Погонялово "Хомяк"

Глава 1

Маша

После занятий я заторопилась в общагу. Надо было оставить там сумку с учебниками и конспектами. Потом, быстро собравшись и переодевшись, мчаться на работу. Если стояние по нескольку часов возле входа в супермаркет можно назвать работой. Причем, платье, которое мне выдал нынешний работодатель, было настолько коротким, что я рисковала заболеть. Или просто не дойти до торгового центра, где на первом этаже и располагался магазин.

Здание общежития встретило меня тяжелой деревянной обшарпанной дверью, старыми рамами и стенами из красного кирпича. Забор, с облупившейся краской, в одном месте покосился. Это все Витька с пятого потока виноват. Любил в свое время сидеть именно на этом месте. Когда дело касалось общаги, у руководства ВУЗа резко заканчивались деньги. Знала я об этом со слов профессора Моргунова, который любил перед началом лекции посокрушаться о несправедливостях этого мира.

Третий год обучения начался неделю назад. Два курса позади. Училась я неплохо, но лучшей бы себя не назвала. И тройки бывали. Да и когда все успеть, если работать надо. Просить деньги у родителей было совестно. Они и так помогали, как могли. Повезло набрать необходимое количество баллов, чтобы пройти по конкурсу на бесплатное обучение. Еле осилила вступительные экзамены. Чудо, не иначе.

Комендант, грузный мужчина с залысиной на голове и хитрыми маленькими глазками, при виде меня встрепенулся и встал со стула, который при этом будто облегченно скрипнул. И как выдерживал столь внушительный вес?

- А-а-а-а, - протянул надзиратель, потирая пухлые ручки, - Хомякова пожаловала.

- И вам здравствуйте, Михаил Федорович. Здоровались сегодня уже, - постаралась быть приветливой.

- Не помню, - отмахнулся комендант. – Я это… чего сказать хотел… - тут он замялся, и я сразу насторожилась. Не к добру это. Обычно Федорович так взглядом по полу бегал, когда от ректора с проверкой приходили. Было это за два прошедших года всего пару раз. Зато как мужчина переживал! Жалости только ни у кого не вызывал. – Вещи свои собирай по-быстрому. Тут от ректора студентка заселяется. А мест нет.

- Чего? – выдохнула, во все глаза смотря на коменданта. – Какая еще студентка от ректора? Я здесь на законных основаниях проживаю! Будто у главы ВУЗа денег нет для очередной родственницы квартиру снять или у себя поселить. Не имеете права. Я…

- А я что поделать могу? – развел руками Федорович. – Меня попросили место присмотреть. Я и присмотрел. Соседка у тебя тихая. С учебы всегда вовремя возвращается. Это ты не пойми где шляешься. Вот я и решил. И это не обсуждается!

- Это не законно! – возмутилась.

Мимо прошли первокурсники со второго этажа и косо на нас посмотрели. Как бы потом слухи не пошли, чего это мы тут обсуждали на повышенных тонах.

- Послушайте, Михаил Федорович, - я подошла к коменданту ближе, устроила руку на небольшой стойке окошка, через которое этот толстосум на меня смотрел и, просунув в оное голову, заговорила: - А если я на вас жалобу накатаю, а?

- На имя кого? – хмыкнул Федорович. – На имя ректора? Так это с его легкой руки я тебя вытур… вычеркнул из списка живущих здесь студентов.

- Я бюджетник, - с досады стукнула кулаком по стойке.

- И что? – отмахнулся от моих слов мужчина. – Вот иди к ректору и выясняй, кто прав, а кто виноват. Если не боишься быть отчисленной.

Быть отчисленной я боялась, поэтому весь мой запал вмиг исчез. Просто замечательно. Я осталась без крыши над головой. Родители остались жить в Питере, так что возвращаться к ним не вариант. И как быть?

- Совести у вас нет, Михаил Федорович, - процедила, отходя от окошка. Комендант приосанился, выпятил приличных размеров живот и проворчал:

- А ты что хотела, Хомякова? Человеческий фактор. Так что собирай вещички и на выход.

В голове крутились слова. Сплошь неприличные. Произносить их вслух, разумеется, не стала. Зато про себя проговорила несколько раз. Словарный запас в этом плане у меня был не очень. Ругаться не любила. Приходилось иногда, признаю. Но за последние пару лет происходило это редко.

- Засунули бы вы себе этот человеческий фактор в… - не договорила. Махнула рукой и помчалась на третий этаж, собирать свои вещи.

Замечательно. В один краткий миг я стала бездомной. И это при том, что еще надо успеть на работу. Деньги и так были нужны, а сейчас… Может переночевать в каком-нибудь хостеле? Нет, плохая идея тратить собственные сбережения на столь сомнительную ночевку.

Соседки в комнате не оказалось. Прикрыв за собой скрипучую, местами в трещинах на белой краске дверь, сразу пошла к шкафу. Спортивная сумка, с которой я два года назад приехала из Питера в Москву, лежала на самой нижней полке. Взяв ее, бросила на пол и стала быстро складывать одежду. Ее было немного, так что должно было поместиться. Кроме пуховика, в котором ходила зимой. Вот с ним я не знала, что делать.

Когда все было собрано, опустилась на край свой кровати и посмотрела прямо перед собой. На стену, обвешанную плакатами группы MBAND. Поморщилась. Да, Люда была тихоней. И группы она слушала сплошь попсовые. Пожалуй, стоило написать ей письмо и рассказать о своей ситуации. И попросить не выбрасывать несчастный пуховичок, пока я сама за ним не приеду. Вот найду себе место и тогда приеду.