Подменная истинная. Пышка против Дракона

20

Райнон и Олаф уставились на меня, а я, вдохновленная их вниманием, продолжила.

- Мы можем покинуть замок. Это даст нам время решить, что делать дальше.

Олаф выдал короткий нервный смешок.

- Как ты это представляешь, Гелия? Вокруг замка неприступные стены, а у ворот торчит Эверт со своими людьми. К тому же я поставил защиту вокруг замка, чтобы ты не могла его покинуть. А чтобы ее снять, мне нужно выйти наружу.

Райнон угрюмо молчал, слушая Олафа. Лишь стиснул кулаки.

- Олаф прав, нам не уйти. Да я и не привык отступать. Я всем рискнул. Не получилось. Что ж…

- Да послушайте меня…

Я притопнула ногой. Это совпало с оглушающим ударом в ворота.

- Кажется… сломали, - удручающе произнес Олаф.

Я и сама слышала нарастающий гул. Еще немного и они будут здесь. Снесут входную дверь и можно нас брать голыми руками. У меня из оружия только скалка. У Райнона – кулаки. А у Олафа - острый язык, которым болтает без умолку.

- За мной! Быстро! – скомандовала, услышав топот ног у порога дома.

Я рванула к потайному ходу. К тому самому, который мне показал загадочный огонёк, что я мысленно окрестила духом леди Логредии.

Рванула на себя дверь и первой нырнула внутрь. За мной, пыхтя и чертыхаясь, прошмыгнул Олаф. Райнон вошёл последним, плотно закрыв за собой дверь.

- Тихо, - выдохнула я. - Ни звука.

Мы замерли. Сквозь каменную толщу донёсся грохот - это незваные гости ворвались в замок. Голоса, топот, ругань. Эверт орал так, что было слышно даже здесь:

- Обыскать каждый угол! Они не могли далеко уйти!

Я пригнулась и стала пробираться вперёд. Чем ближе мы были к выходу, тем тесней становился проход. Приходилось ползти почти на четвереньках, цепляясь руками за холодные камни.

- Долго ещё? - прошипел Олаф мне в спину.

- Не ной, - огрызнулась я. - Скоро.

Свежий воздух ударил в лицо неожиданно резко. Я выползла наружу и жадно вдохнула, чувствуя, как лёгкие наполняются запахом леса и свободы.

За мной выбрался Олаф, кряхтя и потирая ушибленное колено. Райнон появился последним, заметно припадая на покалеченную ногу. Замок возвышался неподалёку чёрной громадой на фоне ночного неба. В башнях уже мелькали огни.

- Они поняли, что нас нет, - тихо сказал Райнон.

Будто в подтверждение его слов издалека донёсся крик.

- Найти их!

- Этот проклятый Хааш не мог далеко уйти!

- Прочесать лес!

Послышался топот лошадей. Мы невольно попятились.

- Сюда! – махнула рукой, бросаясь в ближайшие заросли кустов.

Мы шли быстро, стараясь не шуметь, но лес выдавал нас с головой. Ветки хрустели под ногами, Олаф то и дело спотыкался и ругался сквозь зубы. Один лишь Райнон передвигался с кошачьей грацией и бросал на нас яростные взгляды, когда очередной сухой сучок хрустел под ногами.

- Тихо! – прошипел он.

Мы застыли в позе суслика. Услышали топот копыт. Несколько всадников, продираясь сквозь деревья, пошли прямо в нашу сторону.

Райнон рыкнул, выругавшись. Зашарил рукой по поясу в поисках оружия, но, не найдя, выругался ещё раз. Длинно, сочно, с драконьей изобретательностью.

- Логредия, - зашептала я, глядя на возвышающуюся вдалеке башню замка. - Помоги нам последний раз.

- Дух Логредии давно упокоен, - заметил Олаф, прижимаясь к дереву. - Я сам проводил ритуал.

- А вот и нет, - возразила я. - Он не успокоится, пока не будет снято проклятие.

- Что за бред? - рыкнул Райнон. - С чего ты взяла?

- Ничего не бред. И именно ваша бабушка показала мне этот ход. Значит она присматривает за нами.

- Гелия, все это лишь домыслы, - начал Олаф наставительно, но я оборвала его жестом.

- Тшш!

Всадники приближались. Мы вжались в деревья, затаив дыхание. Я чувствовала рядом тепло Райнона, его напряжённое плечо, прижатое к моему.

Один из всадников остановился в нескольких метрах. Поднял руку, приказывая своим замереть.

- Кажется, я что-то вижу, - сказал он, всматриваясь в нашу сторону. Его рука указала прямо на нас. - Там, за кустами…

Сердце упало. Я зажмурилась, готовясь к худшему.

И в этот момент из зарослей с диким рыком выпрыгнуло нечто огромное, полосатое и очень знакомое.

Мама Полосатика.

Она стояла между нами и всадниками, скаля пасть, полную острых зубов. Шерсть на загривке стояла дыбом, из горла вырывалось низкое, угрожающее рычание.

Кони всадников взвились на дыбы. Люди заорали, пытаясь удержаться в сёдлах.

- Назад! - закричал тот, что указывал на нас. - Это лютопард! Уходим!

Всадники развернулись и умчались прочь, ломая кусты.