Пока ей снится цезий

Глава 2. Кто первый заснёт – тот и пишет сценарий

Всё идеальное когда-нибудь заканчивается. Либо приедается и перестаёт нравиться самому человеку, либо жизнь сама выходит из равновесия, выталкивая из привычной жизни, и приходится выискивать следующую точку стабильности. Тоже идеальную, но уже по-другому. Как бы Инга ни любила забиться в угол с интересной книжкой, переделав все уроки и задания, как бы она ни стремилась быть лучшей по всем предметам, где нужно было просто знать и не обязательно с кем-то контактировать, специализация клана требовала командной работы.

К тому же и дополнительную нагрузку в виде изнуряющих физических тренировок никто не отменял. Помимо уроков за партой все члены Клана Ночных Кошмаров должны были быть в хорошей физической форме, чтобы выжить везде и быстро спастись отовсюду. Не только в лабиринте коридоров вражеской крепости, но и, сильно утрируя, в кратере вулкана или в ледяной пустыне. Поэтому Инга училась вязать морские узлы, стрелять из духового ружья, отжиматься, подтягиваться, взбираться по отвесным скалам, маскироваться, не дышать под водой, сливаться с тенями, готовить яды… Их подготовка напоминала ещё одних сказочных персонажей, – ниндзя, – вот только одевались в их клане проще, но тоже в чёрное.

Задания становились сложнее, после изучения теоретических основ, начиналась сновидческая практика. Нужно было увидеть сон и научиться контролировать себя в нём. Осознать, что это сон, и ничему не удивляться.

На первый взгляд это выглядело простейшей задачей. Всем воспитанникам Клана Ночных Кошмаров с детства давали пить на ночь специальный отвар, он позволял им спать либо без сновидений, либо видеть только то, что предписано, и обязательно осознавать, что это сон. И всё это, не прилагая никаких усилий. Выпил, настроился, заснул, увидел, что предписано. Никаких сюрпризов и метаний. Быстрое засыпание, предопределённые сны и осознанность – были самыми важными в их деле. Побочным эффектом экстракта была защита от страшных снов. Считалось, что те, кто не пьёт отвар, видят бред и ужасы, насылаемые злым Мэнмо, богом ночных кошмаров, чей титул унаследовал их клан. Младшие боялись таких снов, как огня, старшие – предостерегали и приводили пугающие примеры, а Инга просто слушалась старших. Если сказали, что так надо, значит, так надо. Не могут же такие важные и матёрые сноходцы учить неправильно.

В Клане Ночных Кошмаров к кошмарам относились серьёзно, потому что не понаслышке знали, что так можно запросто сойти с ума и никогда не проснуться. Навсегда остаться сознанием внутри крутящегося калейдоскопа беспросветного ужаса, порождённого собственным мозгом, в том время как бездушное тело “благополучно”, но беспробудно, дремлет в реальном мире. И будет дремать, пока не исчерпает ресурс тела либо кто-нибудь жалостливый не прекратит его растительное существование. Раз во снах можно умереть по-настоящему, следует относиться к ним со всей серьёзностью. В Хранилище Знаний была пара свитков про таких несчастных и наставники не стеснялись использовать их в качестве предостережения. Даже читали вслух перед классом. Никто не хотел повторять такую судьбу.

Поэтому с первым заданием – не видеть снов или видеть только то, что запланировано, – все справлялись на ура. Ещё бы: тренировки каждую ночь с самого детства плюс сонный экстракт.

Второй этап был сложнее. Требовалось уснуть и увидеть чужой сон. Вообще, совместное сновидение считалось достаточно рисковой областью, из-за непредсказуемости реакций и мыслей партнёра. “Чужая душа – потёмки” – как нельзя лучше описывало ситуацию. В будущим сноходцам предстояло работать с абсолютно незнакомыми сновидцами и сновидениями, с по-настоящему посторонними снами, поэтому нужно было на ком-то практиковаться.

– Инга и Кир, вы вместе. Ваша комната вторая, – сообщил наставник и переключился на следующую пару.

Для совместных снов тоже существовало несколько вариантов: спать на одной подушке либо настроиться с помощью чужого предмета. Ценной вещицы, которую сновидец часто держал в руках или хранил на себе. Первый способ был проще, второй – популярнее. Хотя сейчас они тренировались попарно, да ещё и находились в одном помещении, но для настоящих сноходцев такой роскоши не предусматривалось. Клан Ночных Кошмаров воздействовал на расстоянии. В этом и была суть. Именно так работала система заданий: им присылали досье на человека, определяли эффект, которого нужно добиться, цель, предоставляли личный предмет объекта, а дальше уже с ним работал только сноходец. Лучше – несколько вещей: чем больше выбор – тем удобнее. В конце концов, “вон та брошка” могла оказаться случайно подобранной на улице побрякушкой, а любимый носовой платок – предметом гардероба, которым никогда не пользовались.

Но это уже оперативная работа, сейчас же их разделили на пары и развели по комнатам. Две порции тренировочного экстракта, того, который просто помогает быстро засыпать, были разлиты и ждали их на столике. Кир стоял напротив и смотрел выжидательно, а Инга прятала глаза.

Она была интровертом до мозга костей. Спать с кем-то на одной подушке… Брр… Инга в страшном сне представить такого не могла, хотя точно знала – придётся. Обязательно придётся. Тот, кто отказывался обучаться, моментально выпадал из касты учеников и становился рядовой прислугой. Или того хуже, переселялся на хижину на окраине резиденции, с уродливыми и сумасшедшими подсобными рабочими. Не самое приятное зрелище. А уж жить с такими…

По правде сказать, у Инги и выбора-то никогда не было: давным-давно клан взял их вместе со старшим братом на воспитание, после того, как они остались сиротами, не позволив умереть от голода, холода и волчьих клыков за воротами резиденции, в которые она скреблась исцарапанными пальцами, завывая от страха. Так что настала её очередь платить послушанием. Тогда-то они и провели пару “незабываемых” недель в хижине со скорбными умом и телом. Изгоями клана, которых и держали-то там похоже чисто из жалости.

– Я не буду тебя трогать, – наконец выдал Кир и запустил пальцы себе в волосы, поскрёб голову, кажется нечёсанные несколько дней, судя по колтунам, затем вздохнул и выпил тренировочный экстракт. Полупрозрачную светло-зелёную жидкость надлежало пить из пиалошек с тонкими стенками, чтобы видеть, как сгустки травяных частиц крутятся на дне маленькими “спиральками”. Считалось, что в несвежем отваре они просто плавают по поверхности. – Просто давай попробуем.