Погрешность в расчетах

1

- Тише… я больше не могу.

- Да тише, может, мешаешь… Куда ты суёшь свой....... нос...

Женский и мужской голоса заливались смехом и мешали всем окружающим. Ну… как всем — Соне. Она сидела в читалке своей общаги, являясь невольной слушательницей парочки, которая стояла недалеко от её комнаты.

«Соня, успокойся, — проговаривала себе девушка. — Это твоя подруга… она счастлива. Ты, в конце концов, должна быть за неё рада… наверно».

Соня и Алина были подругами уже пару лет. До десятого класса они были знакомы заочно. Соня Львовна была ярой активисткой: на любые выезды, праздники и соревнования школьница собиралась быстро и с горящими глазами. Алина Николаева тоже была известна в своей школе — она была олимпиадницей по физике. Когда настало время выбора профильного класса, обе девушки выбрали физику и математику как основные предметы — ведь обе собирались в IT-специальность. Там они и сдружились. Соня как могла равнялась на подругу, считала её живым кумиром.

Когда заселялись в общагу, девочки написали заявление, чтобы жить вместе. Так оно и получилось.

Позже у девушек появились парни, и если Алине с ними всегда везло, то Соне — наоборот. Она рассталась с ним уже через месяц, услышав: «Ты слишком много времени уделяешь учёбе. Я не могу быть с человеком, у которого вместо сердца инженерный калькулятор». Шокирующей новостью это для неё не стало, наоборот — она даже испытала облегчение. Ведь теперь не надо выслушивать что-то неприятное в свой адрес.

Отдавшись полностью учёбе, девушка добилась кое-каких успехов: стала старостой не только группы, но и потока, секретарём студенческого совета и просто была на хорошем счету у преподавателей. А Алина, как и раньше, хорошо училась, но интересов, кроме Тимура, своего парня, она больше не имела.

Вот и сейчас девушки были каждая поглощены своим любимым делом.

Соне очень не нравилось, что подруга так много проводит времени с «собакой как из мема» (так она назвала её парня при первой встрече. У Тимура светлые волосы и густые чёрные брови). И дело было не в зависти, а в том, что её кумир оказался не таким уж восхитительным, а подруга — не совсем её. Раньше они проводили дни напролёт вместе, хоть и не жили рядом, а теперь максимум — по утру перекинуться парой слов, и Алина уходила на пары с Тимуром, возвращалась тоже с ним, ела с ним… да всё с ним. Возможно, что только в туалет она ходила одна, но, глядя на эту сладкую парочку, Соня сомневалась и в этом.

Голоса из коридора прервал звонок. Звонила мама.

— Солнце, ты ела?

— Конечно, — соврала Соня. Её тонкие худые пальцы заправили за дужку круглых очков прядь каштановых волос, выбившихся из тугого пучка.

— Мам, я фотосинтезирую, — посмеялась дочка, натянув на уставшее лицо улыбку. Под зелёными глазами уже давно залегли тени, которые не сходили. Завтра у неё было большое мероприятие по внедрению технологий в школьное обучение, она не могла позволить себе прийти неподготовленной.

— Это всё болтология, — обиженно процедила мать. — Ладно, занимайся. И, пожалуйста, постарайся лечь вовремя.

Телефон замолк, а девушка, подобрав под себя ноги, заплакала. Непонятно пока — от усталости или от обиды. Обиды на то, что её лучшая подруга, с которой они прошли и поступление, и вальс, и первую любовь, и даже первые отношения, не понимает важности этого проекта для неё и продолжает громко смеяться со своей «собакой».

Горячие слёзы текли по подбородку, но она не могла позволить себе плакать дальше… Завтра проект. Ей нельзя просчитаться.

Надо сказать, что Алине и Тимуру предстояло то же самое. До этого они попросили Соню записать их, и она не могла отказаться… Даже не так. Проекты были парные, и на них давали полное гособеспечение. Соня решила предложить подруге, но та, внимательно выслушав, сказала: «Как чудесно! Мне с моим тоже надо поучаствовать… Ты же меня запишешь?» Когда Алина произнесла эти слова, девушке стало очень обидно, но она согласилась.

Сейчас обиду подпитывало то, что в этот конкурс протиснуться не так уж и легко, и ей пришлось потрудиться, чтобы они сюда попали. А сейчас они стоят и воркуют…

С другой стороны, у них было больше времени на подготовку, так как Соня осталась без пары и готовиться усердно к конкурсу не имело смысла. За две недели до начала помощь пришла от того, кого не ждали: рыжего голубоглазого парнишки — Вани Иванова. Несмотря на шаблонное имя, он выходил из рамок шаблона.

Девушка облокотилась от усталости на спинку дивана, на секунду прикрыла глаза — и тут к ней подошла эта весёлая парочка…