Подтверждение любви

Глава 4. Время пошло

Даниил

***

После суда в наших отношениях с Марго ничего не изменилось, скорее происходящее напротив все отчетливее намекало, что еще немного и я в самом деле стану холостым. Время до следующего слушания, за которое появился шанс к реальному примирению, утекало словно песок сквозь пальцы. Я прекрасно понимал, что все в мои руках, главное сделать шаг, но все равно продолжал тратить время на рабочие вопросы, игнорируя внутреннее желание поговорить с женой. Тогда перед слушанием я был серьезно настроен на разговор, но обстоятельства явно были против, ведь когда я приехал к зданию суда, телефон фактически разрывался от сообщений и звонков Лискова, которые пока нельзя было игнорировать, ведь именно он занял после меня место заместителя гендиректора. Однако стоило пропустить один из входящих, находясь непосредственно перед судьей, он словно ушел в подполье и не то, что больше не писал и не звонил, даже не отвечал. После говорить уже не захотела Марго, а ее последние слова о личном желании развестись лишь внушили сомнение и сильно разозлили. Естественно немного остыв, я осознал, что это была лишь ее защитная реакция, ведь она по-прежнему была уверена в том, что у меня кто-то появился.

В целом из-за раздельного проживания я впервые узнал, насколько сложно мне банально пересечься с женой. Новую фирму разместили в другом бизнес-центре, поэтому последние несколько месяцев мы с Марго работали практически в разных концах города и до дома приходилось добираться гораздо дольше. Договориться с ней лично возможности также не было, ведь мои звонки она неизменно игнорировала. Таким образом, все упрямо складывалось против меня и против логичной возможности встретиться с Марго на нейтральной территории, чтобы спокойно разрешить наш конфликт.

Появившись в офисе после суда в своем не самом лучшем расположении, моментально был перехвачен Яной и обилием рабочих вопросов. Иногда казалось, что мы во всем здании работаем только с ней вдвоем, ведь все остальные держали со мной связь исключительно через нее. Даже мой так называемый заместитель чаще оставлял документы у Яны, избегая прямого общения. Мне безусловно было это удобно, особенно в новых условиях трещащей по швам семейной жизни. Пусть Яна отчасти была причиной этих проблем, она же являлась незаменимым помощником, чтобы я без лишних опасений мог оставить работу и эти самые проблемы решить. Однако, пока с некоторым успехом удавалось решать только дела фирмы, в то время как остальное словно находилось в заморозке.

На деле у меня были шансы поговорить с Марго, но я раз за разом упускал их, просто потому что боялся провокационных вопросов. Я не привык ей врать, даже что-то недоговаривать жене было для меня чем-то неправильным, а сейчас выходило так, что я так или иначе в какой-то степени увлекся другой. Пусть в моих мыслях не было измены, я не пресек всю ситуацию в зародыше, позволив тщеславию насладиться женским вниманием, а теперь довольно жестоко поплатился за это. Мне было отчетливо ясно, что я оставил Марго в сложный момент, пытаясь спрятаться от новой реальности, а теперь мог действительно потерять самое важное, что у меня было – мою семью. Именно это осознание того, что после случившегося с женой я по сути сбежал от ответственности, не позволяло мне просто откровенно с ней поговорить. Сколько бы я не готовился к разговору, я неосознанно избегал его, боясь признаться даже самому себе фактически в предательстве.

Мое временное помешательство на внимании Яны больше меня не тревожило, зато работа неизменно забирала максимум времени. Так как дома я теперь жил один, в офисе больше не задерживался, чтобы не давать Яне повода задерживаться вместе со мной. Теперь в конце рабочего дня я ехал домой, где до поздней ночи продолжал разбираться с делами в гнетущей тишине квартиры. Так было до суда и продолжалось вот уже вторую неделю примирительного срока, когда я день ото дня словно прятался за своей занятостью. Наверное, я еще долго искал бы в себе смелость все-таки вызвать жену на откровенный разговор, но очередным одиноким и довольно поздним вечером Марго позвонила мне сама. Вызов я принял не раздумывая, словно хватаясь за эту спасительную соломинку, что она мне протянула, вот только повод для ее позднего звонка оказался совершенно другим.

Ситуацию она обрисовала сразу и попросила меня приехать к ним. Произошедшее и впрямь было донельзя отрицательным, ведь незаметно сбежавший из дома кот попал под колеса автомобиля, из-за чего его пришлось в итоге усыпить. Такси долго ждать не пришлось, а учитывая позднее время, я довольно быстро оказался у дома отца, готовясь к сложному разговору с дочерью. Когда Веронике было четыре года, во время прогулки ее внимание на себя привлекла женщина с обычным серым котенком в руках. Животное и впрямь было донельзя милым, что сердце моей дочери дрогнуло и она почти со слезами на глазах стала уговаривать меня взять его домой. Я оставался непреклонным буквально несколько минут, но глаза Вероники в купе с несчастным писком животного в руках достаточно грубой женщины не оставили мне шансов на отказ. Марго несколько дней потом утверждала, что я потакаю капризам дочери, но я точно знал, что на моем месте она поступила бы также и вероятно впоследствии была бы даже убедительнее меня.

Кот вырос в любимца всей семьи, даже стал своеобразным наставником для щенка, которого мы с Марго преподнесли Нике в подарок на ее первое сентября в первом классе. В итоге родившийся к этому времени Никита рос среди обилия любви не только родительской, но и животных, которые как няньки порой ходили вслед за ним. Правда, когда щенок подрос в достаточно большого пса, пришлось смириться с тем, что заботиться еще о собаке у нас не выходит. Ситуация разрешилась довольно удачно, ведь в итоге пес переехал в загородный дом наших родителей, где мой непреклонный отец так проникся питомцем, что построил ему будку размером чуть ли не с дом, а также каждое утро стал выводить собаку за пределы участка на длительные прогулки в лес. Это помогло нам с женой не терзаться переживаниями, а главное вполне доходчиво объяснить детям, что дедушке пес нужнее, чем им.