Погребальная Песнь Луники

6. Чёрная Смерть

А на следующий день из замка пришла весть — барон Готхельф фон Крамм слёг. Ночью началась лихорадка, которую лекарь пытался сбить, отпаивая барона горячим вином с пряностями.

Не помогло.

Он метался по постели в бреду, слуги сбивались с ног, меняя охлаждающие компрессы на его пылающем лбу. Утром его тело раздуло уродливыми гноящимися шишками, язык почернел и началось кровохарканье. Вопреки лекарским прогнозам не помогло и кровопускание. А когда, спустя день, у барона стали чернеть и отмирать пальцы рук и ног, люди ужаснулись.

Чума!

Барон впал в беспамятство, распух и почернел. Следом слегла прислуга. Они умирали в муках, но никто к ним не подходил — боялись. Люди стали спешно покидать замок.

Черная Смерть, жадно облизываясь, выползла из замка и устремилась к рыбацкой деревне. Ей не терпелось набить голодное брюхо теплыми человеческими душами.

***

Луника тоскливо брела между горящими на улице кострами. Сегодня утром слёг в горячке отец.

Джеремайя, сидя у его кровати, пытался напоить его теплым отваром золотоцвета.

Отец попросил её помолиться за него в кирхе и Луника не смела отказать. По дороге думала, что это она вернула Черную Смерть в деревню.

«Это ты виновата! Это ты виновата! Это ты виновата!» — набатом стучало в висках.

В кирхе яблоку негде было упасть — сюда набились люди со всех окрестных деревень. Отовсюду слышались стоны и тяжелый кашель, плакали дети. От спертого воздуха кружилась голова, но она до конца, вместе со всеми, пела семь покаянных псалмов.

Выйдя из кирхи Луника с отчаянием смотрела, как сборщики тел, со звенящими колокольчиками на щиколотках, грузят на телегу почерневшие трупы.

Вот та женщина сверху — её соседка, ещё несколько дней назад она вызвалась вышить лентами её свадебное платье. Слёзы непроизвольно покатились по щекам.

Оглянувшись, она увидела лекаря в страшной маске с длинным птичьим клювом. Не веря своим глазам, она смотрела, как маска превращается в череп Вильхелмины, с таким же клювом.

«Это ты виновата! Это ты виновата! Это ты виновата!»

***

Луна по-прежнему безучастно взирала с ночного неба. Луника, почерневшими бесчувственными пальцами, вновь разрывала землю на могиле Вильхелмины. Она истерично смеялась над визгами и стонами нечисти за спиной. Она совсем не боится их. Презрительно усмехается — ей вовсе не страшно. Ведь что может быть страшнее Черной Смерти? Она должна, должна вернуть проклятый череп на место. Может быть тогда Чума уйдет?

Рассвет тронул желтым свечением краешек неба. Луника пошатываясь, с трудом поднялась на ноги.

У нее еще оставалась надежда.

Та, которая умирает последней.