Погибший мир. Право на второй шанс.

Глава 18

Велай

Мне стало не хватать того объёма воды, что выдавался ежедневно. Тренировки с Колартом становились жёстче и интенсивнее. А соблазн воспользоваться своим даром заметно вырос.

Вздохнув, я провёл рукой по иссушенным волосам, вытряхивая из них песок. Руки сводило зудом от сухости и грязи.

Вечером, получив свою порцию еды, я привычно сел поодаль от остальных соклановцев. Ел, уже не обращая внимания ни на вкус, ни на цвет содержимого тарелки. К вечеру от голода уже сводило желудок, но я не торопился его заполнять, растягивая свою порцию на долгие минуты.

— Какие новости, Шеф? — подскочил эльф, стоило Венере присоединиться к трапезе.

Она тяжело вздохнула, бросив на меня быстрый взгляд, сказала:

— Продолжаем жить привычной жизнью, но остаёмся начеку. В соседних кланах неспокойно. Происходит смена власти. Несколько небольших кланов расформировано. Падальщики с Черепахами теперь в тесном союзе. Как бы теперь Черепахи не пришли мстить за свой отряд...

— Прорвёмся! — одобрительно воскликнул Алез, младший из братьев троллей.

Остальные соклановцы поддержали громким улюлюканьем. Венера улыбнулась, но на её лице читалась усталость.

Доев свою порцию, я поднялся, чтобы отнести тарелку на её законное место. В этот момент кто-то толкнул меня в спину. Я пошатнулся, выпуская тарелку из рук, но остался стоять на ногах.

— Ой, прости! — воскликнул Лардриен, изображая раскаянье.

На лице эльфа не было и грамма сожаления, лишь кривая ухмылка и вызов в глазах. Приятели Лардриена тихо закашлялись, сдерживая смех.

Это была не первая и не последняя выходка эльфа. И как бы мне ни хотелось ему ответить, я понимал, что силы всё ещё не равны. Несмотря на свою хрупкость и изящество, Лардриен смог бы противостоять Коларту, когда тот в человеческом облике.

Через несколько дней на очередной тренировке Коларт вёл себя странно, не как всегда. В его движениях была напряжённость, а во взглядах, что он кидал на меня, читалось сомнение.

— Что?! — раздражённо воскликнул я, не выдержав его взглядов.

— Ничего, продолжаем тренировку! — нахмурился Коларт.

Оставшееся время тренировки напряжение не отпускало его. Коларт был погружён в свои мысли. Он отбивал мои удары, но его взгляд был пустым, словно он сейчас был не со мной.

Очередная моя попытка напасть — и Коларт сбивает меня в песок. Я лежал на спине, тяжело дыша. Коларт навис надо мной, закрывая собой солнце.

— Надеюсь, я не пожалею, — прошептал Коларт, протягивая мне руку.

— Не пожалеешь о чём?

— Я буду с тобой честен. Я хочу тебе помочь, но у меня нет уверенности в том, что ты сможешь распорядиться полученными знаниями с умом.

— Я не подведу тебя...

— Я бы поверил тебе, но за плечами у меня большой жизненный опыт. Запомни раз и на всю жизнь: в погибшем мире нет друзей. Тот, кого считаешь другом, без раздумий вонзит нож тебе в спину и повернёт несколько раз, спасая собственную шкуру. В погибшем мире никто не знает таких слов, как самопожертвование и бескорыстность.

— Зачем ты помогаешь мне?

— Из жалости, но я бы не советовал тебе полагаться только на этот приём. Он поможет тебе лишний раз. Ты сможешь застать противника врасплох, но в последующем эффекте неожиданности не будет, и ты не сможешь ничего противопоставить более сильному сопернику.

Слова Коларта, холодные и прямолинейные, врезались в память. «В погибшем мире нет друзей» — это звучало как приговор, как мрачное пророчество, которое пропитало сам воздух пустыни. Я, наверное, это понимал, но где-то в далёких глубинах своего подсознания, куда боялся залезть. Но это понимание не делало истину легче. Мир, где выживание зависит от готовности предать, мир без надежды на дружбу — вот что меня ждало.

После разговора с Колартом я тренировался усерднее, чем когда-либо. Теперь это была не только демонстрация упорства, но и битва за собственную жизнь. Каждое движение я оттачивал до автоматизма, стараясь забыть о чувстве голода, жажды и гнетущей тревоге.

Коларт, вопреки своим словам, помогал мне изо всех сил. Он не щадил меня, но в его действиях читалось не только стремление сделать из меня бойца, но и какая-то... забота? Хотя, возможно, я просто выдаю желаемое за действительное.

Один из таких напряжённых дней закончился, как обычно: изматывающим ужином, полным недомолвок и напряжённого ожидания. Венера казалась особенно мрачной. Она больше не смотрела на меня с той обеспокоенностью, что была раньше. Теперь её взгляд был сосредоточенным, словно она обдумывала каждый свой следующий шаг. После ужина она не пришла в комнату, но это было не впервые...

С того момента, как у меня проявился дар, мы с Венерой не ночевали в одной постели. У каждого сложился собственный режим жизни, в котором мы почти не пересекались.

И вроде бы всё было хорошо, но внутри, где-то на уровне солнечного сплетения, копилось напряжение. Напряжение нарастало и требовало выхода, но я не понимал, как себе помочь, как облегчить эту медленную пытку...