Пока дышу - надеюсь

49

Преследуемый несколькими полицейскими, которые кинулись за ним вдогонку, Алекс забежал на узкую улочку...

– Чёрт, – оглядывался он по сторонам и, подсмотрев за угол, тут же спрятался от бродивших в поисках его. – Следят, псы, – усмехнулся он и вдруг вздрогнул от внезапного прикосновения чьей-то нежной руки к его спине.

Алекс нерешительно повернулся и удивился видеть ту самую девушку в лёгком голубом костюме с морскими мотивами. Он вспомнил её, хихикающую тогда с его сестрой, когда он с друзьями только прибыл к берегам Венеции...

– Ты? – насторожился он, вглядываясь в огромные глаза незнакомки, которая скрывалась под маской.

Она лишь коснулась пальчиком его губ и взяла за руку, ведя куда-то за собой.

– Кто ты? Я не знаю italiano. Che e tu? (Кто ты?) – спрашивал он в растерянности.

Но она медленно завела его в какое-то тёмное помещение, а потом вниз, по крутой лестнице, в какую-то веющую прохладу. Алекс послушно следовал за нею: «Если это ловушка, а эта девушка служит полиции, пускай так и будет. Терять нечего... А если она помогает, лучше поддаться и спастись...»

Что бы ни было, Алекс дал тому свершиться. Распахнув появившуюся перед ними дверь, девушка завела его, заинтригованного и поражённого происходящим, в освещённый несколькими факелами на холодных каменных стенах винный погреб.

Да, это был именно винный погреб. Холод, бочки и стеллажи с бутылками вина — всё, что заметил Алекс. Наброшенное сено на голый пол дружелюбно пригласило их ступить на себя...

– Ух ты! – воскликнул Алекс. – E cantina! (Это погреб!)
– Si, (Да) – ласково произнесла девушка и заперла дверь на торчавший там ключ. – Vino... (Вино...)
– Chi sei?... Come ti chiami? (Кто ты?... Как тебя зовут?) – стал спрашивать довольный Алекс, ожидая ответа от стоявшей перед ним спасительницы. – Я не... Me... no... studiare italiano,... scusilo... Niente male lingua... (Я... не... учить итальянский,... прошу простить... Плохой язык...)
– Va bene, (Хорошо) – улыбнулась та и села возле одной из стоявших в углу бочек, откуда веяло больше всего смешанным ароматом хмели от намокшего дерева.

Алекс вдохнул пьянящий воздух и стал оглядываться, искать какую-нибудь посудину, что бы помогло вкусить желаемое вино.

– Во, – заулыбался он и поднял валяющиеся две бутылки из кучи выставленных пустых. – Теперь время убьём!

Алекс наполнил их до верха вином из одной из бочек и сел напротив наблюдающей за ним в тоске глаз спутницы.

– Tu e salvezza per me! (Ты спасение для меня!) – протянул он ей бутылку и подмигнул.
– Molto bene, (Большое спасибо) – кивнула та с нежной улыбкой.
– Evviva la liberta! (Да здравствует свобода!) – воскликнул Алекс и принялся жадно пить из своей бутылки, кажущееся на вкус лёгким вино, сладость которого показалась, будто сок.
– Come ti chiami? (Как тебя зовут?) – спросила вдруг напарница, отпив глоток из своей бутылки.
– Ma va'la! (Ну надо же!) – засмеялся он в ответ. – Я первый спросил! No... Tu? (Нет... Ты?)
– Me? L'оnda, (Я? Волна) – кокетливо произнесли её пухлые губки, поглотив вновь вина.
– Ah, e cosi! (Вот оно как!) – хихикал Алекс, попивая своё вино. – Me... e... Alex! (Я... Алекс!) Хмм, вспоминается итальянский со времён учёбы... Неплохо. Ты действуешь на меня или вино.

– Aleks, – прошептала собеседница с нежностью.
– Да, – сделался он серьёзнее и стал к ней приглядываться. – Если бы я был легкомысленнее... Ты ничего, мила, bellissima (красива).
– Stai bene? (Тебе хорошо?) – волновалась та и пригубила ещё напитка.
– Si... No... (Да... Нет...) Не знаю, – пожал плечами Алекс и допил своё вино до дна. – Pedinamento! (Слежка!)
– Bello, (Красавец) – вырвалось вдруг из груди взволновавшейся собеседницы, которая по его примеру тоже закончила пить.
– Che cose! (Ну, дела!) – покачал головой Алекс и принял от неё пустую бутылку. – Bere... (Выпивать...) Как с тобой общаться? – отошёл он вновь к бочке и опять наполнил бутылки вином. – Sono venuto per affari, (Я приехал по делу), – сел он рядом, глубоко взглянув в её грустные глаза.

– Amore? (Любовь?)
– Si. Per mio amico, (Да. Для моего друга) – скорее отпил Алекс из своей бутылки, заглянув в горлышко. – Хорошее вино. Пью, как сок. Теперь чувствую, что крепкое, – заметил он и вновь посмотрел в глаза спутницы. – А ты, красотка, и не знаешь, что, – тут он замолчал, следя за покатившейся по её раскрашенной щеке маленькой слезинкой.
– L'angoscia tormenta il cuore,... (Тоска ест сердце...) – молвила она.
– Как? Кажется, ты пьяна уже, – улыбнулся Алекс, заметив её тоску и хмель, поскольку иного с её замаскированного лица считать пока не мог. – Si, solitaria vita. (Да, одинокая жизнь). Но пока мы вместе, angelo (ангел). И меня мучает nostalgia (ностальгия)... Tristezza (Печаль)

– Tu e il migliore di tutti, (Ты лучше всех) – смелее выдала она и допила всё из своей бутылки.
– Ух ты! Да ты хорошая напарница, – засмеялся Алекс и отшвырнул свою бутылку в сторону.

Собеседница подхватила смех и тоже бросила свою бутылку подальше. Алекс весело принялся щекотать девушку, завалившись с нею на разостланный под ними ковёр из сена. Извивающаяся от удовольствия, она тихонько визжала.