Пойзон Хранители Миров

«Визит злобной стервы»

Астрид сидела за столом, опершись головой на руку. В другой она держала ложку, которой бездумно ковырялась в овсянке, размышляя о том, что эта каша уже начала и ей надоедать. Она бы точно устроила революцию максимум через полгода, а вот субстанты едят эту овсянку ради «благородной цели» уже плюс-минус тысячу лет.

Напротив нее сидели Эмеральд и Гейтл. Они оживленно болтали, как всегда, о том, как обучать парня колдовству. Целитель, которого нанял Ашэ, был вынужден уехать из города пару дней назад, и Эмеральд снова принялся приставать ко всем с просьбой научить его волшебству. Однако, учитывая, что почти все обитатели Свалки были в бегах, а в Королевстве действовал строгий режим сбережения ресурсов, волшебство старались не использовать. Тем не менее, некоторые охотно делились с ним теорией.

Астрид бросила взгляд на соседний стол, за которым сидела вся команда Ашэ. Во главе стола был он сам. Капитан выглядел расслабленным, улыбался и оживленно разговаривал с Беу.

Прошла уже неделя с момента «инцидента» в тренировочном зале. С тех пор капитан едва ли обменялся с ней парой слов. Он был холоден и, казалось, ненавидел ее. Сначала Астрид бесилась и ненавидела его в ответ. Что такого она сделала? Ничего плохого! В конце концов, какая разница, как побеждать в неравных поединках? Тем более, это он решил, что ей нужно научиться защищаться. Она и защищалась как могла.

Но чего она совершенно не понимала, так это, что плохого могло быть в простом поцелуе? К тому же тогда ей показалось, что Веном и сам был не против. Теперь же она ни в чем не была уверена. Напряжение росло, и Астрид начинала серьезно переживать из-за его странного поведения. Ей хотелось поговорить с ним и наконец прояснить всё. Если она действительно сделала что-то, что капитан посчитал неприемлемым, она была готова извиниться.

Из раздумий ее вырвало внезапное оживление за соседним столом. Все вдруг вскочили, громко приветствуя кого-то. Астрид отклонилась назад и увидела в дверях девушку.

Невероятно красивую миниатюрную девушку. Копна рыжих кудрявых волос доходила ей до середины спины, а одежда легионера идеально подчеркивала точеную фигуру. Стройные ноги, которые принято называть «от ушей», огромные рубиновые глаза, обрамленные густыми ресницами. Она вся словно сияла, излучая теплый свет. Но самое прекрасное в ней была ее улыбка. От нее невозможно было отвести взгляд.

Астрид смотрела на нее во все глаза, забыв закрыть рот. Девушка довольно улыбнулась и уверенной походкой направилась внутрь. Легионеры окружили девушку. Она задорно болтала, пожимая им руки и одаривая каждого очаровательной улыбкой.

Ашэ, поднявшись из-за стола, стоял чуть поодаль, сложив руки на груди, и с довольной ухмылкой наблюдал за происходящим. Он не спешил подходить. Заметив капитана, девушка улыбнулась и шагнула ему навстречу. Толпа, словно по волшебству, расступилась, образуя между ними коридор. Ашэ ухмыльнулся, сделал несколько уверенных шагов к ней, взял и поцеловал её руку.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, Гвиневра! — заявил он мягким, приятным голосом, расплываясь в довольной улыбке.

Астрид будто ударили обухом по голове. «Гвиневра!» Это имя прозвучало для нее, как гром среди ясного неба. Так вот какая она, Гвиневра!

Гвиневра поднялась на носочки и едва коснулась своими губами губ капитана. Астрид наконец закрыла рот, всё ещё открытый от удивления. На ее глазах выступили слезы.

— Никогда не привыкну к пугающему цвету твоих глаз! — улыбнувшись, произнесла Гвиневра.

Все ее обаяние моментально растворилось для Астрид, словно вся чудесная аура Гвиневры испарилась в одно мгновение.

Скулы у девушки свело от зависти и досады: они, Ашэ и Гвиневра, словно дополняли друг друга, стоя в этом скромном зале, будто освещали его. Это была, пожалуй, самая ослепительная пара, которую она видела в жизни. Они так подходили друг другу, казалось, даже настроение вокруг них изменилось, звуки стали тише, словно боясь им помешать, свет в зале будто бы стал тусклее.

Теперь Астрид понимала, о чем говорил Беу. Ашэ высокий и статный, с копной светлых непослушных волос. Его алые глаза на золотистой коже, тонкий нос и выразительные скулы делали его впечатляюще красивым. А Гвиневра словно богиня: прекрасная и изящная, едва достигавшая его плеч.

Астрид захотелось расплакаться от отчаяния, досады, зависти и, бог знает, чего еще. Она тяжело вздохнула и снова начала размешивать овсянку ложкой.

— С чем пожаловали к нам, кэп? — послышалось с соседнего стола.

Ашэ уступил свой стул Гвиневре и сам уселся на лавку рядом с Беу, потеснив его. Многие выстроились вокруг их стола, не торопясь возвращаться на свои места.

— Работа, работа и еще раз работа! Ищем беглеца, — ответила Гвиневра.

Ее голос был мягким, уверенным и невероятно приятным. Астрид стиснула губы, чувствуя, как на глаза вновь наворачиваются слезы.

— Вы надолго? — спросил Беу.

Астрид моментально перестала копаться в своей овсянке и бросила взгляд на Гвиневру, внимательно прислушиваясь.

— На пару дней, не больше, — ответила та, пожав плечами.

Гейтл принес Гвиневре чашку с овсянкой и чай.

— Угощайтесь, кэп! — сказал он с почтением.

Астрид с горечью подумала, что они готовы даже овсянку ей готовить и приносить к столу. Могучие воины с высокими званиями буквально скакали вокруг нее, как прислуга. И самым ужасным было то, что Астрид понимала, почему. Гвиневра располагала к себе: она была очаровательна, внимательна и учтива.

Рыжая бестия взглянула в чашку с овсянкой и залилась звонким, заразительным смехом. Этот смех вызвал улыбку даже у Астрид, несмотря на ее отчаяние.

— Я смотрю, у беглых тот же рацион! — воскликнула Гвиневра, продолжая смеяться. — Знаешь, Ашэ! — добавила она, игриво подняв одну бровь и лукаво взглянув на него. — Твои идеи начинают казаться мне не такими уж и сумасшедшими!

Каждое ее слово звучало медленно, выверено, пока все в комнате слушали, затаив дыхание. Ашэ мягко улыбнулся ей в ответ, довольный, словно кот.