Поиграем в любовь

Глава 20

Дома! Кажется, я еще никогда не была так счастлива, оказаться в съемной квартире, где на удивление было тихо. Девочки из соседней комнаты, уже спали, а вот дверь в комнату Миры была открыта. Значит, ее не было. Возможно, очередное боевое задание, связанное с Андрюшей. Главное, чтобы к утру не вернулась с личным хаосом в голове и обязательно продемонстрирует его всем нам, визгливо срывая глотку. Этой девочке абсолютно плевать, что кого-то это очень сильно напрягает.

Вошла в свою комнату, не включая свет, да и не было в нем никакой надобности: свет от уличных фонарей попадал в не зашторенное окно, отлично освещая пространство вокруг меня. Скинула верхнюю одежду, упала на кровать, хотелось уснуть, не раздеваясь. Зажмурилась с силой на секунду. Вот это день! И еще вечер и частичка ночи. Все больше никаких сделок, игр в любовь. Никогда и ни за что! Ни при каких условиях.

Вообще все происходящее не укладывалось в голове. Настырно пялилась в потолок, пыталась соединить ниточки, выстроить логическую цепочку и понять, как действовать дальше. Дима так и не дал о себе знать – это первое и главное неизвестное в моем мысленном уравнении. Мой друг – игрок и это второе. Должен кому-то крупную сумму денег – третье. Неожиданно пропадает – четвертое. С этого места возникает еще больше вопросов и, к сожалению, нет ни одного ответа.

Похищение, удержание или намеренный побег?

В сложившихся обстоятельствах, обе версии имели место быть. В пользу первой – карты, долги, сомнительные и опасные друзья. Нельзя было исключать и Стаса. Дима и ему был должен. Возможно, Даниил прав: такие люди пойдут на многое, чтобы забрать свое.

Со второй версией вообще все было просто и одновременно сложно: страх и отсутствие денег для возврата долгов. Но даже если и так. Нельзя поступать так со своими родителями. Хоть строчку. Хоть словечко. Даже страшно представить, что сейчас твориться на душе у людей. Это не шутки и не баловство. Нельзя же будет вернуться через неделю или месяц и посмеяться в лицо всем нам в лицо и заявить, что это была шутка. Пусть такой вариант блуждал в моей головке, но рассматривать его всерьез было чересчур. Не мог так поступить Дима. Не мог и все тут.

Только его исчезновение не отменяло того факта, что младший Васнецов во что-то вляпался, и по странному стечению обстоятельств, втянул меня в водоворот событий. Господи, меня еще ищут его дружки. С последним, я не представляла, что делать. К словам Даниила прислушалась, поверила уже в машине и мысленно тысячу раз раскаялась за свою несдержанность, необдуманность, отругала. Признаться душевных сил не хватило. Оставалось, молча терпеть нравоучительную речь брата Димы до самого дома.

Если бы близнецы меня увидели… О последствия думать не хотелось. Вернулась бы я сейчас домой? Как повел бы Даниил себя? Кинулся бы защищать меня, после того, что узнал? Верил ли он мне?

Вопросы. Кругом одни вопросы.

Девушка еще эта, находившаяся с Димой в тот вечер. Вроде бы я. Опять же со слов Даниила – очень похожа, со спины. На видеозаписях это видно. Как оказалось, находясь в той машине, и занимательное видео успел посмотреть. Вроде как со мной в главной роли. Обещал, что завтра и мне покажет. Это могло означать только одно: завтра мы увидимся снова и снова без лишних обсуждений и препятствий с моей стороны.

В одном я была уверена точно: меня с ним не было, и быть не могло. И как справедливо заметил Даниил: возможно, кто-то заметает следы и меня подставляет. Кто? Зачем? Какая цель? Ведь я ни сном, ни духом о настоящей и бурной жизни друга не знаю и знать не хочу. Определенно, Даниилу необходимо рассказать о нашей маленькой лжи с его братом, пока все происходящее вокруг не слепилось в большой снежный ком. Снесет и не заметит маленькую Яру.

А еще неимоверно хотелось, не бояться, потому что, заходя в подъезд, хоть и рядом был, обнимающий меня Даниил, я чувствовала липкий и неприятный страх. Не смогла удержаться, чтобы не оглянуться по сторонам. За что получила маленький, но ощутимый нагоняй от Васнецова. Мужчины довел до квартиры, дождался, пока открою дверь и только потом, не сказав слов прощания, удалился прочь. Я глядела на его удаляющуюся спину, понимая, что с ним было гораздо спокойнее, удивляясь себе. Еще каких-то пару часов назад он тебя ужасно раздражал и бесил. А еще он классно целуется и губы у него мягкие…

Легонько ударила себя по лбу, не одобряя свой поступок. Если бы была другая ситуация и другой день – я бы вела себя поприличнее. Да что я вру! Я всегда веду себя прилично! Но сегодня оказалось слишком много всего – и смелости, и обиды и злости, и усталости, чтобы сдержать себя в руках. Нет, к такому адреналиновому стрессу моя психика оказалась не готова. Брысь, из моей головы. Брыыыыыысь! Тьфу! Кыш!

В платье лежать было неудобно, живот предательски заурчал. Отказать ему, не знаю уже в какой раз, не смогла. Поплелась на кухню, предварительно завернув в душ, чтобы смыть тяжелый день. Через десять минут горячий сладкий чай, непозволительно большой бутерброд с колбасой, сыром, кетчупом и только потом кроватка, мягкая подушка и теплое одеяло. Конечно же, не о какой учебе речь идти не могла. Усталость брала свое.

Закуталась в одеяло, слушала, как ветер на улице завывает. Уснуть никак не получалось. Я кое-что вспомнила и теперь ворочалась с боку на бок. Рука тянулась к трубке и тут же опускалась. Вот блин. Три часа ночи.

Так, Ярослава, выдохни. Вдох-выдох. Вдох-выдох. В конце концов, это для пользы дела, Димы и все правила хорошего тона можно послать к черту. Не убьет же он меня, в самом деле. Тем более по телефону.

Один гудок. Второй….

Кто бы мог подумать, что я буду сама звонить Васнецову? Да, еще и в три часа ночи.

Третий. Четвертый. Можно и еще раз набрать. Наверное, он спит. Очень умно, Яра. Что еще человек может делать в такой час?! Естественно, спать.

Пятый…

– Алло…– его сонное, недовольное, заставило меня откинуть одеяло и сесть в кровати.