Погибший мир. Право на второй шанс.

Глава 26

Венера

Я последовала за Люком в отсек управления. Главный отсек располагался в голове червя и был небольших размеров. Внутри находились два железных кресла, на которых лежали грязные тряпки — обычное явление для погибшего мира. Перед креслами располагалась приборная панель с рулём, несколькими кнопками и рычагом, торчащим из пола между сиденьями. Над панелью возвышалось большое лобовое стекло с зеркальным покрытием снаружи.

Я остановилась на пороге, намереваясь наблюдать со стороны, как Люк управляет железным червём. Однако он не занял место у руля, уступив его мне.

— Ты вожак! Тебе и рулить!

— Я не знаю как! Я не умею!

— Я буду рядом... Сперва зажми левую от руля кнопку и попробуй влить в неё чистую силу, не обращённую в огонь.

Зажав кнопку двумя пальцами, я попыталась направить в механизм силу, но дар не откликался. Выдохнув, взяла себя в руки. Постепенно почувствовала, как по венам разливается пламя. Повторив попытку, увидела, как сила вспыхивает огоньками на кончиках пальцев. Встряхнув рукой, чтобы сбросить пламя, сконцентрировалась на передаче энергии в механизм без огненной формы. Не с первого раза, но у меня получилось.

Что-то внутри червя загудело, заворчало и затихло.

— Влей больше силы! — скомандовал Люк.

Я беспрекословно выполнила его приказ.

— Что дальше? — спросила я, когда червь снова загудел.

— Ждём...

Поняв намёк Люка, я замерла в ожидании. Не прошло и пяти минут, как дверь амбара была выбита.

Было больно видеть, как варварски разрушается мой дом. Я прожила на базе воронов восемь лет, и за это время она стала моим домом, а клан — семьёй.

— Что теперь?

— Ждём, — Люк положил ладонь на рычаг, внимательно наблюдая за тем, как в амбар врываются чужаки.

Через несколько долгих секунд Люк скомандовал, дёргая рычаг:

— Рули!

Я вцепилась мёртвой хваткой в металлический обруч руля. В следующее мгновение червь дёрнулся. Его движения были волнообразными, больше похожими на передвижение змеи, чем червя. Противники в страхе отпрянули, освобождая нам путь. Червь медленно набирал скорость.

Нас провожали ошеломлёнными взглядами, лишь пара троллей бросилась вдогонку, но червь уже набрал скорость. Земля дрожала, и каждый удар корпуса червя отдавался в моей груди, словно собственный сердечный ритм. Я крепко держалась за раскалённый металл руля, молясь тому, в кого давно не верила...

— Куда мы направляемся? — крикнул Люк, перекрывая грохот червя.

— Ты рассказывал, что лет двадцать назад был на востоке и исследовал заброшенные шахты. Там мы сможем укрыться. Надеюсь...

— Это было так давно... Я не уверен, что они до сих пор существуют...

— У нас нет выбора! Мы обязаны проверить!

Червь быстрыми, плавными движениями рассекал песок. Я никогда не была так далеко от базы. Пустыня, словно безмолвное море, простиралась до самого горизонта. Её поверхность то поднималась в высокие дюны, то опускалась в пологие холмы. Несмотря на кажущуюся стабильность, пустыня хранила следы времени. Из песков то и дело выглядывали части разрушенных строений, крыши когда-то жилых домов. Они словно призраки ушедшей эпохи, скрытые под покровом песка и времени. Когда-то здесь кипела жизнь: смех, разговоры, радости и горести переплетались в ткань обыденности.

Эти руины служили немыми свидетелями трагедии, произошедшей в этом мире. И каждый шаг по этому пейзажу напоминал о том, что жизнь не исчезает полностью, она принимает новую форму даже под покровом песка и разрушений. Здесь, в сердце пустыни, время перестаёт иметь значение, лишь воспоминания обретают ценность.

Шахты. Заброшенный рудник, где когда-то добывали редкие минералы. Люк рассказывал, что там есть целая сеть подземных туннелей, достаточно широких, чтобы вместить червя. Если, конечно, они не обрушились за все эти годы. Это был рискованный шаг, но у нас не было другого выбора.

Сидя за рулём червя, я чувствовала себя непобедимой. Казалось, я могла бы всю жизнь провести за рулём этого механизма. Но я не одна... Я не могу принимать поспешные решения. Я Глава клана и не имею права думать только о своих желаниях!

Мы начнём жизнь сначала... Там, где нас никто не достанет…