Погадайте на жениха, ведьмы!

Глава 1. Цена гадания.

Все же знают вот это вот "Приснись жених невесте", "Суженый-ряженый, приди ко мне наряженный"? Так вот, не рекомендую повторять. У меня случилось такое, что ни в сказке сказать, ни пером описать. А началось все год назад с безобидного бокала шампанского… точнее, уже далеко не первого.

— Ну же, Эвелина, пей! — прокричала Арина, праздновавшая свой развод, случившийся в январскую неделю. Инициатором, кстати, этого развода стала она сама. Арина, раскрасневшись от выпитого и возбуждения, нервно теребила в руках уже пустой бокал, словно выжимая из него последние капли праздничного настроения. Вокруг нее вихрем носились конфетти и обрывки серпантина, напоминая о недавнем взрыве хлопушки.

— Арин, может, хватит? Уже бутылку выпили, — протянула я жалобно, чувствуя, как шампанское неприятно тяжелеет в желудке. Голова слегка кружилась, а мысли путались, как новогодняя гирлянда после бурной вечеринки.

— Ну нет! Надо пить за расставание с прошлым и проблемами, чтоб точно не вернулись! — Арина с хватким блеском в глазах откупорила новую бутылку, ловко выстрелив пробкой в потолок. — За новую жизнь! За свободу!

— Хотя… так романтики хочется, что иногда и прошлое примешь с распростертыми объятиями, — мечтательно вздохнула Лика, помешивая в своем бокале пластиковой трубочкой, отчего пузырьки шампанского заиграли еще сильнее. Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно она уже видела призрак своей давно ушедшей любви. — Эх, девочки… где же вы, принцы на белых конях?

— Тогда давайте погадаем и загадаем мужиков! — Арина довольно прищурилась, глаза ее сверкали озорством. — Хочу такого, чтоб с первого взгляда захотел, чтобы я стала его, и не отпустил! — Она картинно обхватила себя руками, как будто уже чувствовала объятия воображаемого возлюбленного.

— А я тогда хочу такого, чтобы он любил меня сквозь расстояния и время, любил, как в книжках, — мечтательно протянула я, закатив глаза и прижав руки к груди. Образ прекрасного принца, скачущего ко мне на белом коне сквозь туман веков, уже ясно рисовался в моем шампанским затуманенном сознании.

— Хочу, чтоб он был ведьмаком, — выпалила Лика, — такой, чтоб потенциал высокий был, сила и так далее… — Ее щеки порозовели, а взгляд стал откровенно хищным.

— Ликуш, от ведьмака потом не сбежишь, они быстро бегают, — усмехнувшись, ответила я, представляя Лику, удирающую от разъяренного, но безумно влюбленного ведьмака.

— Значит, убегу! — с вызовом бросила Лика, и все мы расхохотались.

— А давай и посмотрим, от кого ты убежишь. Погадаем на женихов! — Арина подскочила с места, в глазах ее плясали чертики.

Что делают с ведьмами две бутылки шампанского? Да ничего особенного, только если не смешивать с малиновой настойкой… которую мы, конечно же, смешали.

Итак, сели три ведьмы у зеркала, в комнате, освещенной мерцанием свечей. Приготовились. Глубоко вдохнули, выдохнули и… начали петь песню. Глупую такую, да в три горла, сбивчиво и фальшиво, но от всей души.

— Суженый-ряженый, приди ко мне напряженный! — завопила Арина, ее голос срывался на визг.

— Приди меня пьяную, забери и в кроватку уложи! — подхватила я, хихикая.

— Приди ко мне миленький, поцелуй мои щечки! — пропела Лика, кокетливо прикрыв глаза.

— Приди ко мне светленький, обними мои ручки! — хором закончили мы первую строфу, сгибаясь пополам от смеха.

— Суженый-ряженый, приди ко мне наряженный! — снова начала Арина, размахивая руками.

— Приди светлый, приди темный, приди сильный, да такой, чтоб забрал меня с

собой! — продолжили мы, уже почти не попадая в такт.

— Приди, суженый, ко мне и женись скорей на мне! — горланили мы, чувствуя, как малиновая настойка начинает действовать.

— Приди, суженый, скорей, жду тебя уж век я! — закончили мы песню на высокой ноте, и в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь треском свечей и нашим тяжелым дыханием. Мы вглядывались в зеркало, ожидая… чего-то. Чего угодно.

— Глупо, соглашусь, — хихикнула я, — но если не закусывать, то и не такое придет!

Первой села Аринка, вся пылая от нетерпения. Она наклонилась к зеркалу, вглядываясь в свое отражение с какой-то маниакальной надеждой.

— Суженый-ряженый, приди ко мне наряженный! Приди ко мне светлый, высокий, да чтоб такой… — тут она икнула, зажмурилась на секунду, пытаясь сформулировать желание, — Ой, девоньки, а мне такой нужен, чтоб он забрал меня от мамки и бабки, чтоб больше не просили искать достойного!

Мы с Ликой хмыкнули, живо представив себе грозную Маргариту Николаевну, Аринину маму, и пригорюнились. С такой и правда не сладишь да и не убежишь. А уж с тем, как бабушка Арины хотела всех женить… Брр! Мурашки пробежали по коже от одной мысли об этом.

Зеркало долго молчало и ничего не вещало. Тишина, нарушаемая лишь потрескиванием свечей, становилась все более гнетущей. Мы даже взгрустнуть успели, представляя, как коротаем остаток жизни в одиночестве, под пристальным надзором родственников. Но Аринка не теряла надежды и упрямо продолжала сидеть у зеркала, сверля его взглядом, полным отчаянной мольбы.

— Уже можно хоронить нашу личную жизнь? — тихо прошептала Лика, обхватив себя руками, как будто ей стало холодно.

И тут… о чудо! Перед нами, в глубине зеркала, возник образ. Статный, кареглазый, светловолосый мужчина сидел в роскошном кабинете с видом на Биг Бен. На мгновение он поднял глаза, и мне показалось, что его взгляд остановился прямо на мне. Секунда – и образ пропал, оставив после себя лишь смутное ощущение чуда и легкое разочарование.

— Думаю, выпить можно, Лика, — обреченно вздохнула Арина, — где я найду иностранца? Да и приедет ли он сюда?

— Но ты же знаешь, где он! — Лика, казалось, мгновенно протрезвела. — Да и найти легко сможешь. Там же название компании, она вроде фармацевтическая, да?

— Пусть сам меня ищет, — отрезала Арина, с гордо поднятой головой. — Если судьба нас не сведет, значит, и не так уж и надо. После этих слов мы дружно призадумались. А зачем, собственно, гадаем, если все придерживаемся этой политики? Но азарт уже накрывал с головой. В глазах заплясали искорки возбуждения. На "камень-ножницы-бумага" мы разыграли, кто идет следующей. Напряжение нарастало.