Поймаешь меня?

7.

Здание выглядело опрятным и милым: утопающее в зелени и разрисованное разношерстными картинками юных местных творцов, проживающих в его стенах, оно несло в себе покой и умиротворение, свойственные лишь по-настоящему счастливым местам.

Залюбовавшись открывшейся взору картиной, Даниэль чуть не пропустила приближение маленькой, слегка пухлой пожилой женщины, теперешней настоятельнице приюта.

— Здравствуйте, давно ждёте? — извиняющим голоском проговорила она приближаясь.

— Нет, все в порядке, — тут же ответила немного смутившаяся девушка.

— Погода настолько прекрасная, Вы не против, если мы немного прогуляемся?- С этими словами монахиня кивнула на окружающий местность сад.

— Как Вам удобно, — вежливо согласилась Даниэль.

Они медленно шли по аллее.

Этот красивый сад, умиротворение, так неловко было нарушать всё это. Но она обязана. В первую очередь она – Даниэль Пирс- агент. Девушка протянул женщине снимок молодого красивого мужчины.

— Вы знаете кто это?

— О-о-о, — воскликнула она радостно, — это же наш Николас!

— Ваш? — пробормотала несколько опешившая девушка.

Тетушка порозовела от удовольствия, с материнской любовью разглядывая знакомые черты.

— Мой славный мальчик, — она провела пальцем по снимку, — Он вырос здесь и до сих пор помогает воспитанникам.

— Но ведь его нет в списках прибывших сюда детей.

— Ох, милая моя, — грустно отозвалась настоятельница, — это очень печальная история.

— Расскажете? — попросила слишком не по-служебному заинтересованная Даниэль. Непонятно по какой причине этот привлекательный вор вызывал в глубине её души совершенно противоречивые эмоции.

— Конечно, но обещайте не плакать, —неуклюже пошутила монахиня.

— Я справлюсь, — в тон ей ответила девушка.

И она начала свое повествование.

Отец Николоса был местным пастором и по совместительству руководителем приюта, а мама учителем музыки для несчастных деток. Свое свободное время мальчик проводил с местными воспитанниками, помогая матери на ее занятиях или играя с самыми младшими из ребятишек. С раннего детства он был очень добрым и сострадательным, и все тутошние обитатели в шутку называли его Ангелом.

«Вот откуда эта кличка, а вовсе не из-за внешности» - решила про себя Даниэль.

А тетушка тем временем продолжала.

Когда мальчику было девять, их семья попала в автокатастрофу, выжил только Ник, родители скончались в больнице. Проводилось расследование, но виновный так и не был наказан.

— Почему? — искренне удивилась девушка.

— Деньги, мисс Пирс, в этом мире, к сожалению, они решают слишком многое. Врезавшимся был сынком какого-то богатея, и все замяли еще в самом начале.

— А Ник? Что стало с мальчиком?

— Бедный наш ангелочек, — начальница смахнула появившееся в уголках глаз слезинки, — первое время он пытался добиться справедливости, но потом смирился, — и немного помявшись она добавила, — на время.

Даниэль посмотрела на нее, прищурившись.

— Николас всегда был умным мальчиком, а когда родителей не стало, то единственным, что спасало его от боли и одиночества, стала учеба. Он самостоятельно изучил несколько языков, поступил в престижный ВУЗ. На последнем курсе он успешно защитил диссертацию по математике, а его разработки по физике признавали даже мировые светила, — женщина вздохнула, — все это весьма пригодилось ему впоследствии.

Темные глаза смотрели на Даниэль понимающе.

— Вы знаете чем он занимается? — тихо уточнила девушка.

— Да, — пробормотала монахиня, — к сожалению, я не всегда могу гордиться поступками этого заблудшего ребенка.

— Он вор, — громко констатировала Даниэль, — и возможно даже опасен.

— Нет, — резко перебила её побледневшая женщина, — Николас никогда никого не убьет.

— Но он носит с собой оружие, — пробормотала Даниэль, вспоминая недавнюю встречу.

— Это лишь антураж, оно никогда не бывает заряженным. Мой несчастный мальчик, — начальница прикрыла глаза, — если бы не та авария…

Она снова посмотрела на девушку.

— Знаете кто был первым, кого он ограбил?

— Нет, — с любопытством выдохнула она.

— Те, из-за кого погибли его родители.

— Ясно…

То, что она узнала об Ангеле сегодня, добавило к его личности новый, грустно-таинственный штрих. Пирс было жалко маленького несчастного мальчика, спрятавшего свою боль и одиночество за рядами цифр и тетрадей. Она живо представила себе хрупкую, ссутулившуюся фигурку ребенка, склонившегося над книгами в библиотеке.

Печальный гений воровского мира. Почти как герой криминального романа, но, к сожалению, не положительный.

Девушка зашла в небольшую часовню, примыкавшую к приюту, помолиться за заблудшую душу мошенника.

Николас наблюдал за Даниэль с балюстрады. Мария хорошо сыграла роль монахини, впрочем, как и всегда, когда он прибегал к услугам этой актрисы.

Судя по несчастному виду агента Пирс, девушка проглотила заготовленную вором наживку…