Поиграем в любовь

Глава 1

— Вот ты где! Ярка, ты долго будешь еще торчать здесь? — не скрывая раздражения, прошипела Анька, подскочив ко мне и легонько пихнув в плечо, от чего ручка в моей руке поползла вкось на листе бумаги.

Чертыхнулась под нос, совершенно забыв, что до этого она раз пять звонила. Мы стояли в холле главного корпуса университета. Перерыв между парами. Толпа снующих туда-сюда студентов. Шум и бубнеж доносился с каждой стороны. Я изучала расписание лекций «дедовским» методом на стенде, пренебрегая сайтом вуза. Во-первых, перебирать «вручную» было гораздо удобнее и быстрее, а во-вторых, администратор сайта часто филонил, и информация об изменениях в электронном расписании сообщалась в последний момент, либо не появлялась вовсе. Прогресс, в виде рассылки на электронную почту, хотя бы старосте группы, до нас еще не дошел.

— Тебя все заждались. Мы же договорились, после лекции в пиццерию идем. Только отвернулась, а тебя уже и след простыл. Забыла? Звоню тебе, звоню, а ты тут топчешься. Меня игноришь...

— Анют, еще несколько секунд, — заверила я подругу, коротко взглянув на нее, и снова вернулась к списку лекций, слегка прищурившись, чтобы ничего важного не упустить. — Профессор Ставицкий будет читать лекции на нашем курсе по доказыванию в гражданском процессе. Я хочу послушать. Знаешь, как он интересно рассказывает. Я была в прошлом году на одной из научных конференций... И тут такой шанс, вот переписываю расписание, пока никого нет, а то вечно тут не протолкнешься. Хоть биноклем вооружайся.

— Господи, ты так полысеешь! Впитываешь знания, как губка, — посетовала Анюта в легком раздражении. — У тебя есть минута и не больше. Потом я тебе беру на буксир и на выход.

— Не придумывай, с моими волосами все нормально. Даже в избытке, — продолжала делать записи, а заодно мысленно прикидывала часы лекций и часы моей работы. Все же один день придется пропустить, выбирая, либо работу, либо лекцию. Ни то ни другое было нежелательно. Дилемма...Ладно, у меня есть еще целая неделя подумать, что именно принести в жертву. В идеале жертв хотелось избежать. Может, удастся сменами на работе поменяться? Завтра же поговорю с админом в кафе.

Да, я была той чокнутой студенткой, которая тащилась от юриспруденции в целом и в частности. От тех преподов, которые преподносили свой предмет, как что-то невероятное и увлекательно. И наплевать, что кого-то это напрягало и, глазах этих кого-то я виделась ботаншей. Одним из таких был профессор Ставицкий. Он не преподавал в нашем университете на постоянной основе, но иногда делал «вылазки» для студентов и упускать такую возможность из своих рук не хотелось. Потому что я надеялась, закончить университет с красным дипломом и осуществить свои большие планы на жизнь. Очень большие! Очень большие планы заключались в получении статуса адвоката. Вот такая вполне земная мечта на этой грешной земле.

— Лучше бы на свидание сходила, — завела старую шарманку девушка, крутясь возле меня, тем самым закрывая мне обзор. Пришлось привстать на цыпочки. Не отталкивать же ее, в самом деле. только еще больше времени потеряем. — Никитка так и крутится возле тебя. Вчера целую пару просидел, ожидая, а ты юркнула в библиотеку, и поминай как звали. Ребята над ним уже потешаются. Ты меня хоть слушаешь?

Кивнула, одновременно фыркнула, услышав знакомое имя, записывая последнее словечко и ставя три восклицательных знака. Я люблю Аньку, но, когда заходит разговор о парнях, наши взгляды стремительно расходятся, как в море корабли. Вот как сейчас.

— Никитка твой крутится, как ножки блендера, вокруг каждой второй юбки, — ответила я, захлопывая блокнот, посмотрев выразительно на подругу. - То увеличивая скорость, то ослабляя.

Подруга же покрутила у виска, не забыв закатить театрально свои большие, обрамленные густотой ресниц, глазки. Вообще Нютка Зайцева была симпатичной блондиночкой с угловым каре, среднего роста — метр шестьдесят. Мы познакомились на первом курсе и быстро сдружились. Так вот и по сей день и дружим. Мне, в отличие от подруги, досталась длинная русая коса чуть ниже лопаток. Обычная типичная внешность и зеленые глазки. Ростом мы были примерно одинаковым, как и возрастом. Нам обеим было по двадцать лет. Совсем уже большие девочки. Как-никак студентки третьего курса юридического факультета. А вот меня звали Ярославой. Фамилия Смирнова. По поводу своего имени, еще в школе, родителям был устроен протест, где меня без конца кликали мужским именем. Какие только краткие формы не использовали. Была я и Яриком, и Славкой, и Славуней, и Ярилкой, и Яськой. Злилась знатно, топнула ногой, а потом и другой, изъявив желание стать Машкой или на край Наташкой. Хорошие русские имена, но родители, хоть и внимательно выслушали, потом посмеялись над моими детскими возмущениями, но были непреклонны. Так и сказали:

— Будь добра, ребенок, носи с честью и достоинством имя любимого дедушки. Он у тебя всю блокаду прошел.

Дед был любимый - это правда, и я гордилась им. Звали его, как вы уже догадались, Ярослав. По истине княжеское имя. Мощное и сильное, каким был дед. Даже если бы он не был участником Великой Отечественной войны, то все равно гордилась бы. Дедуля был классный, добрый. Сказки читал, колыбельные пел. На рыбалку меня возил. Мы таких окуньков с ним ловили, а потом на природе уху варили. В походы ходили с ночевой. А еще он всегда покупал много сладостей нам всем и себе, да и соседским детям. Умер он несколько лет назад, и мы по нему очень скучали. Теперь в семье остался один Ярик. Я! Куда ж от этого деваться? Никуда. Как-то же я двадцать лет прожила Ярославой. Проживу и еще двадцать. Надеюсь...

Так, что-то я отвлеклась. Ах да, Никита Большунов — первый парень на "деревне". Тьфу ты! В университете. Четверокурсник. Не подающий надежды юрист, но имеющий мохнатую лапу папы-нотариуса. Не вызывающей у меня даже отдаленной симпатии, как у других девушек, повесивших на него ярлык первого красавчика.

— Посидеть и послушать преподавателя иногда гораздо полезнее, — продолжала я, убирая блокнот и ручку в рюкзак, точнее, запихивая. — Твой Никита ничего не потерял. Да и не расстроился он сильно. Быстро нашел замену. Видела, как королева красоты местного разлива садилась к нему в машину, готовая под "ножками" превратиться в смузи. Растопырила ушки свои для очередной эмоциональной чуши и нет. Рита - его поля ягодка.