Подруга мужа увела

ГЛАВА 4

* * *

— ИРИНА —

Проснулась я не от солнца, не от будильника, и даже не от боли – хотя её во мне хватило бы на троих. Проснулась я от запаха.

Аромат был такой яркий, что глаза сами собой открылись.

Шкворчал бекон и яйца. Пахло свежеиспечённым хлебом, будто только что вынули из печи.

А ещё меня пленил запах кофе – крепкий, мужской, резкий, как горькая правда.

Руслан готовил на кухне завтрак. И выглядел он потрясно.

Не думала я, что мужчина на кухне – это настолько сексуальное зрелище.

Я даже засмотрелась и о боли своей забыла.

Его руки уверенно двигались, нарезая помидоры, перебирая специи. В его движениях была чёткая, невидимая гармония.

Линия сильных и широких плеч, игра света на его спине, тени, свет, которые падали на него – всё это было как сцена из фильма.

Каждое движение Руслана было наполнено каким-то невероятным внутренним спокойствием, которое одновременно манило и успокаивало.

Кухня здесь была не просто пространством для приготовления пищи, а ареной, где он – мастер.

Обалдеть…

А потом рядом со мной раздался жуткий звук. Громкий лай, от которого я вздрогнула и чуть сердечный приступ не получила. Огромные лапы на диване. И мокрый, холодный нос мне в лицо – нет, такое утро не по мне.

— Псина, отвали, – хрипло выдохнула я, забыв напрочь кличку этой зверюги.

Но собака и не думала уходить, она ткнулась мне в щёку и начала вылизывать мне лицо, будто я не человек, а котлета, которую собака всё-таки отвоевала у судьбы.

— Зайка, фу! Доброе утро, Ира, – раздался холодный голос Руслана.

Точно, Зайка.

Псина тут же оставила меня в покое и умчалась к хозяину.

А я с трудом поднялась. Или попыталась подняться. Короче, с превеликим усилием, села и едва слышно застонала.

Всё тело ныло.

Мне кажется, у меня даже брови болели, хотя, казалось бы, как это возможно?

Спина моя несчастная, будто по ней проехались трактором, в шее стояла ломота, ноги, будто не мои. Лодыжка как гиря и болела, сволочь.

И горло… Горло было отдельным адом.

Когда горло дерёт – приятного в этом нет ни шиша. Ощущение, как будто я всю ночь глотала битое стекло.

Ещё в туалет хотелось сильно.

Попыталась встать, но ногу так сильно прострелило. У меня перед глазами всё потемнело. Я даже не удержалась и вскрикнула.

— Ира? – услышала голос Руслана совсем рядом.

Я захныкала, к моему несчастью, из носа потекли сопли – даже не ручьём, а водопадом.

Класс.

Мужчина опустился передо мной на корточки, нахмурился и я пожаловалась:

— Руслан… Прости… Мне ужасно неловко, но… Мне очень плохо. Всё болит. Нога как не моя, встать не могу. И в горле... ад. Кажется, я простыла. И мне в туалет надо и… вот…

Боже мой… и это мой голос? Похоже на воронье карканье.

Руслан на мои жалобы обречённо вздохнул, но ничего не сказал.

Взял меня на руки и донёс до туалета.

— Здесь сама справишься? – поинтересовался, как мне показалось, язвительно.

— Постараюсь, – прохрипела в ответ и вошла в туалет.

Увидела, что вчерашнего пакета с моей одеждой нет.

Значит, Руслан всё выбросил.

Здорово. Я как бомж. Ни одежды, ни документов, ни телефона. И дома муж с подругой, которые решили быть вместе, а меня за борт жизни выкинуть, да ещё и оставить меня без жилья.

У меня что, наступила супер чёрная полоса в жизни?

Осталось только работы лишиться и вообще атас. Так, тьфу, тьфу, тьфу! Не дай бог!

Посмотрела на своё отражение и готова была разрыдаться.

Умылась, высморкалась и пожелала от всей души тому водиле все тридцать три несчастья.

Кое-как допрыгала до двери.

Руслан меня ждал, прислонившись к стене.

Снова взял меня на руки и вернул на диван. Пошёл на кухню и бросил через плечо:

— Поешь. Врач скоро будет. И полиция тоже. Скорая тоже приедет. Что решила насчёт того, чтобы позвонить мужу?

Руслан то ли злился, то ли не злился. Непонятно. Но он точно не жалел меня. Он был какой-то замороженный что ли. Человек без эмоций. Просто мужчина, который приготовил завтрак чужой женщине, потому что так надо. И на минуточку, этот мужчина спас меня.

— Спасибо тебе… Да, я позвоню мужу. Можно телефон?

— Можно. Но сначала поешь. И на вот, салфетки возьми, у тебя сопли льются.

Я покраснела, шмыгнула носом.

Он поставил на журнальный столик поднос с едой и бросил на диван пачку бумажных носовых платков.