Пойзон Хранители Миров

«Турфан»

Турфан был большим пограничным городом. Сколько здесь проживало людей, точно сказать было сложно. Со всей протяжённой южной границы сюда стекались отряды охотников, чтобы пополнить запасы. Пришлые из других миров искали работу, крышу над головой или счастливую новую жизнь. И, конечно же, легионеры из Фортисса часто бывали в городе. Турфан находился под охраной Восьмого легиона.

Сердцем города были два крупных оружейных завода: на одном производили запчасти для кораблей, на другом — холодное оружие, ножи, мечи и прочее. Неподалёку располагались огромные ониксовые пещеры, где добывалась основная масса чёрного оникса, широко использовавшегося в Мундусе. Оружие здесь производили не только из него, но и из металла. Ониксовые ножи и мечи по своей сути были символическим оружием, не очень удобным и часто бесполезным для сражений, и, даже несмотря на укрепление волшебством, относительно хрупким. Поэтому в битвах субстанты чаще использовали металлические мечи. Но по традиции каждый ученик Королевской военной академии получал свои именные меч и нож из оникса при поступлении. Кроме того, на тренировках это оружие было незаменимым. Его любили и берегли, и, находясь в Королевстве, все легионеры, кроме пограничников Восьмого легиона, гордо носили при себе только оружие из оникса.

Ашэ никогда не любил Турфан; он всегда казался ему грязным, промозглым, унылым, таким он на самом деле и был. А когда один из заводов по производству военной формы был перенесён в северный Абанкай, и часть рабочих, побросав всё, переехала вслед за предприятием, Турфан стал ещё и частично разрушенным. Конечно, больше всего пострадала западная часть, где находился сам завод, но и в близлежащих районах картина тоже была весьма унылой: ухоженные, опрятные дома чередовались с заброшенными развалинами. В Турфане всегда процветала контрабанда, служили продажные чиновники и бродили толпы попрошаек. Однако теперь западная часть города превратилась в настоящую клоаку, где незаконно проживали пришлые и прятались неугодные Королевству граждане. Гвиневра закрывала на всё глаза, не видя в этом никакой опасности. Раньше Ашэ с ней не соглашался, осуждая её беспечность, но теперь, когда сам был в бегах, это казалось ему верным решением. Гвиневра, несмотря на своё доброе сердце или, как раз благодаря ему, всегда поступала мудрее их всех.

Капитан натянул маску и схватил Эмеральда за шиворот, чтобы тот не врезался в появившегося перед ними из воздуха легионера, стоящего у каменной стойки, в чёрном плаще, доспехах и маске на пол-лица. В тот же момент перед ними возник вход в пещеру.

— Ух-ты! — поражённо выдохнул парень. Мужчина осмотрел грязную одежду Ашэ и двух его весьма странно одетых спутников.

— Имя! — холодно произнёс он и уставился в журнал, лежащий на стойке, готовый записывать.

— К чему нам имена? — уверенно и небрежно кинул капитан, опершись на стойку и протянув стражу купюру. Тот недоверчиво посмотрел на Ашэ, но купюра всё же скрылась в его кармане.

— Кто твои спутники? — капитан положил ещё одну купюру на стойку и добавил:

— Какие спутники? — Легионер нервно хмыкнул, но купюра была крупнее в два раза, и её быстро постигла судьба предыдущей. Он что-то записал в журнал и подал Ашэ браслет.

— Добро пожаловать в Турфан, кафельщик Иер! — отчеканил мужчина, и они прошли через кривой маленький проход в пещеру. Узкий коридор петлял.

— Это было так круто! — восторженно прошептал Эмеральд.

— А почему мы не видели вход в пещеру? — озадаченно пробормотала девушка.

— Потому что все города в Мундусе скрыты волшебством, — пояснил Ашэ, косясь на Астрид, шедшую позади него, о чем-то усиленно размышляющую.

— В Мундусе… — задумчиво протянул Эмеральд.

— Так называется наше Королевство! — прервал его капитан.

— Королевство… — озадаченно протянул парень. — А как ты узнал, где вход? — поинтересовался он, стараясь не отставать от быстро шагающего впереди Ашэ.

— Мне известно местоположение всех городов, — отмахнулся он, вновь одарив обеспокоенным взглядом девушку.

— У него такая же одежда, как у тебя… Почему? — спросила она, поднимая взгляд на капитана. Ашэ шумно выдохнул. За эти несколько дней в пустыне он так и не отважился всё ей рассказать, оправдывая это тем, что не хочет её огорчать, и теперь проклинал свою трусость. Сейчас был самый неподходящий момент для откровений, но если им придётся бежать, другого времени на споры с девушкой может и не быть, и он нехотя ответил:

— Потому что я — легионер, как и он! — капитан тут же вновь выругал себя, но потом пришел к выводу, что ссора с Астрид на входе в город никак им не помогла бы, а она её определённо устроит, когда узнает, что он Хранитель. В этом Ашэ был совершенно уверен.

— Ну, конечно! — недовольно протянула девушка. Она была готова врезать ему по его огромной ране, чтобы он как следует покорчился от боли — может, тогда он перестал бы ей врать.

— Тогда почему на тебя охотятся? — напряжённо протянул Эмеральд.

— Потому что он сбежал! — недовольно фыркнула Астрид. Перед тем как уйти из её мира, он признался ей в этом. Но только теперь ей стало очевидно, что его побег был не просто побегом. — Он — дезертир! — спокойно добавила она. — Не много ли хлопот из-за простого сбежавшего легионера? — продолжала язвить девушка. — Почему тебя ищет Грум? Неужели Хранителю больше нечем заняться? — капитан фыркнул, а девушка в ответ одарила его опаляющим взглядом. Теперь сообразительность Астрид его скорее раздражала. В конце концов, может, она сама обо всём догадается, и он хотя бы будет избавлен от этого неприятного разговора. Однако сейчас Ашэ было совсем не до этого, он молча отвернулся и пошёл быстрее. Страх, таившийся у него внутри, с каждым шагом, приближающим его ко входу в город, выбирался наружу. Слишком много всего нужно было держать в поле зрения. С ней он разберётся потом, когда… если они доберутся до убежища. Коридор стал расширяться, из прохода полился яркий свет. Через пару минут они оказались на гигантской площади, окружённой высокими скалами, с множеством входов в пещеры, располагавшихся по кругу. Там их встретила огромная беспорядочная толпа. Невероятное скопление разношёрстного народа, какофония голосов и криков накрыла их с головой после таинственной тишины пещеры.