Пока автор не смотрит

Глава вторая. Дождь по расписанию

Утро в Грейпорте начиналось одинаково — с дождя, который, казалось, шёл ещё до того, как кто-то успевал его заметить. Эллисон шагала через парковку к зданию морга, пряча руки в карманы пальто и стараясь не думать о том, что этот день снова будет похож на предыдущий.

Это успокаивало.

Внутри пахло холодом и чистящими средствами. Она повесила пальто, привычно надела халат и только потом посмотрела на тело, накрытое простынёй.

— Доброе утро, — сказала она вслух, не ожидая ответа.

Тело принадлежало молодой женщине. Брюнетке. Волосы были тёмными, почти чёрными. Аккуратно убраны — не растрёпанные, не вырванные, как это часто бывало при насилии. Эллисон отметила это сразу, ещё до того, как откинула простыню полностью.

— Снова, — пробормотала она.

Разрез был точным. Слишком точным для спонтанной ярости. Лезвие вошло под углом, уверенно, без колебаний. Эллисон наклонилась ближе, прищурилась.

— Левша, — сказала она тихо. — Или очень старается им казаться.

Она выпрямилась и сделала пометку в блокноте.

Когда через час в морг зашёл Харпер, она уже знала, что скажет ему.

— Ты сегодня рано, — заметил он, подходя ближе.

— Ты тоже, — ответила Эллисон. — Это плохой знак.

Харпер криво усмехнулся, но улыбка быстро исчезла, когда он посмотрел на тело.

— Та же схема?

— Почти. — Эллисон сняла перчатки и скрестила руки. — Женщина. Брюнетка. Возраст — плюс-минус одинаковый. Аккуратный разрез. Минимум следов борьбы.

— Он становится увереннее, — сказал Харпер.

— Или спокойнее, — поправила она. — Это не вспышка. Это последовательность.

Харпер вздохнул и потер переносицу.

— Что ещё?

Эллисон на секунду задумалась.

— Он не ненавидит их, — сказала она наконец. — Не так, как это обычно бывает. Здесь нет злости. Скорее… обида. Холодная. Как будто ему снова и снова отказывают.

— В чём?

— В признании. Во внимании. — Она пожала плечами. — Это предположение. Но я бы проверила сайты знакомств. Переписки. Отказы. Совпадения по времени.

Харпер недоверчиво хмыкнул.

— Ты хоть знаешь, сколько существует сайтов знакомств? Я уже не говорю про вечера быстрых свиданий.

Эллисон пожала плечами.

— Явно больше, чем трупов, — сказала она спокойно. — Но это лишь вопрос времени, если его не поймать.

Харпер посмотрел на неё поверх стола — долго, внимательно, так, как смотрят не на эксперта, а на человека, которому верят.

— Ты умеешь говорить такие вещи так, будто это прогноз погоды, — сказал он.

— Просто статистика, — ответила Эллисон. — Пока.

Харпер посмотрел на неё внимательно.

— Ты уверена?

— Настолько, насколько вообще можно быть уверенной, глядя на мёртвых, — ответила она.

Он кивнул.

— Ты знаешь, что он выбирает один тип?

— Знаю. — Она на секунду замялась. — Брюнетки. Примерно как я.

Фраза прозвучала буднично, без драматизма. Харпер заметил это — и ему это не понравилось.

— Элли, — сказал он тихо. — Ты ведь понимаешь, что это значит?

Харпер смотрел на неё и ловил себя на неприятной мысли: Эллисон всегда стояла по эту сторону — между телом и ответом, между фактом и выводом. Она была той, кто называл вещи своими именами и не позволял делу расползаться. Он привык думать о ней как о чём-то надёжном, почти неизменном, и именно поэтому сейчас его тревожило, с какой лёгкостью она вписала себя в этот ряд. Будто речь шла не о ней, а о ещё одном совпадении в таблице.

— Понимаю, — ответила она. — Но я не его тип. Я не хожу на свидания.

Харперу не понравился этот аргумент. Слишком рациональный для ситуации, где рациональность редко спасала. Он знал: именно такие люди чаще всего и не успевают отреагировать — потому что привыкли считать себя наблюдателями, а не частью истории.

— Он может и не знать этого.

Она посмотрела на Харпера — и впервые за утро увидела в его взгляде не профессиональную собранность, а беспокойство.

— Со мной всё будет в порядке, — сказала она. — Ты же знаешь.

— Именно это меня и пугает, — пробормотал он.

Они молчали несколько секунд. Потом Харпер выпрямился.

— Я поговорю с ребятами из отдела. — Он надел плащ. — И, Элли…

— Да?

— Если что-то покажется тебе странным — сразу звони. Даже если это будет казаться глупым.

Харпер задержался у двери чуть дольше, чем требовала вежливость. Он знал Эллисон много лет — достаточно, чтобы не считать это просто профессиональной связью. Она была ему не сестрой, но кем-то очень близким, тем, кому он доверял без оговорок. Его правой рукой.

Он вспомнил одно из первых дел, над которыми они работали вместе: тогда всё указывало на случайность, и он уже почти закрыл папку. Эллисон долго молчала, разглядывая отчёт, а потом вдруг сказала, что тело «не согласуется с историей». Так и сказала — спокойно, будто речь шла о неправильной запятой. Через двое суток они нашли убийцу. Харпер с тех пор не помнил случая, чтобы она ошиблась.

Она умела, словно шаман, долго копаться в чужом внутреннем мире — терпеливо, без эмоций, — а потом выходить с ответом, от которого уже невозможно было отмахнуться.

Возможно, поэтому тревожиться за Эллисон со временем стало для него не реакцией, а состоянием. Почти частью характера — как привычка проверять замки или оглядываться на пустынной улице.

Она смерила его внимательным и тёплым взглядом, после чего кивнула.

— Обещаю.

Вечером дождь не прекратился.

Грейпорт медленно темнел, будто кто-то снижал яркость мира вручную.

Вечером Эллисон зашла в квартиру и первым делом включила свет в коридоре, хотя за окнами было ещё не совсем темно. Она всегда делала так — не из страха, а из желания, чтобы пространство сразу стало понятным.

Куртку она повесила строго на край вешалки, обувь поставила носками к стене. Эти мелочи успокаивали сильнее, чем чай. Мир, выстроенный по линейке, не задавал вопросов.