Поймать ветер

Глава 1

1 сентября. Пустошь Нортумберленда.

Около 8.00 часов вечера.

.

Осень еще не успела вступить в свои права как следует, но, кажется, Нортумберленду об этом не сообщили. Дождь хлещет без перерыва. Начиная от самого Лидса и все последние два часа пути тяжелые тучи преследовали «Вольво». Щетки откровенно устали сгонять с лобового стекла целые потоки воды.

Сраный Нортумберленд. Сраная осень. Сраный альтруизм.

Разъезженная колея превратилась в развилку. Ральф вдавил педаль тормоза, покосился на навигатор и в очередной раз потянулся к салфетке, чтобы свериться с рисунком сестры. Она даже не потрудилась найти нормальный лист бумаги. Просто наспех нацарапала на салфетке линию с разветвлением, домик и ворота. Как рисунок пятилетки. Но сестра бодро заверила: «Тебе даже не придётся напрягаться!»

А он, как дебил, поверил.

Надо же было вляпаться в такую срань! В прямом смысле.

Судя по каракулям на салфетке, нужно повернуть налево. Ральф переключил передачу и крутанул руль, колёса свистнули в грязи, и «Вольво» с трудом свернула в колею.

И ведь всё началось вполне безобидно. Вчера вечером сестра улучила момент, когда в баре не было людей, подсела за стойку и обвела пальчиком древесный рисунок столешницы. Выглядела прямо как в детстве, когда просила прикрыть ее перед мамой.

— Представляешь, с утра не могу решить, что делать. Нужно съездить за город, забрать кое-что, а времени нет.

И Ральф, как дурак, клюнул.

— Зачем тебе? — Он отставил пустой стакан и приготовился слушать.

Оказалось, бабуле её мужа Дипике срочно понадобился антикварный чайный сервиз, который она привезла с собой из самой Индии, когда вышла замуж. И поехать совсем некому. А бабуля страдает без сервиза.

— Понимаешь, он ей так дорог, она боится, что его украдут. А я работаю, и у Шейна сроки…

— Но если чашки так ей дороги, почему они не с ней в Лондоне?

Сестра состроила озадаченное лицо.

— Ну раньше в загородный дом часто ездили на охоту, чашки были там нужны. А теперь вот они пропадают зря.

Мистраль перевела задумчивый взгляд на Ральфа, сощурилась, потёрла подбородок и, будто эта мысль пришла ей в голову вот только что, наигранно протянула:

— А-а-альфи! А у тебя же выходные, да?

Ральф не дал ей закончить.

— Даже не думай об этом. Это максимально странная фигня, знаешь ли, —отрубил он и переключил внимание на подошедших к стойке посетителей.

Но Мистраль не была бы собой, если бы так легко отбросила идею. Когда компания отошла, сестра принялась слёзно уговаривать и давить на жалость. И Ральф сам не заметил, как сдался.

— Ладно, я потрачу свои выходные, но только если ты дашь мне вашу с Шейном тачку и оплатишь топливо.

И она согласилась.

Потому что индийская бабуля Дипика очаровывала всех одним своим взглядом. Ральф встречался с ней всего два или три раза, но эта старая леди в ярком сари приняла его с индийским радушием, в один момент стала называть сыночком и грозила пальцем, чтобы не смел испытывать на ней силу своих прищуренных синих глаз.

— Было бы мне тридцать, ты бы от меня не сбежал, красавчик, — заявила она тогда, в их первую встречу.

Совершенно особенная женщина. Что стоит привезти ей какой-то там памятный сервиз?

В тот момент Ральф ещё не знал, что «куда-то за город» — понятие растяжимое. Оно растянулось почти до самой границы с Шотландией, в Нортумберленд, где плотность населения около шестидесяти человек на квадратный километр. Эту информацию очень мило подсказала «Алекса», когда Ральф плутал по бескрайним пустошам в поисках хоть какой-то деревни…

.

Колея сделала поворот, огибая холм. «Вольво» вильнула. И перед ним внезапно предстало не слишком большое каменное строение с двускатной крышей. Да неужели? Дом? Настоящий? Колея убежала прямо к воротам в каменной изгороди, очень похожим на каракули сестры. Сжатая в груди пружина начала медленно распрямляться. Наконец-то. Кажется, шестичасовое скитание по английской провинции подошло к концу. Даже ливень внезапно стал утихать, как бы знаменуя это событие.

Ральф выскочил из машины, и, пригнув голову, побежал к тяжелым створкам. Его белые кроссовки увязали в жидкой грязи, легкая джинсовая куртка тут же намокла, а волосы слиплись. Сраный Нортумберленд. Как здесь вообще можно жить? Хотя лучше не знать.

Открыв тяжелые ворота, он вернулся к машине и, тряхнув тёмной головой, как мокрый пёс, нырнул в нагретый салон «Вольво». Хорошо еще, что хватило ума привезти с собой какие-то продукты. Когда он понял, насколько сильно подставила его сестра, остановился возле супермаркета в Лидсе.

Хотя вообще-то нужно было проявить такую предусмотрительность шесть часов назад и никуда не ехать.

.

Стоило повозиться с замком и открыть дверь, как из дома пахнуло теплом. Ральф выпустил из пальцев пакеты, и те плюхнулись на пол. Странно. Кто-то позаботился о том, чтобы дом стал пригодным для ночлега. Сестра ведь сказала, что здесь никогда никто не живёт? Раньше дом использовался для летнего отдыха и охоты, но те времена давно прошли, и вот уже лет двадцать каменная глыба пустует…