Поездка на Матушку

07.08.

Тамалия

Райтер встревожен не на шутку. Примчался сразу же. Из чего делаю вывод, что ситуация выходит из-под контроля.

– Что тут у вас творится? – бросает с порога, ухватив с пролетающего мимо гравиноса местный сочный фрукт.

– А у вас? – возвращаю вопрос.

Райтер сочно откусывает, приближается к сетевику.

– Что он Натели говорил? – вклинивается Антер.

Райтер чуть сощуривает глаза, словно решая, отвечать ли.

– «Хотела спровоцировать?», – цитирует.

– А хотела? – взгляд Антера не менее цепок, как же я люблю, когда он настолько углубляется в изучение! Обязательно что-нибудь неожиданное выдаёт.

– Вам знать не надо. И вообще... поменьше копайтесь в информации.

Переглядываемся.

– Рассказывай, что можно, – вздыхаю.

– Ничего не можно! Должна бы понимать!

Ну, понимаю, конечно. Если в наших с мужем мыслях будут расхождения – он-то детранслятором не прикроет, – это быстро обнаружат. А светить, видимо, не хотят. Хотя судя по рассказу Антера, уже готовы были засветить. Ожидали чего-то другого.

– Ладно, – соглашаюсь.

Не нравится мне, что они предполагают копание в наших мыслях. И не обсуждать всё с Антером не нравится ещё больше.

В базе нет ничего о его принадлежности к далгнерам. Или нам временно доступ понизили. Не нравятся мне эти телепатические игрища.

– Как он мог уйти от камер? – спрашиваю.

– Никак, – разводит руками Райтер, не отрываясь от развёрнутых виртуальных окошек. – Я ещё пообщаюсь с техниками на эту тему. А вы будьте начеку и никуда не высовывайтесь.

– Можно подумать, мы высовываемся, – бурчу.

Так ведь хорошо всё было! Я уже почти забыла это противное липкое чувство тревоги, подстерегающей на каждом шагу опасности.

Райтер минут десять продолжает что-то выискивать в сетевике, скидывает на памку. И оставляет нас одних.

Антер приближается, оборачивает меня своими тёплыми руками. Отводит волосы с лица, смотрит в глаза. Улыбается.

В душе ползёт неясный, но невероятно пробирающий страх. Прижимаюсь так крепко, как могу, не замечаю, что на мне уже ни платья, ни белья, а кожу щекочет невесть откуда насыпавшийся песок. Боюсь отпустить Антера, всё кажется, будто исчезнет без следа, оставив меня один на один с вымораживающим одиночеством.

ГЛАВА 4

Тамалия

За несколько спокойных, безмятежных дней, наполненных подготовкой к миссии, немного успокаиваюсь. Райтер мелькает время от времени, наполняя уверенностью, что всё выяснит и прикроет. Ситор Тавр, тот, который взбрыкнул на конференции, под наблюдением. А второй словно растворился. Может, это была какая-нибудь проекция, голограмма?

Всё бы ничего, если бы не его побуждения, которые уловила Флира. Что ему от меня нужно?

В один прекрасный, солнечный день, дождавшись, когда Антер выскочит за чем-то в магазин, Райтер выдёргивает меня прямо с номера.

– Идём, прогуляемся.

Сбросив любимому сообщение, что скоро вернусь, иду за напарником.

– Флира заходила? – спрашивает.

– Я не видела, – веду плечами.

Бастиан хмуро косится, молчит.

– Проблемы с мелкой? – интересуюсь осторожно.

Райтер традиционно отмалчивается, заводит меня в один из межкорпусных лифтов. Через несколько мгновений выходим совсем в другой части гостиницы.

Глухая дверь с небольшой пометкой. Стороннему ничего бы не сказала, но я понимаю: здесь работает охранный комплекс нашего отеля.

Несколько внушительных разгородок, Райтер прикладывает то свою ладонь, то мою, пока не проходим целую кучу уровней проверки.

Внутри всё полностью автоматизировано, множество пультов, оборудованных бессчётным количеством экранов и приборов. Некоторые пустые, хотя и работают. За другими сидят гуманоидного вида андроиды с дополнительным количеством глаз и рук.

– Добрый день, – чуть резкой походкой приближается к нам один из них, частью глаз глядя на меня, другой – на Баса, а третьими умудряясь охватывать всё доступное пространство гигантского зала без окон.

– Привет, А-118, покажи нам запись.

– Пожалуйста, – чуть наклоняет голову робот, сразу понимая, о какой записи речь.

Кидаю взгляд на напарника. Похоже, кто-то тут частый завсегдатай.

– Что-то нашли? – спрашиваю, ибо не нравится мне выражение его лица.