Поиграем в любовь

Глава 32

До нового года оставалось пару часов. Любимый праздник, который я всегда ждала с замиранием сердца, мечтала о маленьком чуде. Я и мама крутились на кухне, доделывая последние приготовления к новогоднему столу. Традиционное оливье, селедка под «шубой», запеченный гусь, бутерброды с красной рыбкой, тарталетки с икрой. Папа с девочками наряжали елку, которую сестренки умудрились уронить на пол. Хоровод водили. Доводились до грохота, маминых криков, детского плача.

Дни в родительском доме шли на удивление медленно. Тянулись. Конечно же, родителям, я не посмела рассказать ни о похищении Димы, ни о моих подвигах. Решила не волновать. К сожалению, вестей не было: ни хороших, ни плохих. Каждый день, я справлялась об этом у Константина Александровича по телефону, взяв у него номер два дня назад, когда он вез меня на вокзал. Да, я себя накрутила настолько, что в какой-то момент разозлилась, и твердо решила не звонить Даниилу. В конце концов, это он себя странно вел тем утром. Это он меня прогнал, не объясняя ничего. Я имела право злиться. Только на душе была маета. Места себе не находила. Бесполезно слонялась по родительской квартире, сжимая в руках мобильник. Будто наваждение какое-то и только посмеяться над собой можно. Влюбилась, как дурочка малолетняя. Настойчиво убеждала себя, что скучать по Васнецову не собираюсь. Врала себе. Скучала. Думала. Тоска, казалось, навечно поселилась во мне. Злилась, обижалась, но скучала.

Он не звонил и не писал. Это было поводом для подступающих слез. Но и сама звонить я не рискнула. Гордость, да и вообще… Вдруг он не ответит или скажет что не хочет со мной говорить. И что тогда делать? Молча отключиться, почувствовав себя дурой и начать выть в подушку?

Но были и приятные новости, от которых, хоть и маленький, но камушек упал с моей души. Мира наконец-то пришла в себя и позвонила мне сама. Чувствовала себя еще не очень хорошо, но говорить могла. Прощенья у меня попросила и пообещала, что больше никогда – никогда не будет принимать наркотики и бегать, как последняя умалишенная девица за парнями. Ее родители с теперь уже бывшей хозяйкой квартирный вопрос уладили и вред возместили. Это хорошо. На Миру я зла не держала.

Вздохнула, отложила нож в сторону, повернулась на звук разрывающегося фейерверка за окном. Новый год еще не наступил, а у людей во всю веселье. А еще снег. Много снега, деревья и одинокий месяц за окном. И дома семейный уют, родные люди, елка, а под ней подарки, маленький декоративный камин, вкусности, приготовленные мамой. Я всегда мечтала о большой елке. Родительская жилплощадь не позволяла. Обязательно, когда-то у меня будет большой дом, и я поставлю огромную ель.

– Ярик, все в порядке? – неожиданно спросила мама, оторвавшись от нарезки овощей, повернувшись ко мне лицом. Изучала взглядом или даже сканировала.

Глаза в сторону покосила. Даааа, от мамы ничего не скроешь. Видит меня насквозь. На то она и мама. А из меня конспиратор не важный.

– В порядке, – подтвердила я, посылая улыбку, вновь взглянув на нее.

– Ты выглядишь обеспокоенной, – прямо сказала она. – Задумчивой и с грустинкой в глазах. А еще ты подрываешься от каждого телефонного звонка и смс. Ты ждешь, что кто-то должен позвонить? Парень? Вы поссорились?

Ну что вот тут ответишь? Врать совсем не хотелось, и я кивнула, чувствуя, как в глазах скапливается влага. Мама взяла и обняла меня.

– Ребенок, ты влюбилась? – обняла ее в ответ крепко-крепко. – Это хорошо.

Кивнула, снова оказавшись от вранья.

– Помиритесь, малыш. Обязательно, – заверила мама, поглаживая по спине. – Знаешь, сколько мы с твоим папой ругались, ссорились, пока встречались? Ничего потом мирились и вон уже сколько прожили вместе и троих деток родили.

– Он мне даже не парень, – хлюпнула носом, уткнувшись в мамину шею. – И Даня меня поцеловал и сказал, что ему нравиться меня целовать.

Ей-богу, детский сад! Мне будто пять.

Мама взяла меня за плечи, от себя отстранила от себя.

– Значит, Даниил! Прекрасное имя.

– Да. Он брат Димки Васнецова. Помнишь, я тебе рассказывала про него.

Кивнула.

– Помню. Малыш, он позвонит. Я уверена. Твоему папе тоже нравилось меня целовать, – подмигнула она мне. – А если не позвонит, то позвони сама и задай вопрос в лоб, но не навязывайся. Смирновы не плывут по течению, а против него. Да, трудно, но порой трудный путь самый правильный и уж лучше …

Продолжить мама не успела, на кухню ворвался голодный, как волк папа. Пришлось срочно разрывать объятия и делать вид, что лук заставил его дочь плакать. Потому как, если папа узрит дочкины слезы, то не успокоится, пока «чиполлино» не будет найден и все обстоятельства дела не будут выяснены.

– Девочки, ну когда же вы уже будете кормить своего мужчину? Я умру от голода. Такие запахи…

–Игорь, потерпи, – строго сказала мама, а потом и пальцем погрозила. – И не смей ничего таскать со стола.

– Оля, только один бутербродик, чтобы червячка заморить, – вполне невинно отозвался папа, сложив ладошки.

– Папуль, у тебя там не червячок, а червячище, – рассеялась я, протягивая ему тарталетку с икрой, для которой довольный папа уже открыл свой рот.

– Я в свой старости уверен, – пережевывая еду, говорил он. – Дочери меня голодным не оставят. Не то, что некоторые. Я всегда буду сыт, родная женушка.