Поиграем в любовь?

21

Альбина

Следующий день дистанционки прошёл в странном, взволнованном ритме. Я пыталась сосредоточиться на уроках, но мысли постоянно уносились вперёд, на неделю, представляя тот самый дом, бассейн, смех друзей... и его взгляд. После занятий я ещё час сидела над учебниками, больше для вида, чтобы не чувствовать себя совсем уж бездельницей.

Но главное испытание ждало меня вечером. Нужно было поговорить с родителями. Я оттягивала момент до самого ужина, пока мы не сели за стол – папа, мама и я.

– Мам, пап... – начала я, ковыряя вилкой салат. – Через неделю... у Влада день рождения.

Родители переглянулись. Мама отложила вилку.

– Ну и что? Поздравь его от нас.

– Он... он не просто празднует. Он снимает загородный дом на выходные. Пригласил меня и ещё ребят. Там будет бассейн, баня... – я сделала глубокий вдох. – И он зовёт с ночёвкой.

Наступила гробовая тишина. Папа нахмурился.

– С ночёвкой? Альбина, ты в своём уме? Что это за вечеринка такая? Там же наверняка будет выпивка, еще фиг знает что...

– Не будет! – тут же встряла я, чувствуя, как краснею. – Влад сказал, что всё будет цивилизованно. Его родители сами это организуют, это же его восемнадцатилетие, они хотят всё сделать красиво. Никакого алкоголя не будет, я тебя уверяю! Это просто отдых, чтобы повеселиться, поплавать в бассейне...

Мама смотрела на меня с беспокойством.

– Дочка, ну ты же понимаешь... Такие вечеринки... всё может выйти из-под контроля. Да и ночевать в одном доме с мальчиками...

– Мы не одни будем! – почти взмолилась я. – Там человек двадцать! И Мира будет, и другие девочки из класса. Это будет просто большая компания друзей. Пожалуйста, можно? Это же такой шанс... Он мне действительно важен.

Я смотрела на них умоляющими глазами, вкладывая в слова всю свою искренность. Я видела, как они снова переглянулись, безмолвно советуясь друг с другом.

Папа тяжко вздохнул.

– Влад... это тот самый мальчик, который с тобой на олимпиаду ездил? Из приличной семьи?

– Да! – тут же подхватила я. – Его родители всё контролируют. Это не какая-то вписка, а организованное мероприятие.

Ещё минута тягостного молчания. Потом мама нерешительно сказала:

– Ну...если правда без алкоголя... Только при условии, что ты нас познакомишь лично и мы созвонимся с его родителями.

– Спасибо! – выдохнула я, чувствуя, как с плеч сваливается гиря. – Спасибо вам огромное! Я буду осторожна, обещаю!

Они сдались. Я сияла до конца ужина, мысленно уже собирая сумку. А потом до меня дошло, что родители потребовали их познакомить... Боже!

Когда я уже мыла посуду, телефон снова вибрировал. Сообщение от Влада. Я вытерла руки и открыла его, и у меня внутри всё кувыркнулось.

«Привет. Слушай, а не хочешь завтра сходить куда-нибудь? Не как все, а вдвоём. В тот новый ресторан на набережной. Говорят, там круто готовят»

Мои пальцы вдруг стали ватными. Свидание? Настоящее свидание? В ресторан? Бабочки в животе взметнулись таким бешеным вихрем, что я прислонилась к столешнице для равновесия.

«Конечно хочу!» – чуть не дрожащими пальцами отправила я ответ, прежде чем страх и неуверенность успели меня переубедить.

И тут же накатила вторая волна – паника. Что надеть? Завтра конечно еще будет мороз, но не критично. В ресторане будет жарко... Нужно что-то такое, чтобы и не замёрзнуть по дороге, и выглядеть соответствующе. Я металась между шкафом и зеркалом, прикидывая один наряд за другим. Всё казалось то слишком простым, то слишком вычурным, то совсем не по погоде.

В итоге я остановилась на тёплом платье-водолазке из плотного трикотажа и длинном шерстяном пальто. И, конечно, сапоги на небольшом каблуке – чтобы и элегантно, и не скользить по льду.

Я легла спать, но уснуть не могла. Внутри всё трепетало от предвкушения, страха и дикого счастья. Завтра. Завтра после школы будет наше первое настоящее свидание. И от одной этой мысли по коже бежали мурашки.

***

После учебы я мешкалась по дому и ждала вечера. Провела перед зеркалом больше часа. Переделывала макияж три раза, перебирала украшения, снова и снова прикидывала, насколько платье будет теплое для пути и уместное для ресторана. В животе порхали те самые бабочки, только теперь они казались размером с птиц и бились о рёбра с такой силой, что было трудно дышать.

Ровно в семь вечера под окном плавно остановился чёрный автомобиль бизнес-класса. Я выглянула в щель в шторах, и сердце ёкнуло. Это было так... солидно. И не по-нашему.

Сделала глубокий вдох, натянула пальто и вышла на улицу, кусая губы от нервов.

Задняя дверь автомобиля открылась, и из неё вышел Влад. Он был в черном пуховике и чёрных штанах, идеально сидевшие на нём, его волосы были аккуратно уложены, не прилизаны. Он выглядел... старше. И очень уверенно. Увидев меня, он широко улыбнулся, и его глаза смягчились.

– Привет, – он сделал шаг навстречу. – Красиво выглядишь.

Его голос звучал глубже и спокойнее, чем обычно.

– Привет, спасибо, и ты тоже очень классно выглядишь, – прошептала я, чувствуя, как краснею до корней волос.

Он открыл заднюю дверь и подал мне руку, как будто я была какой-то принцессой, а не Альбиной Каменской из соседнего двора. Я присела на мягкое кожаное сиденье, утопая в нем. Внутри пахло дорогим кожаным салоном и его легким парфюмом. Он пристроился рядом, и машила тронулась так плавно, что я почти не почувствовала движения.

Ехали мы почти молча. Я смотрела в окно на мелькающие огни, а он – на меня. Я чувствовала его взгляд на своей щеке, и от этого по спине бежали мурашки.

– Не нервничай, – тихо сказал он, как будто читая мои мысли. – Всё будет хорошо.

Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

Когда машина остановилась у большого, светящегося золотом здания у реки, у меня перехватило дыхание. Влад снова подал мне руку, помог выйти, и мы вошли внутрь.

И тут я действительно потеряла дар речи.