Подставная Вера депутата

Глава 7. Кира

- Кир, я должен знать, кто отец Веры! – практически кричит на меня Егор.

Он так и не отдохнул после дороги. Мы заселились в гостиницу на окраине Москвы просто потому, что она была на пути нашего следования. Желания проезжать дальше, где можно попасть в пробку, не было. Хотелось хотя бы сесть с вытянутыми ногами. Егор выглядел уставшим. Но факт, что он отправился со мной на поиски моего ребенка, меня подкупал. Что-то приятное внутри разливалось от осознания помощи мне. Он не оставил меня в трудную минуту. Возможно, его предложение, сказанное ранее, о необходимости продвинуться нам уже в отношениях дальше, не останется мною без внимания.

Но вот больше трех часов мы выясняем, кто отец Веры. А я не хочу об этом говорить. У нее нет отца! Нет и все!

Когда Воронов стал кидаться в меня угрозами оставить ни с чем, я молча вышла из машины. Молча проходила всю беременность. Молча родила. Молча воспитываю. Только от общих знакомых узнала, что он уехал с семьей в Москву. А вскоре после этого увидела в газетах заголовок, что известный владелец сети магазинов оптики продал свое детище и решил стать политиком. Теперь он известный. Его часто показывают по телевизору, в экран которого я постоянно вглядываюсь во время ссоры с Егором.

- Кира! Ты слышишь меня?!

Я дергаюсь от его голоса, но не боюсь гневного настроя. Наоборот, начинаю отвечать ему, хотя делаю это тихо и без эмоций.

- Зачем тебе нужно это знать?

- Кира, - начинает говорить он спокойнее и настороженно, - твоя дочь захотела, чтобы я стал ее папой. А я не могу так. Мне нужно знать, чье место я должен занять.

- Ничье, - отбрыкиваюсь от него, но тут же вспыхиваю, - постой! Когда Вера с тобой об этом говорила?!

- На дне рождения, разумеется! – разводит он руки в стороны.

Мы сидим в кровати, не раздевшись после дороги. Принимать душ нет сил. Мы не спали ночь. Егор хотел отдохнуть, поэтому он улегся сразу, скинув только пиджак и попросив меня не включать телевизор. Но я его ослушалась. Тут же щелкнула кнопку пульта и даже не обратила внимания на его недовольное лицо. Все это время мы сидим с вытянутыми ногами и выносим мозг друг другу. Точнее он задает мне вопросы, а я молчу. Молчу и щелкаю каналы в поисках передач новостей.

- Как это она попросила тебя стать ее папой?

Все недоумеваю, поскольку не ожидала подобного от своей дочери. Все, что угодно, но Егора она не приняла с любовью и восторгом, поэтому становится странным ее желание.

- Обыкновенно, Кир! – продолжает размахивать руками Егор, сидя в прежней позе. – Так и сказала, что хочет, чтобы я стал ее папой!

- Дословно.

- Что дословно? – смотрит непонимающим взглядом.

- Скажи мне дословно, что она тебе сказала, - прошу спокойно, но требовательно.

- «Дядя Егор, а вы не хотите стать моим папой?», - говорит Егор, слегка кривляясь.

- А ты что ответил? – смотрю на него пристально.

- А я.., - тушуется Егор, - сказал, что это должна решать твоя мама.

- И все? – хмурю брови.

- Еще добавил, что «если твоя мама согласится на мое предложение, то так оно и будет», - слегка улыбается он.

Удивительно, как быстро человек изменился в своем отношении к происходящему. Он готов был рвать и метать, но стоило только поговорить с ним, и уже настроение его улучшилось. Наверное, мне не стоит быть такой закрытой в этом вопросе. Может, стоит ему все рассказать?

Я не успеваю принять решение, когда начинаются сводки новостей и на экране появляется он. Воронов.

- Сегодня произошло дорожно-транспортное происшествие на Ленинском проспекте, - говорит репортер. – В аварии пострадал известный депутат Воронов…

Дальше слушать не могу. В голове паника. В груди сердце защемило. А на экране телевизора только покореженный автомобиль и осознание того, что во время аварии с ним могла быть моя дочь. Медленно меняю положение, вставая на четвереньки. Ползу вперед по кровати, вглядываясь в экран, но по факту мне показывают только фото Воронова. Самого его в кадре нет.

- Пострадавших увезли в больницу имени Пирогова…

Пострадавших…

- Кир… Ты чего?

Слышу что-то отдаленное. Оборачиваюсь. Егор сидит, приблизившись ко мне, и смотрит изучающе. Он слегка насупил брови, понимая и домысливая.

- Это Воронов? – спрашивает шепотом, но тут же сам дает себе ответ. – Конечно! Это Воронов!

Егор подскакивает с кровати и начинает метаться по номеру, одновременно обхватив голову руками и взъерошивая свои волосы.

- Он же с Нижнего.., - посматривает на меня, хватая громко воздух. – У него же сеть оптик была по всей России. А в нашем Новгороде центральный офис! Только я понять не могу… Как ты его охмурила-то?!

Вот на этих словах я опешила. Даже не знаю: восхищается он мной или брезгует? Хвалит или оскорбляет?

- Как понимать тебя сейчас? – уточняю.

- Обыкновенно, Кир! – восклицает Егор. – Ты далеко не модельной внешности! На что он запал?!

- Мне нужно обидеться на это? – спрашиваю у него, потому как пребываю в шоке и вообще не знаю, как реагировать.

- Ой, Кир, давай сейчас не будем об эталонах красоты! – выставляет руки вперед, будто обороняется от меня. – Сейчас вообще не об этом. Просто, когда он все продал и уехал в Москву, тебе было лет двадцать. А может и меньше. Не думаю, что такой человек мог замутить что-то серьезное, да еще и довести до рождения ребенка!

- Егор, если ты сейчас будешь продолжать в таком тоне, я просто встану и уйду.

Мне потребовалось не больше минуты, чтобы понять, к чему он клонит. Да. Я не была роковой красоткой. Я не охотилась за богатым папиком с целью заполучить его деньги. Но так получилось, что он обратил на меня внимание. Он позвал меня в кафе, чтобы угостить кофе. МЕНЯ. А не Маринку или Зинку. И так уж получилось, что я влюбилась именно в него. В НЕГО. А не в Толика или Жорика. А главное, не в Егора… Последняя мысль отчетливо отложилась у меня в голове. Отложилась, перекрывая все возможности на продолжение отношений…