Поднятие уровня вдвоём

Глава 17. Болотные дельцы и жабий деликатес

«В Топях нет понятий "друг" или "враг". Есть понятие "дистанция агра". Если ты стоишь слишком близко — ты мишень. Если стоишь слишком далеко — тебя не заметят торговцы. Выживают только те, кто умеет балансировать на краю чужого меча».
— Надпись, выжженная на мостках входа в деревню «Гнилой Угол».

(Фокус: Диана)

Туман здесь густой, как молоко, только серого цвета и пахнет тухлыми яйцами. Мерседес и Плотва идут неохотно, по колено проваливаясь в жижу. Мой красивый Плащ Тени забрызган грязью, и функция «эстетика» отключилась автоматически, превратив его в мокрую тряпку.

Мы идём уже час. Локация Мёртвые Топи оправдывает своё название. Деревья здесь — скрюченные, чёрные скелеты. Трава — жёлтая осока, которая, кажется, шевелится, даже когда нет ветра. И звуки... хлюпанье, чавканье, стоны. То ли ветер в ветках, то ли неупокоенные души утопленников.

— Ты уверен, что здесь есть рынок? — шепчу я, оглядываясь. Видимость метров пять, дальше белёсая стена. — Пока я вижу только болото и перспективы утонуть.

— Рынок отмечен на моей карте, которую я купил, — голос Кирилла доносится из тумана чуть впереди. — Деревня «Гнилой Угол». Это хаб для контрабандистов. Они должны быть где-то здесь.

Вдруг слева что-то громко булькает.

Из жижи поднимается пузырь размером с голову, лопается с тошнотворным звуком.

[Болотная Жаба. Уровень 18. Пассивный.]

Я выдыхаю. Пассивный. Значит, не нападает первой. Тварь смотрит на нас выпученными жёлтыми глазами, раздувает горловой мешок и снова уходит под воду.

— Не трогай её, — командует Кирилл. — Если ударить одну, сплывутся все в радиусе ста метров. Стайный интеллект.

— Фу. И не собиралась.

Мы выходим на настил. Дощатые мостки, проложенные прямо поверх топи. Доски гнилые, скрипят, но держат вес осликов. Уже лучше.

Вскоре в тумане проступают огни. Зелёные фонари на шестах. И строения — хижины на сваях, соединённые подвесными мостами.

[Локация открыта: Гнилой Угол (Поселение Изгоев).]

[Внимание! Зона свободного ПвП. Штрафы отключены.]

— Держись ближе ко мне, — Кирилл кладёт руку на рукоять меча. — Тут убивают за косой взгляд.

Мы въезжаем в «деревню». Атмосфера здесь гнетущая, но по-своему живая. На мостках сидят личности всех рас и мастей. Орки со шрамами, тёмные эльфы, люди в капюшонах. У всех над головой ники — красные или оранжевые. Мирных тут нет.

На нас смотрят. Оценивающе.

Двое на наших ослах с 20-м уровнем. Для многих тут это — красная тряпка.

К нам подваливает орк-игрок. [Грыз. Уровень 17]. В руках у него огромный двуручный топор.

— Новое мясо? — хрипит он, преграждая путь Плотве. — Плата за вход — 5 золотых. Или лут.

Кирилл останавливает осла. Поднимает забрало шлема.

— У меня другое предложение, — говорит он спокойно. — Плата за проход — твоя жизнь. Или ты уступишь дорогу.

Орк ржёт. Громко, басисто.

— Дерзкий жестянка! А ты знаешь, кто я? Я тут с бета-теста сижу!

— Поздравляю. Засиделся.

Кирилл спрыгивает с осла. Железо лязгает о дерево мостков.

— Один на один. Дуэль. Победитель забирает всё, — предлагает Кирилл.

Орк ухмыляется.

— Принимаю! Слышали?! Дуэль!

Вокруг собирается толпа. Игроки бросают карты и кружки, подтягиваясь поглазеть на шоу. «Крови! Крови!» — скандирует какой-то гоблин.

«Кирилл... — я спешиваюсь, держа лук наготове. — Он здоровый. И топор у него зачарованный, видишь свечение?»

«Спокойно. Это ПвП зона. Здесь решает скилл, а не только уровень».

Орк размахивается топором. Удар медленный, но мощный.

Кирилл не блокирует. Он знает, что такой удар пробьёт щит и снесёт стамину. Он уклоняется. Шаг влево, скольжение. Топор врубается в доски мостков, высекая щепки.

В эту секунду, пока орк выдёргивает оружие, Кирилл делает выпад.

[Удар щитом] — в челюсть!

[Подсечка] — по ногам!

Орк падает на колени. Кирилл заходит ему за спину и бьёт рукоятью меча по затылку.

Орк падает мордой в грязь.

— Сдаёшься? — Кирилл приставляет меч к его шее.

— Сдаюсь! — сипит Грыз. — Ты чо, бешеный? Это был спарринг!

— 5 золотых, — требует Кирилл.

Орк скрипит зубами, но передаёт монеты.

— Вали, — Кирилл убирает меч. — И передай остальным: мы пришли торговать, а не воевать. Но если надо — воевать мы умеем.

Толпа разочарованно гудит («Не добил! Слабак!»), но расступается. Мы проезжаем дальше, чувствуя на себе уже не хищные, а уважительные взгляды.

— Ты его пожалел, — замечаю я тихо. — Мог бы забрать лут.

— Мог. Но тогда у нас были бы враги. А этот орк, судя по всему, тут местный авторитет. Лучше унизить, но оставить в живых. Теперь он нам «должен». Понятия зоны, Диана.

— Ты меня пугаешь, Рихтер. Откуда ты знаешь понятия зоны?

— Я ролевик со стажем. И книжки читал. Пошли к торговцу.

Лавка местного барыги выглядит как куча хлама под навесом из шкур. Хозяин — Старьёвщик Виз, карлик-гном с протезом вместо ноги и стеклянным глазом.

— Чего надо, красненькие? — он недружелюбен, зато честен.

— Сбыть хлам, купить стрел, починиться, — перечисляет Кирилл. Он открывает инвентарь и начинает выкладывать на грязный прилавок то немногое, что у нас есть. Старый щит, с которым он танковал зомби-коня, остатки волчьих шкур, пару простеньких колец с убитых бандитов.

Гном брезгливо ковыряется в этой куче деревянной палочкой.

— Мусор. За всё дам пять серебряных. И то из жалости. Этим даже ремонт твоей консервной банки не окупить, рыцарь.

Кирилл хмурится. Я вижу, как он мысленно подсчитывает наш скудный бюджет. Мы в ПвП-зоне, нам нужны стрелы, ремонт лат стоит дорого, а у нас в карманах гуляет ветер. Он открывает рот, чтобы начать торговаться за каждую медную монету.