Пока мы будем летать

Глава 15

Эйприл

Весь наш разговор состоял из многочисленных «а помнишь» и «вот это было время». Мы много смеялись, и это было так непривычно для меня. Я пыталась выискать в поведении Лиззи подвох. Цеплялась за каждое её слово, но, похоже, она была искренней. Мне даже удалось расслабиться и уснуть без лишних удручающих мыслей, что было прекрасно.

Лёд растаял, из-за чего река вышла из берегов. Я надеялась, что потепление в наших отношениях будет кратковременным. После выходных я пришла в школу, полна надежд на то, что теперь мне не придется ловить озлобленные взгляды Лиз на себе. Думала, что этот вечер просто расставит всё по своим местам. Мы вспомнили прошлое, но так и не заговорили о будущем. Вероятно, потому что его нет. Мы стали другими. Даже когда мы весело говорили о том, что было, ко мне пришло осознание того, что сейчас я бы не делала и половины вещей, что делала раньше. Я изменилась. Это всё не я.

Но, похоже, Лиззи всё поняла совсем не так. Девушка буквально атаковала меня, стоило мне лишь появиться на территории школы. Она постоянно перебивает мои разговоры с Мишель, встревает и начинает говорить совершенно о другом, подталкивая меня своим острым локтем в бок, мол «ты должна понимать, о чем я». Но я никак не могу понять. Да и не хочу.

Ещё у Лиззи вошло в привычку постоянно уводить меня в сторону. Мишель и Стюарт не в восторге от этого, но я не могу ничего поделать.

Когда я пытаюсь сказать Лиззи, что она стала слишком назойливой в последнее время, она начинает плакать. Просто падает мне на плечо и ревет.

Чувствую себя в тупике. Не могу бросить Лиззи. Похоже, я единственный человек, который вообще оказал ей поддержку. Но я не хочу терять Мишель, а вместе с ней, чёрт его дери, и Стюарта. Даже не хочу выбирать между ними, потому что окажусь в проигрыше в любом случае. Если я оставлю Лиз, то моя совесть будет изгрызать меня изнутри при одном лишь виде девушки. Я просто сама себя уничтожу. А если я оставлю Мишель и Фостера, то просто перестану существовать. Без них нет и меня.

Лежу посреди своей кровати, запутанная в собственных мыслях. Смотрю вверх, но не вижу ничего кроме выбеленного потолка. Замечаю маленького паучка, выплетающего едва ли заметные сети. Слышу шаги Харпер внизу. Старые половицы скрипят под весом её тела. Мне кажется, будто я даже слышу её голос. Колокольчики смеха звенят крайне весело.

Не знаю, что делать. Почему моя жизнь не может просто быть нормальной? Как была, допустим, до того злополучного вечера. Начинаю ненавидеть себя ещё больше, нежели Стюарта или Зака. Дело вовсе не в фото. Дело в том, о чем оно мне напоминает. О ночи, когда я была использована, а затем выброшена. Неужели за весь период наших отношений Зак хотел только этого? Что, если это фото вообще его рук дело? Лиззи просто сбила меня с толку, чтобы выгородить своего (на тот ещё момент) парня.

Закрываю глаза и пытаюсь забыть об этом. Среди школьных слухов мой перестал уже быть популярным. То фото всё ещё таится где-то среди паутин социальных сетей, но говорить обо мне перестало быть «модным». Темой дня стала Трикси Уэсфилд, что сделала себе силиконовую грудь. Как это может сравниться со мной — девушкой, что будто встречалась с парнем из колледжа всё лето, но потеряла девственность в кровати капитана школьной команды по футболу.

Если бы мне дали право голоса. Если бы хотя бы кому-то была интересна настоящая картина событий. Парня из колледжа придумала Лиззи. Я лишь сказала, что познакомилась с одним парнем, который был неплох собой и жил по соседству. У него, чёрт побери, даже девушка была. И ему явно было не до меня. Может, я немного приукрасила те две реплики, которыми мы с ним перекинулись, но в остальном это моя лучшая подруга раздула из мухи слона. Она сказала, если я встречаюсь с парнем из колледжа, то на меня стоит обратить внимание. Зак обратил. К моему же сожалению.

Все обсуждали то, что я соврала на счет своей девственности. Но почему никто не хотел услышать того, что я вовсе не хотела спать с Заком. Я была изрядно пьяной, но помню, как меня пронзила острая боль. Я вскрикнула, а ему было всё равно. Он был настойчив и резок. У меня всё тело содрогается лишь от одних воспоминаниях об этом.

А потом ещё и это фото. Дурацкое напоминание о том, что жизнь — не сказка, а прекрасные принцы оказываются ещё теми подонками.

Резко подхватываюсь с кровати. Так, что голову кружит. Я не должна думать о плохом. Я должна отвлечь себя.

Первое, что попадается мне на глаза — арфа, стоящая в углу комнаты. Я не осмелилась выбросить её, как бы мне этого не хотелось. Она напоминает мне о матери. Подогревает воспоминания из детства, которые больше никогда не станут чем-то реальным.

Поднимаюсь с кровати. Отодвигаю от рабочего стола стул и ставлю его рядом с инструментом. Сажусь рядом. Деревянная рама местами уже потерта. Краска слезла, оставив похожие на кровавые подтеки следы. Резьба выглядит не так уж и красиво, как казалось мне раньше. Завитки какие-то слишком простые, избавлены тонкостей. Но натянутые в ряд струны по-прежнему выблёскивают, будто сделаны из звёздного сияния.

Пододвигаюсь ближе. Устраиваюсь поудобнее. Провожу аккуратно пальцами по струнам, выпуская из-под них звук. В ту же секунду отдергиваю руку, будто меня током ударило. Но улыбка озаряет моё лицо. Я скучала по этому ощущению.

Затем, избавив себя от страха, закрываю глаза. Пытаюсь вспомнить мелодию, которой меня учила мама. Мы сидели в этой комнате. Она заплетала мои волосы в косы и постоянно указывала, каких струн должны касаться пальцы, одна за другой. Когда у меня выходило, мы вместе смеялись. Я поднимала голову вверх, чтобы посмотреть ей в глаза и увидеть гордость. Затем она обнимала меня и целовала нежно в лоб.

Я всегда так сильно боялась разочаровать её. Наверное, всё ещё боюсь. Она никогда не перестанет быть моей матерью. Несмотря ни на что.

— Я знал, что сделал это не зря, — голос над моим ухом рушит всю гармонию.

Открываю глаза. Вся магия исчезла. Поднимаю голову вверх и замечаю Стюарта, который стоит и улыбается, как дурак.

Отталкиваю его обеими руками, когда он наклоняется чуть ближе. Резко подхватываюсь с места, занимая оборонительную позицию. Отхожу от парня на максимальное расстояние, которое вообще возможно в этой комнате. Он лишь усмехается.

Оперевшись на стену, парень внимательно изучает меня, будто видит в первый раз. Улыбка не покидает его лицо.

— Кто тебя вообще сюда пустил? — попытка придать своему голосу больше уверенности с треском провалена. Он звучит как-то слишком волнительно.

— Харпер, — он пожимает плечами. Стюарт делает шаг ко мне навстречу, а я врезаюсь спиной в стену. Затаив дыхание, наблюдаю за тем, как он подходит всё ближе и ближе.

— Зачем ты пришел? — едва ли не пищу. В конце концов, Стюарт просто падает на кровать. Теперь он лежит и глядит в потолок так, как я несколько минут назад.

— Знаешь, а я ведь даже никогда не был в твоей комнате, — задумчиво говорит парень. Он заложил руки за голову, расположившись поудобнее.

— То, что ты попал сюда сегодня — большая ошибка. Так зачем ты пришел? — не унимаюсь. Присев на самый краешек кровати, словно это я в гостях, а не он, даже немного расслабляюсь, хотя присутствие Фостера всё ещё меня напрягает.

— Просто так, — он закрывает глаза.

— Может, мне выйти, чтобы тебе не мешать? — раздраженно бросаю я.

— Нет, можешь присоединиться.

— К чему?

— Чёрт, я сказал это вслух? — Стюарт открывает глаза и громко смеется. Беру в руки подушку и ударяю его что есть силы по голове. — Поверь мне, ты не хочешь, чтобы я сделал то же самое, — он вскакивает на ноги и теперь нас разделяют лишь две сдвинутые кровати. Бросаю в него подушкой. — Ты сама напросилась.

Стюарт, вооружившись моей же подушкой, прыгает на кровать. Точнее на место, где кровати сдвинуты. В ту же секунду до меня доносится звук треска, сопровождаемый громким падением. Вскрикиваю от испуга, закрыв глаза руками. Но когда до меня доносится громкий хохот парня, осмеливаюсь открыть глаза.

Он лежит между двумя раздвинутыми кроватями. Натянутая простынь смягчила его падение. Но после следующего раската смеха он всё же валится на пол, обвитый простынею, словно парашютом после приземления на землю. Его смех меняется на громкое «Ай», после которого я спешу на помощь.

Становлюсь на краешки обеих кроватей, чувствую себя почти, как Ван Дам между двух грузовиков, только не хватает мне ещё сесть в шпагат. Протягиваю руку парню.

Стюарт смотрит на меня с подозрением.

— Я думал, это было спланированное убийство. Ещё не поздно оставить меня здесь доживать мои последние секунды, — он трагично откидывает голову назад, высовывает язык, словно пёс, и начинает мычать, словно погибает в муках.

Закатываю глаза. И в этот момент он хватает меня за руку и тянет на себя. Падаю прямо на Стюарта. Сначала ударяюсь лбом об его плечо, но затем быстро соображаю, что же случилось. Уперевшись ладонями об грудь парня, хочу быстро подняться, но он берет меня за запястья и держит на коротком расстоянии от себя.

— Разве ты жалеешь? — спрашивает он, не отрывая своих глубоких карих глаз от меня. Утопаю в них, как душа моя утопает за кружкой горячего чая зимним холодным вечером.

— О чем? — совсем тихо спрашиваю я в ответ. Внутренний магнит тянет меня ещё ближе к парню. Стюарт опускает глаза на мои губы. Наши носы уже соприкасаются. Дыхания смешиваются. И я готова снова поцеловать его, как вдруг…

— У вас всё в порядке? Я услышала грохот… — Харпер врывается в комнату очень вовремя. — Вот чёрт! Я, кажется, помешала немного…

— Неужели? — язвительно произносит Фостер, чем вызывает улыбку на моем лице.

— Не забудьте только про презервативы, детки, — бросает в ответ сестра, после чего захлопывает дверь.

Падаю Стюарту на грудь и начинаю хохотать. Он тоже разражается громким смехом. Чувствую, как вибрирует всё его тело. Когда поднимаю голову, то замечаю слёзы в уголках его глаз.

— Ладно, это было достаточно неловко, — сквозь смех произносит он.

Момент упущен. Мы поднялись с пола и теперь стоим на расстоянии, словно два незнакомца. Стюарт снова облокотился на стену, но теперь изучает ковер, а не меня. Я же напротив — сверлю его любопытным взглядом.

Мне не стоило спрашивать его дважды, что он имел в виду. Он говорил о том поцелуе. О поцелуе, что убил остатки мыслей о Заке и заставил меня почувствовать то, чего не доводилось чувствовать раньше — заботу и потребность другого человека во мне.

— Я могу ответить на твой вопрос, если ты ответишь на мой. Твой ответ будет решающим, — заявляю я. Стюарт поднимает на меня свои глаза, в которых читается немой вопрос недоумения. Улыбаюсь краешками губ, но улыбка быстро исчезает с моего лица, когда я отваживаюсь задать вопрос, что крутится у меня в голове уже более месяца.

— Это ты сделал то дурацкое фото на вечеринке Зака перед Новым Годом?

Стюарт хмурится, видимо, вспоминая всё как следует. Затем его лицо светлеет, но всего на миг, потому что через секунду смотрит он на меня как-то слишком сердито.

— С чего ты вообще это взяла? Я даже не оставался на ночь в доме Зака. Я ушел домой сразу же после нашей драки, — его слова звучат вполне убедительно и серьёзно.

— Какой ещё драки? — делаю шаг вперед, от чего Стюарт ёжится. Мне не доводилось до этой секунды слышать о какой-то драке. Почему это произошло? Как? Когда?

— Я сказал Заку кое-что, что ему не понравилось. Вот и всё, — Стюарт невинно пожимает плечами, но мне мало этого. Мне нужны подробности!

— Что ты ему сказал?!

— Прости, мне уже пора, — бегло произносит парень. Он с сожалением бросает на меня взгляд на меня, а затем уходит. Боже мой, Стюарт, почему ты такой сложный?

Снова падаю на кровать. Забыв о том, что две части раздвинулись, угождаю прямо на пол. Надо же! Какая удача! Тем не менее, не хочу подниматься. Просто лежу, смотрю в потолок и думаю обо всем сразу. Мысли снова путаются в один большой клубок и давят на меня.

В конце концов, я не нахожу лучше идеи, чем просто выпить чаю. Спустившись вниз, нахожу Харпер, что всё ещё весело щебечется с кем-то по телефону. У неё искры сыплются из глаз, а улыбка так и не сходит с лица. Буду не удивлена, если узнаю, что она говорит по телефону с Флинном. От неё за километр пахнет любовью. Такой приторный сладкий запах, который можно почувствовать везде, где есть Харпер.

Я давно не видела её такой счастливой. По-настоящему счастливой. С Томом она была радостной и оптимистичной. Я и тогда ошибочно думала, что Харпер была счастливой, но теперь я вижу разницу. Разница в том, как она смеется, выпуская наружу свой смех, а не тая его в себе. Или как она говорит — быстро, без устали, не успевает даже делать паузы, так много всего ей хочется сказать. А ещё её походка — легкая, парящая, словно она вся летает, а не идет. Она стала надевать более светлую одежду, каждый день придумывает себе новые прически и красится. Перемены разительны, пусть меня всё ещё смущает тот факт, что делает её счастливой человек, принадлежащий не ей.

Заметив меня, Харпер завершает вызов. Телефон всё ещё зажат в руке, она боится пропустить хотя бы одно сообщение или звонок от него, и мне это даже кажется забавным.

— У вас там, похоже, было весело, — посмеиваясь, говорит девушка. Она забирает у меня из рук чайник, который я хотела поставить на плиту, и делает это за меня. Я же просто иду в гостиную и падаю на диван, оставляя Харпер без ответа. Это было и правда немного неловко.

— Так вы со Стюартом вместе? — продолжает она. Девушка ставит передо мной на стол тарелку с печеньем, и я чувствую, как меня уже от него воротит. — Не пойми меня не правильно, но я не против этого, — Харпер залезает на диван с ногами и берет одну печенюшку.

— С кем ты говорила по телефону? — пытаюсь уйти от этой темы, потому что это слишком запутано и сложно, и я не хочу, чтобы Харпер в это влезала.

— О, с Луизой! Она приедет на следующей неделе, — крошки от печенья падают на диван, но Харпер это мало волнует. Когда мы вообще в последний раз делали генеральную уборку?

— Она приедет к моему дню рождению?

— Да! — весело вскрикивает Харпер у меня прямо над ухом. Едва не глохну, поэтому отодвигаюсь от девушки, что её в очередной раз лишь смешит.

— А как же Фред и дети? — спрашиваю я.

Вдруг мне сильно захотелось мороженого. Учитывая мою тягу к еде в последнее время, это вообще странно, но внезапно у меня прямо во рту появляется вишневый вкус.

— У Фреда отпуск, и он останется с детьми. Быть матерью тоже тяжелая работа, поэтому небольшой отдых не помешает и Луизе.

Подскакиваю с места и направляюсь в коридор. Поспешно надевая на домашнюю и уютную, но не совсем выходную, одежду пальто и ботинки, спешу убежать из дома.

— Что случилось? Куда ты так спешишь? — Харпер бросается за мной следом. Она останавляивается в проходе, провожая меня недоумевающим взглядом.

— Я… Мне чертовски захотелось мороженого, — честно отвечаю я и ухожу, не дождавшись возражений девушки.