Пойти туда

Глава 4 (часть 2)

Пробуждение было не из приятных. Коварная все-таки штучка эта самая медовуха! Вроде не крепкая совсем, а перепил и ноги идти отказываются. Про похмелье я уж и не говорю. Но кроме абстинентного синдрома меня мучила странная тревога, если не сказать страх. Как за пять минут до экзамена, когда из тридцати билетов знаешь всего три. И все это без сомнения по поводу Асмир. Я попытался мысленно прокрутить варианты ее поведения после ссоры, но ничего угрожающего в них не нашел. Не пойдет же она топиться с горя! Не тот характер. Что еще она может? «Может уйти, уйти, куда глаза глядят» – услужливо подсказа внутренний голос. Да, на эту дурость она в горячке вполне способна, а после проснется гордость и не позволит ей вернуться… Черт! Я подскочил с лавки как ошпаренный и, по пути прикидывая сколько времени прошло, ринулся к выходу. Стоп. Спокойно, Велеслав, спокойно… Не забывай, что за ней пошел Роберт. Ему проще чем кому либо не дать ей совершить какую-нибудь глупость. У них прекрасные отношения… «Вот именно, что прекрасные», - шевельнулся во мне червь подозрения, - слишком прекрасные».

Свежий вечерний воздух быстро привел меня в чувство; сознание стало ясным и холодным, как солнечное зимнее утро. С Асмир мы расстались в полдень, значит, прошло не менее шести часов. Сейчас темнеет рано, так что если я собираюсь на поиски, придется поторопиться.

Не теряя времени на отработку других версий, я прямиком направился к воротам. Наши часовые еще не сменились, так что скажут, если она там проходила. Правда, сумасшедшая девчонка могла где-нибудь перелезть через забор… Но этим вариантом займемся позже.

От часовых я узнал, что Асмир действительно вышла за ворота в сопровождении Роберта.

- Когда это было? – как бы между прочим спросил я.

- Да солнце еще за верхушки кольев не спряталось, - ответил коренастый Хенрик, тот самый к которому переселился Роберт.

Значит примерно часа два назад.

- Они не спорили?

- Что ты, Велеслав! Как два голубка ворковали. Хе-хе, - не упустил возможности подколоть меня Бенгт.

Я попытался придумать достойный ответ, но тут за моей спиной гигантской тенью вырос Харальд. Как всегда в самый неподходящий момент.

- Что, Велеслав, плохо старался ночами? Или твоей девке сколь не дай – все мало? Или, может, чернявые к чернявым больше липнут? Не гоже рабыне так с хозяином поступать…

В первое мгновенье мне показалось, что есть шанс сломать себе зубы. Так сильно я их стиснул. Потом мне пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, остужая себя воздухом, как водой. И только потом я повернулся лицом к брату хёвдинга.

- Асмир – не рабыня. Она свободна и, стало быть, может выбирать себе того, кто ей больше по нраву.

- Ишь, гордый какой! Вот она и выбрала, а ты спать иди. Да только не уснешь, поди один-то?

Я ничего не ответил и, повернувшись к Харальду спиной, подчеркнуто медленно прошел в ворота, мимо остолбеневших часовых. Мысли скакали мартовскими зайцами, и мне долго не удавалось ухватиться ни за одну. Пока я шел по тропинке в сторону недальнего леса, чувства мои бурлили, кулаки сжимались, зубы скрежетали, а ноги предательски подкашивались. Но вот эмоциональная буря поутихла, и я присел на замшелый валун, чтобы навести в душе относительный порядок. Н-да-а. Того, кто сказал бы мне, что я буду вот так беситься из-за малолетней соплячки, заподозрил бы в скрытом идиотизме. Мы ведь даже ни одной ночи вместе не провели (баня не в счет, меня уже там не было)! Так почему же я веду себя как цыган, у которого увели любимую кобылу? Спокойно, спокойно. Ну-ка, вдох-выдох, вдох-выдох. Задержим дыхание…

Когда мои легкие стали уже разрываться от нехватки воздуха, я сжалился над ними и вдохнул. Кислород разом ухнул в кровь, и я какое-то время балдел не хуже, чем от классического «косячка». После такого самоистязания ко мне вернулась ясность мысли и в голове, наконец-то, сформировался единственный вопрос, который сейчас мог иметь значение: почему так долго? Что делать им в лесу в наступивших сумерках, под начинающимся моросящим дождем? Тут уж явно не до любви! Я подожду их здесь еще не много… Мне обязательно нужно убедиться, что с Асмир все в порядке и, черт возьми, с Робертом тоже!

Время шло, моросящий дождь возмужал, и тяжелые частые капли, возникавшие из небесной темноты, промочили мою плотную рубаху насквозь. Теперь я уже не сомневался, что случилась беда. Правда оставалась слабая надежда, что пока я тут торчал, Роберт и Асмир, миловавшиеся совсем в другой стороне, преспокойно вернулись в деревню. Пришлось мне снова тащиться к воротам. Бенгт и Хенрик уже сменились, но другие сторожа были в курсе, и, не дожидаясь моих расспросов, сами обеспокоенно сообщили, что ни Асмир, ни Роберт в деревню не возвращались. И мое зловещее предчувствие обрело плоть и кровь.

Свистать всех на верх и бросаться ночью на поиски не имело никакого смысла, а проклятый дождь к утру уже смоет любые возможные следы. Кроме, конечно, трупов… Оборони царица небесная! Про разбойников я подумал сразу же, но гнал эту мысль от себя с упрямством ишака Ходжи Насреддина. Иначе… Иначе не останется никакой надежды. Роберт и Асмир вышли из ворот безоружными, если не считать кинжала на поясе Роберта, с которым он не разлучался никогда. Троих вооруженных противников мой побратим еще смог бы одолеть, но если их было больше… А Асмир без своей замечательной сабли в рукопашной стоит не много.

Мне, наверное, следовало взять себя в руки и пойти к Освальду. Старый ярл прижмет здешних старост и координаты разбойничьей базы нам подадут на блюдечке. Но что-то заставляло меня торчать столбом в раскрытых настежь воротах, и, до рези в глазах, вглядываться в ставшей уже непроглядной тьму. Непогода крепчала, резкий ветер, возникший не иначе как в самой Ледяной Бездне, заставлял тяжелую промокшую рубаху хлопать меня по спине, порождая крамольную мысль о крыльях. Велеслав – ангел мщения! Каково?! Точно в такую же бурную ночь Асмир трижды спасла мне жизнь.