Пока дышит сердце...

Глава 5: Пока сердце дышит

В тот момент хотелось думать, что мне показалось.

— Чего застыл? — отвлёк от размышлений Вадим.

Мысль оборвалась и я продолжил начатое. К счастью, отделался лишь небольшими царапинами, а вот ботинки неплохо было бы заменить на новые.

— Может, пока осмотрим пещеру?

Вадим молча согласился со мной.

— До чего же мы докатились, что новогодние каникулы проводим в лесу, а не с семьями?

И с этим нельзя было не согласиться. Наши с Вадимом намерения войти в пещеру и исследовать её внезапно прервал чей-то грозный рык.

Я не помню, что испытал в тот момент, но моё сердце тогда будто остановилось. Медведь вернулся в свои владения и вот-вот двинется на нас, а при себе не было ни хлопушек, ни сигнального огня. От страха я упал на землю и уже был готов к суровой участи, прикрыл глаза рукавом и услышал женский голос со звучанием поясного колокольчика. Это была юкагирка. Она бесстрашно встала между нами и разъярённым медведем:

— Гостей принимать нужно с добром, а не со злом.

Поначалу, медведь противился её словам, словно спорил, но когда мягкие рукавицы юкагирки очутились на его переносице, это сбило с толку дикого зверя.

— Даже не думай. Ты же помнишь, что завещал "Хольхуте"? — последнее она произнесла довольно строгим тоном, смотря прямо в глаза замеревшему хищнику. Свирепость его блестящих глаз сменилась покорностью.
К счастью, под её влиянием медведь успокоился и оставил гостей на некоторое время. Нам оставалось лишь благодарить спасительницу:

— Кто ты и что делаешь в лесу?

— Да так, за ягодами пришла. А вы, видимо, те самые путешественники? — сменила тему разговора, чтобы узнать чуть больше.

— Вчера только прибыли в местное поселение. Меня зовут Вадим, а это Иван. — указал на пытающегося встать раненого.

— Рада знакомству. Похоже, рана серьёзная, — заметила молодая юкагирка, — я могу помочь, но для перевязки нужно зайти в пещеру.

— А нас там никто не будет поджидать? — усомнился Иван.

— Если кто-то и будет, то только зайчата, да бельчата. Не бойтесь, Алана вас не тронет. — Усмехнулась трусости парней и молча проводила их вглубь звериного жилища.

Внутри пещеры всё оказалось не таким уж и суровым, как мы себе представляли. На сырой, холодной земле была бережно постелена сухая трава, вдоль каменных стен расставлены пара корзинок с ягодами и развешены плетёные нити с сушёными грибами.

— Вряд ли звери настолько цивилизованно относятся к припасам... — осмотрелся Вадим.

— Это я им помогаю пережить зиму. Ведь Хольхуте завещал...

— Хольхуте? Дух-хранитель вашего племени?

— Верно. Он завещал нам через послание на камне относиться с любовью к братьям нашим меньшим.

Вадим включил фонарик на смартфоне и увидел то самое наследие, о котором только что говорила поселянка.
Вдоль суженного коридора по правую и левую стороны виднелись выцарапанные древними орудиями труда сцены охоты на мамонта и жизнь сибирских поселенцев. Большую часть пространства занимали изображения солнца, луны и руна сердца.

— Невероятно! — принялся фотографировать находку на камеру смартфона Вадим, чтобы позже выложить в свой телеграм канал.

Иван же, опираясь на найденную им у входа в пещеру палку, с интересом, словно ребёнок, рассматривал каждую деталь ручного творения.

— В те времена это была лишь погоня за едой, а теперь — это погоня за тайнами прошлого и первым местом в рейтинге... — сделал поспешно поверхностные выводы Вадим, не отводя взгляда от сделанной фотографии. — Как думаешь, все эти теории о жизни во льдах могут подтвердиться?

— К чему ты клонишь? — спросил Иван полушёпотом. Всё-таки это первая экспедиция Вадима. Иван уже начинал подозревать, что его напарник чересчур увлечён поисками "бессмертия".

— Наука не может пока что воскрешать, но лёд то смог сохранить мамонтёнка. Может, и мы найдём что-то более стоящее здесь? — в голосе молодого помощника звучала ранее им непостигнутая "жажда наживы".

— Не мели чушь! Наше дело — изучать прошлое ради будущего, но не переходить границу гуманности! — Иван сам не мог поверить в свои слова. Ведь он когда-то был таким же. Он согласился отправиться в новую экспедицию только ради подобной цели. Но теперь, после вещего сна и разговора с вождём, в его сердце закрались сомнения по поводу желаемого.

Он наблюдал за тем, как юная юкагирка аккуратно взяла озябшего зайчонка на руки и поила его оленьим молоком из глиняной фляги. Зверёк привык к теплу женской шубки, устроился поудобней и уснул на руках у девушки.

— Пока сердце дышит — оно способно на добро... — шёпот женского пения, похожий на материнское тепло колыбельной, раздавался эхом по пещере и достиг не только звериных ушей, но и наших с Вадимом сердец. Тихие фольклорные напевы успокаивали и одновременно завораживали.

Перед глазами Ивана пронеслись моменты счастливых минут, проведённых рядом с членами семьи, жена радостно встречает после работы, а сын хвастается достижениями в клубе по интересам: "Как же я скучаю по тем временам..."
Мужские слёзы чаще воспринимаются в обществе как показатель слабости, но ведь на то мы и люди, чтобы помогать другим осознавать то, кто мы есть на самом деле, чтить трудом заслуженное прошлое и создавать благоприятное будущее.