Пой, детка, пой!

Глава 12

Удовлетворенные результатом и обескураженные внезапным успехом, Беверли и Ребекка отправились домой. Их план начал так стремительно воплощаться, что разговор с мужьями требовался срочный и обстоятельный. Всю неделю они репетировали и обсуждали будущее Беверли, как певицы, сидя на кухне за чашечкой кофе, пока Мэтью и Джонни трудились на благо семьи.

Мария, любопытство которой выплескивалось через край, дала обещание, что ни при каких условиях не проболтается, лишь бы ее посвятили в план и выбрали в помощники. Правда та помощь, которая от нее потребовалась, не очень ее радовала. Сидеть с детьми, когда в соседней комнате рождается звезда, крайне жестоко со стороны матери.

Добравшись до дома, Ребекка первым делом кинулась к холодильнику и вытащила большой кусок мяса. Она знала, как Мэтью любит вкусно поесть и вот уже тринадцать лет этим пользовалась в своих интересах. Год назад они сильно поссорились из-за проделок Питера, которому взбрело в голову притащить домой блохастого щенка. Мэтью сына поддержал и даже вступился за него в его же присутствии, чем укрепил намерение Питера настоять на своем. Доводы о том, что забота о собаке ляжет целиком и полностью на плечи и так уставшей от домашних хлопот Ребекки, не подействовали. И тогда она пошла на критические, но решительные меры – перестала готовить. Мэтью возвращался домой уставший и голодный, но заставал жену со щенком на руках и пустой холодильник. Ребекка же с радостью сообщала, как новый член семьи умен и чему научился за прошедший день. Дети были в восторге, а вот Мэтью съедала изнутри ревность и досада. Вытерпев три дня, он сам решил проблему – пристроил собаку в добрые, надежные руки, вернув любимую Ребекку к плите. Выгода от того происшествия была колоссальной – Ребекка добилась своего, сделав Мэтью крайним.

Манипуляцию едой, как способ добиваться своего, она открыла практически сразу, как только вышла замуж. Никто Ребекку этому не учил, оттого полезный навык был вдвойне приятным. У нее даже закралась мысль передать свое умение Марии, но для начала стоило научить свою дочь готовить так, чтобы ради ее жаркого или пирога муж был готов пойти на жертвы. Именно с этой целью Ребекка вела подробные записи своих лучших рецептов, оставляя на каждой страничке мудрое послание для дочери.

Вытащив тетрадь с верхнего ящика, раздвинув перед этим маскировочные банки с крупой, Ребекка с легкостью отыскала нужную страницу – рецепт острых отбивных с сырной шапочкой и тыквенным соусом. Это блюдо она готовила трижды и только к важному событию, которое и намечалось сегодня вечером. Пробежавшись глазами по строчкам, каждая из которых давно въелась в память, Ребекка заострила внимание на послании для Марии: «Мир полон чудес, которые ты непременно должна узнать». Вдруг эти слова отозвались по-новому и больно ранили сердце. Мария такая молоденькая, у нее впереди целая жизнь, чтобы испытать все ее радости на себе. А она, Ребекка, многим чудесам успела удивиться в свои тридцать лет? Дом, муж и дети забрали у нее все время. Да, это счастье, безусловно, но мир на этом не ограничивается. Мария и Питер вырастут и уйдут быстрее, чем кажется. Мэтью будет тренировать детей до самой пенсии, а может и дольше, если его не заменят кем-нибудь более молодым и амбициозным. Но такие люди обычно бегут из Бисби, поэтому Мэтью Дэвис обеспечен работой до самой смерти. Только Ребекка никак не реализовалась, и если сейчас упустит свой шанс, то нового может не представиться.

– Мир полон чудес, и я непременно должна о них узнать, – пробубнила она себе под нос, пряча тетрадь на прежнее место.

– Как успехи с ужином? – Беверли появилась на кухне так тихо и неожиданно, что Ребекка невольно испугалась.

– Если ты поможешь, то получится быстрее, – ответила она, громко хлопая дверцей.

– Что мне делать? – Беверли засучила пышный рукав платья. Но он следом опустился обратно.

Ребекка задумалась. Можно попросить Беверли нарезать картофель, но она вряд ли знает, как делать правильные кубики. Мясо на отбивные ей тоже нельзя доверять, ведь толщина должна быть определенной, иначе не видать им хорошей прожарки. Насчет соуса не может быть и речи – Ребекка не сможет объяснить ни пропорции, ни последовательность, так как готовит его интуитивно. Разве что можно поручить потереть сыр, но стоит ли ради такой мелочи марать руки?

– Накрой на стол, – нашла она занятие для Беверли, отметив про себя, что в нужный момент переставит тарелки на свой вкус.

– С мистером Смитом так удачно получилось! – Беверли порхала по кухне, то и дело натыкаясь на Ребекку. – Если Джонни все испортит, я ему этого не прощу!

– Придется проявить мудрость, подруга, – наставляла Ребекка, ловко орудуя ножом. – Пусть думает, что это он тебя уговорил петь.

– Ты сошла с ума? – Беверли чуть не выронила тарелку из любимого набора Ребекки на пол. – Этого никогда не случиться. Мой Джонни ревнивец и собственник. Ему постоянно мерещится, будто со мной кто-то заигрывает.

– Все мужчины одинаковые, – ответила Ребекка, почувствовав раздражение.

Она постаралась вспомнить, когда Мэтью последний раз ее ревновал, но не смогла. Ребекка всегда считала ревность проявлением слабости и неуверенности, тем более в их семье никогда не было подобных поводов, но вдруг задумалась – каково это, когда любимый человек хмурит брови, поймав на родной жене чужой взгляд?

Конечно, глядя на Беверли, можно понять Джонни: всегда в нарядном платье, с широкой улыбкой, безупречной укладкой и на высоких каблуках. Такие, как она, нравятся мужчинам. Ребекка же совсем другая. Пока. Если ее красоту подчеркнуть хорошей помадой и новым платьем, то Мэтью наверняка не спустит с нее глаз.