Поиски Модеста

Глава 5

Модест Ермолов

Несмотря на льдину Шклярской и удар Зубоплатова, из боя я не вышел. Пришлось совершить «тактическую перегруппировку». Бывает. Во время нескольких секунд восстановления, внимательно следил за поединком. Нужно изучить мастерство новых бойцов.
Мячики никто схватить не успел. Из стальных брусков, прилипших к намагниченному полу, они превратились в осенние листья, подхваченные сильным ветром. Мячи закрутились по всей арене, выписывая шизофренические траектории, то ускоряясь, то замедляясь. Не уверен, что человек без прокаченной реакции смог бы справиться с тем, чтобы просто поймать один из них. Не говоря уже об отбитии атак других претендентов.
Георгий Георгиевич, которого я тут же прозвал ГГ, вообще не впечатлил. Он не кинулся к центру, не активировал магическое умение. Лишь лениво отбил удары одной из копий Зубоплатова да отошёл подальше. Женя-беляк, убедившись, что Кот не атакует в ответ, а только защищается, переключил копию на Тамару. ГГ отчаянно филонил. Он кислым взглядом смотрел на летающие мячики и драку кандидатов. И это наш новый преподаватель по магическо-рукопашному бою?! Чему он может научить? Созерцанию? А главное, зачем он полез в конкурс, раз не хочет драться? Тоже мне, мамкин геймер. Тоже мне, главный герой. Зря я ему дал почётное прозвище «ГГ».
Другое дело хилерша Тамара. Тамара Ефимовна Белозёрова. Наш монотонный пропагандист сенсорики. Если честно, я ожидал чего-то подобного. Особенно это типично для спорта. На поле ты разъярённый джигит, а в жизни бабушкин пирожок. И наоборот. Спокойный и рассудительный спортсмен буянит в гостиницах и не вылезает из скандалов. Белозёрова была из первых.
Недостаток силовой магии и слабый навык рукопашного боя женщина компенсировала чрезмерной активностью, балансирующей на грани бестолковой суеты. Главным признаком того, что хилерша не растеряется в бою была одежда Тамары. По правилам интерната, установленными Игнатом и пока не отменёнными Раппопортом, курсанты и преподаватели на занятиях и массовых собраниях обязаны надевать форму.
Комплекты имели отличительную особенность, выделявшую интернат среди других школ. Вместо стандартной военной формы, где брюки со стрелками, а рубашки с погонами. Где смысл ношения формы в приучении к коллективному порядку. Курсанты интерната носили тактические боевые костюмы. Главная цель которых в успешном обезвреживании противника.
Курсант – это боевая единица. Одежда должна маскировать бойца, обеспечивать эффективную защиту, быть удобной и помогать в уничтожении. В мире магии это дало удивительный результат. Удивительный для меня, человека из другого мира.
Дело в артефактах. И защитные, и атакующие артефакты могли принимать любую форму. Качество зависело от мастерства артефактного инженера. Можно хлястик шинели превратить в огнеупорный купол. Или бляху ремня заворожить на оглушение. Но персональная инженерия на конкретный участок формы – крайне дорогое удовольствие. Даже для богатых аристократов. Поэтому курсанты использовали составные артефакты. Цены на них варьировались от масс-маркета до безумного люкса. Для богачей самое то. Есть где показать свою денежную доминантность. Вот именно составные артефакты и давали удивительный для человека из немагического мира результат.
Формы курсантов, а точнее тактические боевые комплекты, были с многочисленными «надстройками». А если учесть, что инженеры создавали артефакты с учётом своих возможностей и фантазии, выбор «надстроек» был огромен. Уместные для формы шевроны, значки и пуговицы. Более сложные эффекты ворожились в массивные подвески, подвязки, обмотки. Пользовались успехом золотые, серебряные и позолоченные цепочки, толщиной с большой палец. Кстати, любимая форма артефакта у криминалитета.
Инженеры поталантливей превращались в настоящих кутюрье. Тактический комплект богатых аристократов или купцов мог вообще не походить на форму. Особенно у девушек.
Типичная ситуация в первые годы, как Игнат разрешил артефакты к форме. На занятиях появляется эффектная молодая девушка. Стильные брюки, модная блузка. Серьги, кулон, браслет, дорогие часы. Не интернат по подготовке машин для убийств, а прет-а-порте, кутюр-мутюр, бомжур и всё такое. Курсанты ожидают, что Игнат моментально выгонит нахалку. Но Вожеватов лишь усмехался.
– Вы, боярыня, вечером в театр?
– Что вы, Игнат Олегович, – девушка подготовила ответ. – Вы же сами говорили, что скрытность и внезапность важные качества воина. Кто скажет по моему наряду, что я могу дать отпор? В моём боевом комплекте ничего лишнего. Всё заворожено лучшими артефактными инженерами.
– Потрясающе! – восхищался Игнат. – Думаю, что на занятиях вы нас поразите.
Действительно, во время тренировочных боёв боярыня успешно демонстрировала накастованные артефакты. Серьги ворожили обережный купол для головы. Браслеты станили противников. Брюки добавляли прыгучести.
– Вы были правы, – улыбался Вожеватов. – Никакого театра, всё полезное. Уверен, завтра вы опять будете в центре внимания.
Но боярыне уже было не до улыбок. Средней интенсивности тренировочный бой, и вот уже все заряды потрачены, артефакты пусты и бесполезны. Стильный тактический комплект превратился в помятые потёртости, не имеющие никакого боевого смысла.
А вечером родители прикидывают, через сколько месяцев они разорятся. При таком-то темпе использования боевых комплектов, в которых «ничего лишнего». Да и ставят дочку перед фактом: не выпендривайся.
Через много лет борьбы между самовыражением, демонстрацией достатка и практичностью, форма курсантов приняла нынешний вид. Стандартная основа в виде рубашки и брюк. По одежде сразу можно было определить, что перед тобой курсант интерната. На форме нашиты, прикреплены и надеты различные детали. Те самые артефакты. Чем богаче человек, тем деталей одежды больше. Да и сами «навесы» по внешнему виду более качественные и гармоничные. Но без излишеств. Предпочтение отдавали многоразовости, а потом уже стилю.
У преподавателей с формой была аналогичная ситуация, с одной важной особенностью. Те, кто сам мог создавать артефакты, снаряжал ими форму гораздо плотней и изысканней. Ограничиваясь лишь стоимостью ингредиентов. Тамара Белозёрова была не только преподавателем сенсорики, но и артефактным инженером. Выбирая между двумя направлениями, женщина отдала предпочтение сенсорике. Поэтому от должности лид-инженера интерната отказалась. Созданием артефактов занималась для души, в качестве хобби.
На вакантное место был нанят Наум. Но из-за его «страсти» Вожеватов держал Безукладникова подальше, редко позволяя выходить из лаборатории. Поэтому боевой комплект Тамары стал самым «инженеристым» и «артефакторным» во всём интернате.
Двойной пояс с кармашками, обвязки на ногах, многочисленные липучки на плечах. Значки, дополнительные ряды пуговиц и фенечки на запястьях. Тамара походила на хиппи. Что, кстати, с её монотонными разговорами о важности сенсорики особенно напоминало образ «детей цветов» из моего измерения.
Но в драке наш мирный тюльпанчик превращался в обезумевший плотоядный кактус.
Первым делом Тамара дёрнула себя за мочку уха и активировала защиту. Клипса в ухе женщины замигала голубым цветом. На коленях и локтях женщины образовались небольшие облачка. Кисти рук предохранили воздушные краги голубого свечения. На спине, повторяя контур позвоночника, засиял голубой столб, как дополнительная защита спины.
Одновременно с нажатием на клипсу, Тамара левой рукой выхватила из двойного пояса праздничный язычок. Такими дудят на днях рождения, когда вместе с воздухом бумага с гудением разворачивается, а потом скручивается обратно. Тамара рукой активировала артефакт и дудочка, как язык хамелеона, полетела к мячам. Мимо! Из тяжёлых магнитов они успели превратиться в листья и запорхали по арене. Значит, язычком женщина может хватать предметы на расстоянии. Учтём.
Третьим действием женщина отбивалась от атак Зубоплатова. Одна копия альбиноса кинулась в центр за мячиками, вторая зарубилась с Котом, а третья напала на Белозёрову. Тамара была и хилершой, и инженером. Сенсорика развита хорошо, но недостаточно для лучших хилеров. Инженерный талант есть, но тоже не на максимуме. Всё на среднем уровне, однако это сразу два магических направления. Как следствие, на другие никаких способностей не осталось.
Ни о какой технике рукопашного боя речи не шло. Зубоплатов колотил не соперницу, а боксёрскую грушу. Груша не наносила ответный урон, однако голубые облачка были качественными. Серьёзного урона женщине удары не причиняли. Тамара суетно махала конечностями. Выглядело бестолково, но защитное поле компенсировало отсутствие техники.
С двумя новичками я разобрался. Кот предпочёл пока отсидеться в сторонке. Тактика Тамары в том, чтобы вовремя активировать многочисленные артефакты, да ничего не напутать. А вот шаман…
Главную слабость Чагдара определил сразу. Он медленный. Конечно, реакция по сравнению с обычным человеком его возраста из моего прошлого мира просто феноменальная. Его бы в гоночный болид да за чемпионством. Хотя Чагдар с его габаритами просто не влезет. Но в мире всё относительно. На фоне бойцов на арене, да и любого присутствующего на трибунах, Бадма-Годжи напоминал неповоротливого тролля.
Шклярская сначала запустила льдину в меня, потом в шамана. Понимая недостаток скорости, Чагдар заворожил кафтан, как доспех. Вся магическая мощь пошла на автоматическую защиту. У мужчины не хватит реакции, чтобы активировать значки, пуговки и прочую мишуру. Это ослабляло защиту перед экзотическим уроном, зато привычный отражало надёжно. Как стена. Поэтому со льдиной Шклярской красный кафтан Чагдара справился легко.
Заметив, что один из мячей закружился в одной точке на высоте пяти метров, я решил проверить гипотезу, а заодно «выхватить деканство». Первым прыжком я полетел в голову Чагдара. Уловив замедлением времени защитное свечение, вместо удара я использовал шамана, как батут, и резко поменял направление. Второй прыжок сделал к мячу, продолжая следить за Бадма-Годжи. Шаман потянулся за бубном.
О! То, что нужно. Лисий хвост я уже видел в деле. Пора тебе достать тяжёлую артиллерию. Сила шамана в бубне, это каждый ребёнок знает. Что ж, посмотрим на твои бойцовские скилы. Мячик я не поймал, зато вынудил Чагдара на активные действия.
Изначально бубен шамана был небольшой. Он не мешал при ходьбе и удобно висел на поясе. Однако с каждым взмахом Чагдара оружие увеличивалось в размерах. Несколько привычных движений кистью и вот уже всем очевидно, что перед тобой шаманистый шаман. В отличие от маскарадных поделок моего измерения, бубен Чагдара имел удобную ручку на ободе, что делало его похожим на веер. Светящееся различными оттенками красного и монотонно гудящее энергетическое поле закольцовывалось по периметру. А, главное, бубен имел магический урон.
Расправив оружие до нужного размера, мужчина присел и плашмя ударил бубном об пол. Придавленные неизвестной силой, мы рухнули на арену. Я бы предпочёл нелюбимый боксёрами апперкот, усиленный энергетическим полем. Уже нахватался таких ударов в новом мире. Понимаю их природу и знаю, как восстанавливаться. Но чёртов бубен...
На трассе трудовой повинности меня выбешивал гравитационный уровень. Накастованный строитель изменял пространство-время так, что людей сносило по новым траекториям. Бесота полнейшая, однако никакого урона и боли. От бубна же я завалился на пол, придавленный невидимым мамонтом, с пьяных бивней упавшего на меня. Но главное, я заорал от дичайшей боли.
Острая, прожигающая внутренности боль захватила меня на целую вечность. Секунды на две. Если кому-то покажется это мизером, пусть вспомнит, как простреливает нерв у больного зуба. Там десятая доли секунды. От бубна мы получили в двадцать раз дольше. И не в одном зубе, а по всему телу. По всем, мать его перемать, клеткам. Единственная хорошая новость была в том, что я опоздал и не активировал замедление времени. Иначе умер бы от болевого шока, пронизанный хорошо развитыми, но бесполезными от шаманства Чагдара тёмными нейронами.
Не знаю, чем бы закончился поединок, если бы не Кот. Очнувшись и поднявшись с пола, мы, Зубоплатов, Шклярская, Белозёрова и Ермолов, уставились на схватку. Чагдар выставил перед собой бубен и, крича заклинания, больше походившие на матерные проклятья, укрывался от яростных атак… медоеда. Зверёк из семейства куньих, известный своим бесстрашием. Этого барсука с характерной чёрно-белой окраской боятся все животные. Даже прайд львов предпочитает обойти стороной упоротый комочек ярости.
Но если в естественной среде медоед не больше крупного кота, то на Чагдара набросился барсук размером с дога. Медоед был одет в боевой комплект. Форма, что удивительно, идеально сидела на животном. Как будто мультипликаторы нарисовали. Методом исключения, я понял, что в медоеда превратился наш новый преподаватель по магическо-рукопашному бою.
Георгий Георгиевич оборотень? С одной стороны, я в мире магии. Почему бы здесь не быть оборотням? Но что-то мне подсказывало, что не всё так просто. Это не совсем оборотень. Что это за хрень, я пока не знал, но обратно вернул Коту его прозвище. Очевидный «ГГ»! Похоже, что Кот знал о магии бубна, поэтому не отвлекался на атаки Зубоплатова, а готовился к главному сопернику. Во время удара не щёлкал лицом, как мы, и успел трансформироваться. Что уберегло мутировавшие клетки от пронизывающей боли.
ГГ яростно набрасывался на Чагдара, которого спасал лисий хвост и бубен. Свечение на бубне под натиском медоеда спадало. Ага! Значит, шаман теряет силу. Но обрадовались этому факту только я и Тамара. Потому что Шклярская и Зубоплатов, поняв, что противники отвлеклись, принялись за мячики.
Первым справился Женя-беляк. Его сверхреакцию я уже успел оценить. Не подвела и на этот раз. Он схватил мяч белого цвета… Интересно, под прозвище выбирал? И резко сжал его в кулаке. Мячик лопнул. Первый декан выбран.
Шклярская воспользовалась льдинами. Она запустила очередь мелких льдин в один сектор. Интересная задумка. Если плотно лупить по небольшому участку, рано или поздно в него залетит мяч. Главное, чтобы после массированного применения не накрыло откатом, иначе проиграешь противникам. Но Шклярская рискнула и победила. Синий мяч залетел в поток и был «оглушён». Яростно крикнув, женщина схватила его и лопнула. Интернат обрёл второго декана.
Мне оставалось забирать последний. Новички заняты друг другом, а Тамара плохой боец. Но шансом не воспользовался. Когда бубен Чагдара почти потух, и победа Кота была очевидной, время у ГГ закончилось. Звериная фактура исчезла. Вместо разъярённого медоеда, мы увидели знакомый облик преподавателя. Кот, Георгий Георгиевич. Гражданин. Сорок лет.
Шаман не стал вафлить, замахнулся лисим хвостом и ударил соперника. Рубашка на Коте вспыхнула. ГГ отпрыгнул, снял горящую одежду и бросил в защитный купол. То ли огонь был магический, то ли форма у Кота заворожённая, то ли обережное поле арены сыграло роль. А скорей всего по совокупности трёх причин, раздался хлопок. Он не принёс никакого урона людям, однако красный мячик, случайно оказавшийся в этот момент неподалёку, прекратил свой шизофренический полёт и упал на пол.
Первой среагировала Тамара. Язычком-дуделкой она чуть-чуть не дотягивалась до нужного места. Пришлось сделать несколько шагов. Добежать до желаемого деканства оказалось всё равно дольше, чем ударить бубном об пол. Чагдар успел раньше.
Тамара, я и потерявший форму Кот рухнули на арену. Чёрт! Опять эта боль! Я видел, как завалились Зубоплатов со Шклярской. Но они уже стали деканами. Потерпят.
Чагдар направился к мячику. За две секунды, что действовал шок-удар бубна, пройти нужное расстояние шаман не успевал. Но по свечению я понял, что у мужчины оставался ещё один заряд. Не доходя двух шагов, Чагдар снова ударил бубном. Нас опять накрыла адская боль.
Когда очередная пытка прошла, я увидел перед собой крупную фигуру в красном кафтане. Чагдар Санал Бадма-Годжи, новый лид-зельевар пермского интерната держал в руке красный мяч.