Подменная невеста ректора, или Переполох в Академии Духов

Глава 8

***

/Фракс Эскаллор/

– Шра-а-айх! 

Фракс даже не успел отреагировать, как его дух поставил щит перед ним и Лилиан. 

А следом о него разбился мощный поток огня. Подняв обе руки и сосредоточившись на плетении, Фракс стремительно перебирал варианты, кто мог на них напасть. Да еще здесь! В Академии!

Поток огня иссяк, как будто и не было. Около сцены остались лежать две изломанные и обуглившиеся деревянные фигуры, а сама сцена слегка исходила дымком. 

– И что это было? – невинно поинтересовалась Лилиан. Кажется, ее нисколько не впечатлила эта атака. 

Фракс посмотрел в ту сторону, откуда исходил огонь. И увидел маленькую пантомиму Ломара, который явно красовался перед Тамаризой. На прощание этот воровской выползень даже слегка ей поклонился и что-то сказал, отчего Тамариза долго смотрела ему вслед, а на ее щеках расплывался румянец.

– Шра-а-айх! Мое! – зашипел дух, когда в глазах Ломара промелькнуло сияние его Госпожи.

Фракс сжал кулаки. Ему хотелось нагнать тощего вора, схватить за шкирку и выкинуть прочь из Академии. И Шрайх был с ним совершенно согласен.  

Вот только причину так не делать назвал сам Ломар.

“Воля моей Госпожи”.

– Фракс! Фра-акс! – услышал он около уха. Кто-то дергал его за рукав.

– Что? – обернулся он.

Леди Лилиан нежно улыбнулась ему, картинно распахнув свои огромные глаза. 

– Дорогой, а ты покажешь мне вашу великую Академию? 

Она потупила взгляд, буквально на мгновение, и на ее нежных щеках выступил румянец.

– Библиотеку, например? Или хранилище артефактов? – и снова заглянула ему  в глаза. 

Фракс ощутил, что хочет немедленно проводить Лилиан, куда она просит. 

– Леди Лилиан, конечно… – он подал руку, а Лилиан невесомо оперлась на нее.

У него от этого прикосновения аж чешуйки на руке встали дыбом. 

– Шрайх! – возмутился он, возвращая контроль над телом и убирая проявление духа. 

– Ш-ш-шрайх, – брезгливо прошипел дух. 

Вздохнув, Фракс осторожно снял нежные пальцы со своего локтя, и чуть поклонился. 

– Боюсь, что мне придется расстроить тебя, дорогая. Я должен провести собрание для адептов. А тебе, наверное, стоит вернуться домой. Мне не слишком нравятся твои беспечные прогулки по городу. Не хочу, чтобы ты попала в беду, – сдерживая себя, как можно мягче сказал он.

Хотелось, конечно, вовсе не этого. А свернуть наглой курице шею, и не в последнюю очередь за применение очаровывающей иллюзии к нему самому. Если бы только можно было отказаться от этой помолвки! Он бы и дня не медлил! Сколько раз за последние дни он уже успел пожалеть, что согласился на эту сделку! 

Лилиан сжала губы, а в ее зеленых глазах выступили слезы. 

– Фракс, – пролепетала она. – Пожалуйста… Я так редко бываю в столице. А в Академию мне отец запретил даже думать поступать. 

Слезинка сорвалась с уголка глаза, пробежалась по нежной щечке и капнула, блеснув яркой искрой. 

– Пожалуйста… Всего лишь один день… Я понимаю, что ты не любишь меня и, наверное, никогда не полюбишь, но можешь хотя бы немного сохранить мне достоинство? Хотя бы изобразить чуть-чуть привязанности и расположения?

Лилиан почти плакала, но сдерживала себя.

Фракс едва не зарычал. Если он сейчас отошлет эту змею, то вскоре по столице пойдет слух, что он плохо обращается с невестой. А терять репутацию – это чересчур. Он ректор Академии Магических Духов, и его имя обязано быть кристально чистым и беспорочным. Таким, каким оно стало за годы безупречной службы на границе! 

– Хорошо, леди Лилиан. Можешь сопровождать меня сегодня, – сказал он. Но руки больше не подал, предоставив своей невесте просто идти рядом. 

Речи о том, чтобы вести ее в святая святых академии – Библиотеку и Хранилища, – теперь и речи не шло. 

Но на приветственное слово и затем на собрание попечителей Лилиан все же его сопровождала. Ее лицо украшала улыбка, а глаза следили за всем происходящим в Академии. 

Вот она сделала круг по зале, где собрались все дамы из числа попечителей или их жен, и собрала свежие сплетни.

– Ты представляешь, дорогой, оказывается, у тебя адепты такие шалуны! Уже целуются, ничуть не смущаясь свидетелей! – едва вернувшись, прощебетала она. 

– Что за дикая выдумка? – насторожился Фракс. 

– Ах нет, не выдумка! Сын главы канцелярии сказал об этом своей матери, а та – леди Камии, и уже от неё… 

– Что именно случилось? – прервал он перечисление сплетниц.

– А. Этот Ломар, от чьего имени тут все вздрагивают, так вот – он прижал в коридоре какую-то адептку в красном платье… Но впрочем, говорят, платья из такой ткани носят служительницы Детрии, так что может это девица сама его зажала… О, Фракс, ты куда?! 

Последнее Лилиан сказала ему уже в спину.

Несколько минут стремительных розысков, и вот уже он сам прижимает когтистой лапой тощую шею Ломара к стене. 

– Если ты, теневой выползок, еще раз протянешь лапы к моим адептам! – почти прорычал Фракс в лицо воровского главы. 

– Что, и даже к той цыпочке в красном нельзя? 

– Ни к какой нельзя! 

Фракс оторвал Ломара от стены, только для того, чтобы снова припечатать обратно. На шее у вора выступила кровь от порезов. Когти Фракса кое-где проткнули кожу. Хотя хотелось вырвать шею целиком.

Глава Теней Ноктис поднял пустые ладони.

– Ладно, Фракс, не кипятись. Не буду я лапать твою крошку. 

– Любую девушку! – Тамариза не его, но это еще не значит, что он позволит хоть кому-то сломать этой девушке жизнь. Как и любой другой адептке или адепту. Он здесь не для этого.

– А разве ректор может поднимать руку на своих адептов? – куда менее развязно спросил Ломар. 

– Поверь, даже твоя Госпожа не может повлиять на правила Академии. И помни, здесь тебе запрещено красть. Иначе будешь изгнан, и уже навсегда.