как твой отец отнёсся к твоему возвращению? – И как я забыла о Дареде? Об этом радушном, светлом человеке?

– Папа? Ну, – Лаида улыбнулась, наклонилась к столу, взяла и отпила из стакана тыквенного сока, – первое время я капала ему валерьянки, чтобы он успокоился, а затем серьёзно с ним поговорила и он, знаешь ли, принял мои слова и успокоился. А вот насчёт мамы, – девушка фыркнула, по–видимому отношения между ними не слишком то и тёплые. Ида изменила голос до писклявого, начала размахивая руками и поджимать губы изображая свою матушку, – раз взялась подменять кого–то, то пусть выполняет свою работу, иначе она подставила всех нас, как она могла, да как посмела, вот только увижу её, дочка, ты сама хороша, не могла найти замену получше или подготовить её тщательнее, нужно было следить за ней лучше, этот Лиред никогда у меня доверия не вызывал, в своё время я предлагала тебе отличную партию, а что в итоге вышло…, – Лаида передёрнулась приходя в свой облик, – и всё в том же духе на протяжении всего вечера. У неё всегда так. Даже если мы выбираем в магазине комод в мою комнату заканчивается всё женихами.

Ещё полчаса мы болтали обо всём на свете, я приятно провела время. В комнату я не хотела возвращаться, опять оставаться одной и думать, думать, думать. Мечтать. Поэтому позавтракав и оставив девушек заниматься своими делами направилась в читательский зал. Там я смогу почитать и, возможно, хоть на миг заглушу одиночество.

И действительно зал был заполнен людьми и драконами. Походив мимо книжных полок, я выбрала, привлекшую меня по корешку, книгу. Оглядела зал отыскивая свободное местечко и наткнулась на Мелима. Он сидел в дальнем углу, один, и внимательно за мной наблюдал. Я не стала делать вид, что мы не знакомы и направилась прямиком к его столику.

Служанка тут же принесла чай.

Первые минуты мы неловко молчали. На нас никто не обращал внимания, но я сильно переживала и нервничала. Мелим в свою очередь давал мне время прийти в себя и успокоить свои мысли.

Напротив него я заметила открытый альбом и простой карандаш в его руке.

– Ты рисуешь?

– Во всяком случае пытаюсь.

Чистый лист бумаги так и оставался чистым и через десять минут, и через двадцать. Я читала. Что–то. Совсем не вникала в текст. От присутствия Мелима сильно билось сердце, но я старательно на это не обращала внимания, относя это явление к переживаниям за героев книги. Не выдержав, я отложила произведение и потянулась к альбому.

– Дай посмотреть, что ты раньше рисовал.

Мелим не возражал и пододвинул мне поближе альбом.

А он неплохо рисует. Нужно отдать ему должное в этом.

Пролистав пару первых страниц, я наткнулась на камень.

– Это он?

– Да.

Драконий камень оказался совершенно не таким, каким я его представляла раньше. На рисунке он стоял на круглой подставке, маленький, он мог поместиться в объединённых ладонях.

Мелим идеально передал облик камня, я видела все его шероховатости, трещины, выпуклости. Некоторые сколы по бокам.

– Есть в нём что–то завораживающее. – Только и смогла произнести.