Пока не погаснет вечность

Глава 19. Золото в жилах: откровение в плоти

Тишину ночи нарушало лишь потрескивание углей. Далия сидела, поджав ноги, и смотрела на свое отражение в луже воды у костра — бледное, с тёмными кругами под глазами. Она медленно провела ладонью по животу, ещё плоскому, но уже хранящему тайну.

Варион сидел напротив, его пальцы сжимали и разжимали рукоять кинжала — привычный жест, когда он был взволнован.

— Ты уверена? — его голос звучал глухо, будто сквозь зубы.

Далия подняла глаза.

— Да. Я чувствую его.

Она взяла его руку и прижала к своему животу.

— Прямо здесь. Маленькая искра.

Варион замер. Его пальцы дрогнули.

— Но как... как это возможно?

Далия усмехнулась, но в её глазах не было радости.

— Ты что, не знаешь, как это происходит?

— Далия, — он резко сжал её пальцы. — Ты понимаешь, о чём я. Ты — человек. Я — нет. Наш ребёнок...

— Будет первым, — закончила она.

Тишина. Где-то вдали завыл волк.

— Он может убить тебя, — прошептал Варион.

Далия не отвела взгляд.

— Да.

Он резко встал, отбрасывая длинную тень на деревья.

— Тогда мы найдём способ. Ритуал, зелье, чёртову жертву — что угодно!

Далия покачала головой.

— Нет. Я уже искала.

Она потянулась к сумке и достала потрёпанный манускрипт. На страницах были изображены женщины с разорванными животами, чёрные кляксы крови, мёртвые младенцы с клыками...

— Полукровки не рождаются. Они вырываются.

Варион схватил книгу и швырнул её в огонь.

— Нет!

Он опустился перед ней на колени, его руки сжали её плечи.

— Я не позволю.

Далия вздохнула.

— Ты не можешь это остановить.

— Я потеряю тебя! — его голос сорвался, и впервые за сотни лет в нём дрогнула сталь.

Далия прикоснулась к его щеке.

— Но найдёшь его.

Они замерли, лоб в лоб.

— Я не хочу выбирать, — прошептал он.

— Значит, я выберу за нас, — она улыбнулась. — Я выбираю его.

Костер догорал. Где-то в темноте, за пределами их маленького круга света, мир уже менялся. Но сейчас они были просто мужчиной и женщиной. Отцом и матерью. И этого было достаточно.

Угли потрескивали, выбрасывая в ночь искры, как последние звёзды умирающего мира. Далия сидела, обхватив колени, её тень корчилась на скале за спиной – будто отдельное существо, готовое в любой момент броситься в темноту.

Варион стоял перед ней, его лицо, освещённое снизу багровым светом, казалось вырезанным из древнего камня – жёсткое, неподвижное, если бы не глаза. Глаза жили. Горели.

— Ты не понимаешь, — его голос звучал глухо, будто сквозь слои пепла. – Это не просто ребёнок. Это...

— Наш, – перебила Далия, поднимая взгляд.

Он резко сжал кулаки, и сухожилия на руках выступили, как струны.

— Это убийца! – голос его сорвался, превратившись в рычание. – Он выест тебя изнутри, как червь яблоко! Ты видела эти рисунки!

Далия медленно поднялась. В её движениях не было прежней лёгкости – только тяжёлая, страшная решимость.

— А ты видел его глаза? – она взяла его руку и прижала к своему животу. – Он уже снится мне. Каждую ночь. У него...

Её голос дрогнул.

— У него твои брови.

Варион дёрнулся, будто от удара.

— Не делай этого, – прошептал он. – Пожалуйста.

Это «пожалуйста» висело между ними – хрупкое, незнакомое. Слово, которое никогда не срывалось с его губ за триста лет жизни.

Далия покачала головой, и две слезы скатились по щекам, отражая огонь, как жидкое золото.

— Я уже люблю его.

Варион отшатнулся.

— Ты выбираешь смерть.

— Я выбираю жизнь, – поправила она. – Просто не свою.

Тишина.

Где-то далеко завыл ветер – или может, один из тех существ, что уже шли по их следу. Варион вдруг рухнул перед ней на колени, его руки сжали её бёдра с такой силой, что должно было остаться синяки.

— Я найду способ, – зашептал он в складки её платья. – Поклянись, что продержишься, пока я...

Далия опустила пальцы в его волосы.

— Я сильная.

— Ненадолго, – он поднял лицо, и в его глазах стояло что-то дикое, первобытное. – Но я не переживу, если...

Она закрыла ему рот ладонью.

— Тогда научись.

Их лбы соприкоснулись. Огонь догорел.

Где-то за спиной у Далии, в темноте, что-то шевельнулось – может, зверь, может, тень. А может, будущее. Живое и голодное. И уже такое любимое.

***

Далия ощутила сначала тепло - странное, пульсирующее, будто под кожей у неё забилось второе сердце. Пальцы сами собой потянулись к бокалу с водой, но в последний момент стекло выскользнуло из пальцев, разбившись о каменный пол с хрустальным звоном.

— Ай! - её вскрик прозвучал больше от неожиданности, чем от боли. На ладони зиял неглубокий порез, из которого сочилась алая нить. Но что-то было не так... Кровь... Она переливалась.

Не просто текла, а жила собственной жизнью. В каждой капле, в каждом ручейке, стекающем по бледной коже, танцевали золотые искры - крошечные, как пыльца волшебных цветов, но невероятно яркие. Они пульсировали в такт её учащённому дыханию, будто пытались что-то сказать.

— Варион... - её голос дрогнул, став чужим в собственных ушах.

Он материализовался из тьмы мгновенно, как будто почувствовал её смятение ещё до зова. Его холодные руки обхватили её запястье с неожиданной нежностью, но когда он увидел золото в её крови, пальцы вдруг сжались так, что кости хрустнули.

— Это... - его веки дрогнули, и Далия впервые увидела в этих древних глазах нечто похожее на страх.

Она почувствовала, как что-то переворачивается у неё внутри. Не ребёнок - нечто глубже.

— Что со мной происходит? - её шёпот был едва слышен.

Варион медленно, почти благоговейно провёл пальцем по её ране. Золотые искры тут же обвили его палец, как крошечные змейки, и Далия почувствовала странный толчок где-то в глубине живота - не физический, а скорее... осознание.