Пока держится купол

Глава 17

***** Яся

Они ехали в сторону супермаркета молча. В салоне играла радиостанция с ненавязчивым джазом, но Я выключила звук — музыка казалась лишней.

Артём смотрел в окно, подбородок чуть сдвинут вперёд — как у отца, когда тот что-то решал для себя. Бросала на него короткие взгляды, не мешая — чувствовала, он дозревает до чего-то важного.

" Знаешь," — начал он внезапно, не отрывая взгляда от дороги, — " я правда не думал, что смогу это сказать. Вслух. Кому-то. Тем более тебе."

Я чуть крепче сжала руль, но не перебила.

" Когда я был маленький…" — он помолчал. — " Папа постоянно уезжал. Иногда я даже забывал, как он выглядит. На фотках видел чаще, чем вживую. А когда приезжал — они с мамой… будто сразу начинали войну. Она злилась, он молчал или уходил. Иногда хлопал дверью, как в кино. "

Слова были не нужны — только тишина и пространство, где это могло прозвучать.

" Потом появился тот мужик. Я не знал тогда, кто он. Но она часто оставляла меня у бабушки, говорила: "Ты же любишь у них бывать, правда?" И уезжала. Потом стало ясно. Он был. Всегда. Даже когда она была ещё женой папы. "

Он повернулся ко мне— глаза не злые, просто усталые.

" Развод был как… как будто ты просыпаешься, а твой дом — уже не твой. Просто коробка. Без мебели. Без запаха. Без всего. И тебя оставляют там. На время. Пока не решат, куда тебя переселить. "

Я чуть замедлила ход, чтобы не прерывать его.

" Мама вышла замуж снова. Он хороший. Наверное. Но я… стал каким-то лишним. Всё время мама занята, всё время «потом». А недавно я случайно услышал, как они разговаривали: «Пусть он лучше поживёт у Севы, я всё равно скоро рожу, уже другая семья».
Он скривился.
" Как будто я — багаж. А этот второй — нормальный, нужный. "

Теперь он смотрел прямо вперёд.

" Это очень странно. Когда ты вроде не виноват, а всё равно чувствуешь, что тебя… заменили. Что ты не оправдал. Что ты уже не нужен. "

Притормозила у обочины. Повернулась к нему, взяла его ладонь.

" Артём. Посмотри на меня. "

Он медленно повернул голову.

" Знаешь, что я думаю? Что ты — удивительный. Сильный. Честный. И ты нужен. Очень. Твоему отцу. И твоей матери. Но самое главное — ты нужен себе. "
Я сжала его руку. — " И никакой взрослый не имеет права заставлять тебя чувствовать, будто ты — ошибка. Такое счастье, что ты есть у своих родителей. Дай им время осознать, что это нормально быть родителями, но не быть мужем и женой. "

Он смотрел, как будто боролся — с эмоциями, с комом в горле. Потом тихо сказал:

" Я просто не хочу снова остаться один. "

" Ты не останешься, " — ответила Яся. — " Если ты принимаешь и разрешаешь быть своим эмоциям, открываешь себя для новых встреч — ты уже не один."

Он не ответил, но посмотрел на меня так, что захотелось остановить время. Просто чтобы он мог в этом взгляде оттаять. Хоть немного.

Мы так и не доехали до магазина. Вернулись в квартиру Всеволода — там было проще для Артёма: знакомо, спокойно, и никто не мешал быть собой. Я сняла пальто, закинула сумку на пуф у входа, Артём тут же зашёл на сайт доставки и принялся методично выбирать продукты.

" Макароны брать какие? Тонкие или вот эти, которые папа называет «нормальные»? "

" Возьми «нормальные», "— улыбнулась. — " И хлеб нарезной, только без тмина. Я его не люблю"

" Запомнил," — хмыкнул Артём.

Он оформил заказ, ушёл мыть руки, а потом вернулся с пледом, кинул его на диван и устроился рядом со мной . Некоторое время молчали — просто сидели рядом, как будто это было всегда.

" Слушай…" — вдруг сказал он, уткнувшись взглядом в потолок. — " А почему ты вообще решила стать архитектором? "

Не ожидала такого поворота в разговоре, да и рассказывать особо не о чем.

" Неожиданный вопрос. " — решила попробовать объяснить.

Артём пожал плечами — " Просто… ты вся такая другая. И всё настоящая. Не знаю… ты не похожа на людей, которые идут «куда берут». "

Я рассмеялась.

" Ты будешь смеяться, но выбора у меня почти не было. "
" Почему?"

" Потому что кисточки в доме были раньше, чем я. И линейки. И какие-то старые тома с фотографиями храмов. Мой дед был реставратором, бабушка — художником-оформителем. Мама, правда, ушла в дизайн интерьеров, но всё равно — у нас даже гвозди в доме лежали как-то художественно. "
Артём улыбнулся.
" Так что да, кисточки родились раньше, чем я. И мое детсвопахло растворителем."

Артём хмыкнул, посмотрел на меня внимательно.
" А ты не хотела чего-то другого?"

Я на секунду задумалась.
" Хотела. Один раз в десять лет — уйти в тишину. Стать лесником или сторожем маяка. Чтобы только ветер, чайки и книги. Но потом — всё равно возвращалась. К куполам. К трещинам. К цвету, который нужен, чтобы что-то ожило. "

Он замолчал. Потом негромко:

" Мне кажется, ты не просто работаешь. Ты возвращаешь вещи к жизни. Как людей. "

Я чуть поправила плед. Уже не знала куда себя деть, я на столько была далека от разговоров таких.
" Это ты сейчас о себе?"

Он фыркнул.
" Нет. О папе."

Мы засмеялись — первый раз за день легко и по-настоящему. А потом Артём встал и пошел в свою комнату, сославшись на какие-то не отложные дела. Оставляя меня одну со своими мыслями и принятием перемен в моей жизни.