"Погребок". Грибное счастье попаданки

Глава 1

- Ольга, пошли к завтраку. Маменька снова будет сердиться!

- Какая же ты скучная, Таша! – сестра оторвалась от зеркала, перед которым она прихорашивалась, и засмеявшись, чмокнув меня в щёку.

Я жила тут уже больше месяца и не могла нарадоваться, как мне всё-таки повезло! Тогда, в лесу, молния каким-то чудом перенесла моё сознание в другой мир, в тело юной дворянки, Натали Сент-Моренн. Девицы, воспитывающейся в семье младшего брата отца.

Богатый дом, приветливые родственники, принявшие меня как родную дочь. Двоюродная сестра, кареглазая смешливая Оленька. Сытая жизнь, вышколенные слуги, красивые наряды, светские рауты. Я была старше Ольги на год и уже побывала на своём первом балу, означающем, что девица повзрослела и готова выйти замуж.

Нет, мы не проводили время в праздном безделье. Родители озаботились нанять для нас учителей, а в свободное время мы занимались благотворительностью – помогали в военном госпитале.

Сестрица схватила меня за руку и потащила к лестнице. Ольга ловко перебирала ножками по ступенькам, а вот мне пришлось некоторое время учиться ходить в пышных длинных юбках. Вот и сейчас я подхватила подол другой рукой, стараясь смотреть под ноги.

Родственники прощали мне некую неуклюжесть, списывая всё на недавнее происшествие, когда во время грозы Натали умудрилась спрятаться от дождя под старой яблоней. Тогда от дерева остался лишь полуобугленный ствол, а девица несколько дней провалялась в кровати без признаков сознания.

В дом были приглашены лучшие лекари города и вскоре Натали открыла глаза, только вместо неё в этом теле была уже я. Признаюсь, первые дни мне было совсем не сладко, но я быстро поняла, в чём дело.

Не знаю, перекинула ли та молния душу девушки в моё тело или она ушла на перерождение, но я прекрасно понимала, что пути назад нет и мне придётся приспосабливаться к новой жизни. Зато я смело могла объяснять некоторые провалы в памяти своей недавней болезнью, в то время как сама, словно губка, впитывала в себя новые знания.

Этот мир напоминал мне конец девятнадцатого века, я даже решила, что меня забросило в прошлое, но вскоре поняла, что это не так. Другие страны, другие города – всё это указывало, что я попала в другой мир. И этот мир казался мне настоящей сказкой!

Подбежав к столовой, мы остановились, расправили друг другу складки на юбках и только после этого вошли в столовую. Маменька с папенькой уже сидели за столом, присев в лёгком книксене мы заняли свои места.

Служанка тут же положила каждой из нас по черпаку каши, полив её ярко жёлтым топлёным маслом. Она всегда подавала еду сначала Ольге, а потом мне, но я никогда не придавала этому значения, ведь мы всё получали одинаково.

Даже платья у нас пошиты в одном стиле, только у меня, как и положено блондинке - розовое, а у Ольги голубое.

На некоторое время в столовой воцарилась полная тишина, даже столовые приборы не звякали. Маменька всегда уделяла много времени этикету, её дочери могли похвастаться отменным воспитанием. И хотя мне многое приходилось узнавать заново, выручала память тела. Я иногда даже не задумываясь приседала в поклоне или придерживала юбки пышных нарядов.

Когда принесли десерт, все несколько оживились, в это время за столом позволялось заводить разговоры. Вместе с чашечкой чая батюшке подали свежую газету и развернув её, он быстро пробежался глазами по заголовкам.

- О чём там пишут, папенька? – Ольге явно не терпелось первой узнать газетные новости.

Не сказать, чтобы батюшка поощрял её любопытство, но ему нравилось при случае щегольнуть образованностью своих дочерей, чем Ольга беззастенчиво пользовалась.

Сестра грезила о великих свершениях, над чем отец только посмеивался, напоминая, что удел женщин – это ублажать мужа и растить детей. Он не знал, что в спрятанном под кроватью сундучке дочь держит альбом с газетными вырезками. Там она собирала любые упоминания о женских подвигах.

Кто-то спас из горящего дома детей, одна из дам открыла свою ресторацию, другая превратила таверну во что-то похожее на дом отдыха. Но больше всего её увлекали научные открытия. Например, госпожа Мари Сент-Хофф придумала настоящую деревянную дорогу!

С газетного листа смотрела довольно молодая барышня, а на заднем фоне можно было разглядеть деревянные рельсы и шпалы.

Во вчерашней заметке и вовсе сообщалось о некой Софи Сент-Лемар, которая умудрилась усовершенствовать военный карабин, приделав к нему оптический прицел!

- Как я ей завидую, - Ольга тяжело вздыхала, разглядывая изображение воинственной девицы с закинутым на плечо ружьём. – В нашем мире хорошо живётся только вдовам. Ведь им никто не указ, делай что хочешь!

- А что бы хотела ты?

- Я? – сестрица задумалась. – Я хотела бы выучиться на лекаря, - замахнулась она на святое святых.

Лекарями всегда были мужчины. В медицине женщинами были лишь принимавшие роды повитухи, да деревенские знахарки. Максимум на что они могли рассчитывать – это стать сестрой милосердия.

Многие благородные девицы помогали в госпиталях, поговаривают, что сама дочь правителя не гнушается щипать корпию*, которая заменяет тут перевязочный материал.

Вот и Ольга, подражая ей, дважды в неделю ездила в военный госпиталь. Не сказать, чтобы там было много больных, на границах сейчас спокойно, но военные часто помогали в поимке разбойников или тушении пожаров, поэтому несколько коек было стабильно занято.

Конечно, я всегда сопровождала сестрицу во всех её начинаниях. Мы всегда всё делали вместе. И если бы не разительно отличающаяся внешность: я была белокурой блондинкой, а сестрица яркой шатенкой, то нас бы точно принимали за неразлучных близняшек.

Вот и сегодня Ольга собиралась ехать в госпиталь и я с ней, но в наши планы вмешалась маменька.

- Лёля, Таша, - дома она часто называла нас этими милыми прозвищами, - сегодня вечером к нам прибудет господин Сент-Форелли. Он давно подыскивает себе новую жену. Таша, постарайся обратить на себя его внимание. Господин Сент-Форелли довольно обеспеченный мужчина, если ты сумеешь ему понравится – это будет довольно удачная партия!