Подселенная. Сильвия из клана Стерегущих

Глава 7. Дом на моховых валунах

Эта ночь окончательно отдалила от нее город. Разделила жизнь на «До» и «После». Сильвия и не подозревала, что больше никогда не вернется назад. Она спала так сладко, как не спала все семь лет пребывания в городе. Мама никому не выдала семейную тайну, и до сих пор ни один человек на свете не знал, кто же на самом деле скрывается в теле тринадцатилетней девочки.

Не знала об этом и сама Сильвия. Видимо для серьезных духов, как и для маститых ученых, важна «чистота эксперимента».

Лишь двое кое о чем догадывались. Та, что когда-то дала совет, как избавиться от лесной нежити, и та, что воспользовалась этим советом, но довести начатое до конца не успела. Но и они держали рот на замке, никогда не поминая при встрече тот случай.

Даже когда тайное столь успешно хранят, оно рано или поздно может стать явным. Иногда тайны умирают вместе с их носителями. Бывает, люди пробалтываются в последний момент, ведь, как известно, лучший способ не выдать тайну – это вообще ее не знать.

У каждой тайны своя судьба. И ни одна из тайн не хочет раскрываться раньше времени. Когда же время на исходе, некоторые тайны становятся очень нетерпеливыми.

Психологи считают, что дети не любят перемен. Оказаться вдруг в совершенно незнакомом месте, где нет друзей и привычного окружения – серьезное испытание. Но это для обычных нормальных детей.

У Сильвии все было с точностью до наоборот. Поэтому она думала, что не совсем нормальна. Это было логично, с этим можно было жить.

Утро началось с незнакомых звуков. Сквозь сон Сильвия услышала, как звякнуло принесенное ведро, затем шумно полилась вода в рукомойник. Девочка открыла глаза, и нависающие над головой потолочные балки сразу напомнили, где она находится.

И здесь она проведет целое лето. Ну что ж, спится тут здорово, Сильвия довольно потянулась, высунув ногу из-под лоскутного одеяла. Кстати, Бенедикт Камбербэтч вообще ночевал под открытым небом, когда преподавал английский язык тибетским монахам. Как было сказано в статье – он решил отдать долг миру за свою благополучную жизнь. Потрясающе! Вот и она отдаст свой долг за то, что мама, наконец, отстала от нее с этой школой.

- Ты проснулась, деточка? – послышалось снизу. – Вставай, милая, уже полдень скоро.

Сильвия осторожно спустилась с лежанки и огляделась. Так вот ты какой, бабушкин дом…

На стене висел голубой рукомойник. Чтобы умыться, нужно было поддать снизу по металлической сосульке и ловить ладонями воду. Сильвия видела такие штуки в старых фильмах. Под раковиной стояло ведро, куда стекала использованная вода, и надо было следить, чтобы она не перелилась через край.

Забавно. Сильвия от души поддавала по сосульке рукомойника, пока она не застряла в таком положении, что больше не удерживала воду, и та хлынула ручьем. Сильвия понадеялась, что в ведре хватит места, иначе будет очень похоже, что она дурачится, как маленькая, не заботясь о последствиях.

Вытираясь, она обратила внимание на свое отражение в зеркале. Волосы были заплетены в две смешные косички – одна ровная, другая кривая. Но Сильвия совершенно точно помнила, что ложилась спать с распущенными волосами.

- Бабушка, зачем ты меня заплела? – крикнула она в комнату.

- И не думала, милая, - бабушка доставала для нее чашку из буфета. - Это Домовой постарался, видать, глянулась ты ему.

Сильвия хихикнула. А бабуля с юмором.

- Нетугие, - бабушка на ходу деловито потрогала колоски. – Ты сразу-то не расплетай, походи немного. Не обижай соседушку нашего.

- Ты что, шутишь? – Сильвии не верила своим ушам.

- С домашними духами не шутят, милая. Если не хотят их помощи лишиться. – Бабушка поставила чашку на стол и налила в нее молока. – С ними-то сподручнее.

Сильвия выронила полотенце. Схватилась за голову. Значит, пока она спала, кто-то касался ее волос, плел ей косы. И видимо, она лежала на боку, раз ему было неудобно, и колоски получились неодинаковые.

Ладно, в конце концов, ничего плохого Домовой ей не сделал.

Дверь туалета запиралась на скрипучий крючок. В самом туалете ей показалось слегка жутковато – маленькое оконце выходило куда-то на огород, и Сильвия долго смотрела в него, убеждаясь, что никто не подкрадется к ней оттуда исподтишка.

Света нигде не было. Никаких выключателей, вилок, розеток… Сильвия вдруг осознала, что дом освещается солнцем. Только солнцем.

- Бабушка, а где мама?

- Уехала, деточка. Первым автобусом. А разве она тебя не предупреждала?

Бабушка озабоченно сдвинула брови, и Сильвия поспешила заверить ее, что да, конечно же, предупреждала, она просто забыла спросонья.

После завтрака бабушка передала Сильвии записку от мамы.

Девочка моя, тебе предстоит непростое лето.

Я поцеловала тебя перед отъездом, но задержаться никак не могла. Ты знаешь, нужно срочно спасать наши дела. Слушайся бабу Стешу и не теряй зря времени. Сейчас ты в самой настоящей деревне, о которой столько читала в детстве, помнишь? Я понимаю, что из сказок ты давно выросла, но здесь осталось столько интересного, что хватит на целое лето. Во всяком случае, тебе нужно избавиться от зависимости или доказать, что у тебя ее нет. Мы с тобой договорились – ты не используешь ни один гаджет. Ни свой, ни чужой.