Пока Горит Свет

ГЛАВА 1. ВСТРЕТИМСЯ В ДРУГОЙ ЖИЗНИ

Москва. Ноябрь. Холодный ветер несся по улицам, разгоняя редких прохожих. Лужи на асфальте, подсвеченные фонарями, дрожали под порывами ледяного воздуха. Софья плотнее закуталась в пальто, прижала к груди кожаную сумку и ускорила шаг.

Она не хотела опаздывать. Или, возможно, хотела — чтобы у неё осталось меньше времени на сомнения.

Ресторан «Ривьера» сиял панорамными окнами, манил уютным светом и теплом. Софья толкнула стеклянную дверь, прошла внутрь. В этот вечер здесь было людно: пары, деловые встречи, чей-то день рождения. Её взгляд метался по залу, пока не остановился на знакомой фигуре у окна.

Артём сидел в кресле, покачивая бокал с вином. Как всегда, безупречно одет: тёмный пиджак, белая рубашка, никаких лишних деталей. Только на руке — часы, которые она когда-то ему подарила.

Он сразу её заметил. Их взгляды встретились, и уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке.

— Ты всё-таки пришла, — сказал он, когда она села напротив.

Софья сжала руки на коленях.

— Нам нужно поговорить.

— А мы чем занимаемся?

Он смотрел на неё так же внимательно, как и в тот вечер, когда они впервые встретились здесь год назад. Тогда он попросил у неё зажигалку — хотя сам не курил.

— Для антуража, — объяснил он с лёгкой усмешкой, прикуривая сигарету, которая тут же осталась нетронутой.

Теперь Софья чувствовала себя так, словно ей снова нужно прикурить эту воображаемую сигарету, сделать первый шаг.

— Я выхожу замуж, — наконец сказала она.

Артём не изменился в лице. Только его рука, державшая бокал, замерла на полпути.

— Когда?

— Через три месяца.

— Любишь его?

Она отвела взгляд.

— Он хороший человек.

— Это не ответ.

Софья вздохнула.

— Он меня не разочарует.

Артём слегка усмехнулся, качнул бокал, наблюдая, как вино оставляет тонкую плёнку на стекле.

— Как удобно.

Она ожидала чего угодно — ярости, вопросов, упрёков. Но не этой холодной иронии.

— Я не пришла ссориться, — тихо сказала она.

— Конечно, нет. Ты пришла попрощаться.

Он отставил бокал, посмотрел прямо ей в глаза.

— Тогда я помогу. Прощай, Соня.

Артём поднялся.

В груди что-то сжалось.

Он не попытается её остановить. Не скажет, что любит. Просто уйдёт.

— Артём!

Он остановился, но не повернулся.

— Я… — Софья сглотнула. — Будь счастлив.

Он кивнул и вышел.

Она сидела, чувствуя, как внутри разрастается пустота.

А через несколько часов ей позвонили.

— Софья, Артём… он попал в аварию. В тяжёлом состоянии.

Мир рухнул.В больнице Софья провела бессчётные часы. Коридоры, пропахшие лекарствами, мерцание мониторов, усталые лица врачей. Каждая минута казалась вечностью, каждое ожидание — пыткой. Она винила себя, проклинала свой выбор, молила о чуде.

Когда ей разрешили войти в палату, она едва узнала Артёма. Лицо в ссадинах, трубки, опутывающие тело. Он лежал неподвижно, словно кукла, сломанная и забытая. Софья взяла его за руку, холодную и безжизненную.

— Это я, Артём. Пожалуйста, очнись, — шептала она, и слёзы катились по щекам. — Я всё исправлю. Я буду с тобой. Только живи.

Но он молчал. И Софья поняла: их встреча в другой жизни уже началась.Софья сидела у кровати Артёма, не в силах оторвать взгляд от его бледного лица. В больничной палате царила тишина, лишь время от времени слышалось тихое бип-бип мониторов. Каждое его биение отзывалось в её сердце, как напоминание о том, что он всё ещё жив, что у неё есть шанс изменить всё, что произошло.

Она вспомнила их последнюю встречу. Как легко и непринуждённо они разговаривали, как будто между ними не было преград. Теперь же все слова казались лишними. Что она могла сказать Артёму, когда он лежал без сознания? Она чувствовала себя беспомощной, как будто вся её жизнь зависела от этого человека, который теперь не мог ответить.

Прошло несколько дней, но в голове Софьи не утихали мысли о том, как она могла бы всё изменить. Она начала приходить в больницу каждый день, сидела рядом с Артёмом, разговаривала с ним о всём на свете, даже о trivialities, которые когда-то казались неважными. Она рассказывала о своих мечтах, о том, как они могли бы провести время вместе, если бы всё было иначе. В её голосе звучала надежда, и она верила, что он её слышит.

Однажды, когда она снова пришла в палату, в коридоре её встретила врач. Она была строгой, но в глазах её читалась забота.

— Софья, — начала она, — состояние Артёма остаётся стабильным, но ему нужно больше времени. Даже если он не реагирует, это не значит, что он не слышит вас.

Софья кивнула, её сердце наполнилось надеждой. Она продолжала приходить, и каждый день она чувствовала, как что-то меняется. Она знала, что должна быть рядом, что должна бороться за него.

Через несколько недель, когда уже начинала терять надежду, случилось чудо. Артём открыл глаза. Поначалу его взгляд был пустым, как будто он искал что-то, но потом он увидел её. В ту секунду мир вокруг замер, и время остановилось. Она почувствовала, как слёзы радости катятся по щекам.

— Артём! — воскликнула она, прижимаясь к нему. — Ты вернулся!

Он не мог говорить, но его рука медленно потянулась к ней, и это было достаточно. Софья взяла его за руку, чувствуя, как его пальцы сжались вокруг её. Это было как обещание.

Врач пришла проверить его состояние, и, увидев, что он пришёл в сознание, улыбнулась.

— Это хороший знак. Мы будем продолжать наблюдать за ним. Но, Софья, он ещё не полностью восстановился. Вам нужно быть осторожной.

Софья кивнула, и её сердце наполнилось радостью. Она знала, что теперь всё изменится. Она будет рядом, она будет заботиться о нём, она не оставит его.

Прошло несколько дней, и Артём начал медленно приходить в себя. Он всё ещё был слаб, но его глаза уже светились пониманием. Софья рассказывала ему о том, что происходило, о своих чувствах, о том, как она не могла жить без него. Она делилась воспоминаниями о их совместных вечерах, о том, как они смеялись и мечтали о будущем.