Пока не рухнут небеса. Ленивый цветок.

Глава 31

Завтра

— Я отпрыск японского мультимиллиардера, разбогатевшего на продаже продуктов питания. Сеть круглосуточных магазинов «Окономи» — его собственность. Более половины товаров, которые там продаются, он производит сам на своих заводах. Основные покупатели — школьники и офисные работники. Япония славится своими трудоголиками, и они закупаются едой именно в его магазинах. Не найти в Японии места, где внутри такого магазина не было бы людей. Ещё один плюс — повсеместность. Они были в любой глуши.

— Но к чему ты это? — спросил Алексей, заметив, что Камина явно отошёл от темы.

— Да, прости, что-то меня занесло не туда.

— Совсем не туда.

Камина усмехнулся, криво улыбнувшись, но продолжил:

— Семья состояла из четырёх человек, включая меня. У меня были и мама, и папа, и младшая сестра. Именно за ней я и пришёл в эту Башню, её я здесь разыскиваю. Мою сестрёнку звали...

— Как мило.

Рассказ Камины прервался. И не сам собой — его кто-то перебил. Алексей раздражённо стиснул зубы и обернулся на того, кто посмел нарушить самый интересный момент. Камина последовал за его взглядом. Парни увидели мужчину средних лет в строгом костюме. Некогда, совсем недавно, оба работали под его началом. Это был Луи.

Камина испуганно отшатнулся назад, но Луи лишь шире улыбнулся и мирно поднял ладонь.

— Не бойтесь. Я изначально знал, что ты — разыскиваемый Камина. Я о вас не рассказал, не выдал, а сейчас, как видите, мне некому вас показывать. В этом городе никого не осталось, кроме троих детей королевской семьи.

В его голосе послышалась лёгкая горечь, но не та, что появляется у человека, действительно сожалеющего о сказанном. Скорее это походило на насмешку над королевской семьёй. Он словно издевался над ними. Впрочем, это была лишь мимолётная интонация, так что истинные намерения Луи не суждено было узнать никому, кроме него самого.

— Но я пришёл не просто так. Сейчас все трое оплакивают смерть Гиацинта, вот я и ушёл, чтобы не мешаться.

— Значит, ты даже слезу не пролил? — злобно пробормотал Камина.

— И правда, — усмехнулся Луи. — Так вот, я пришёл поговорить с тобой, Алексей.

Алексей насторожился и вопросительно посмотрел на него.

— О чём именно?

— Это не для лишних ушей.

Алексей повернулся к Камине, и тот, кивнув, направился в замок — туда, куда ранее ушли Май с Сайкью.

Он шагал по пустому коридору. На полу валялись обломки замка, но это не наполняло пространство, не делало его уютным, а тем более живым. Вокруг царило разрушение, идти по нему было почти жутко. Но неприятный путь длился недолго — вскоре он упёрся в проём тронного зала.

Камина осмотрел комнату. Взгляд открывал ту же картину, что предстала перед Альфонсом при входе. Вот только сейчас Камина видел её своими глазами, а ещё в зале появились недавно пришедшие Май и Сайкью.

Было ещё одно важное отличие: настроение присутствующих. Теперь они не выглядели подавленными — напротив, в их взглядах пылала решимость, а теплота наполняла зал. И всё же печаль никуда не делась и не могла исчезнуть просто так. Смерть дорогого человека нельзя забыть так быстро. Они не настолько бездушны.

— Что тут? — вместо приветствия спросил Камина и помахал рукой.

Сайкью стеснительно помахала ему в ответ — об этом её попросила Май. За то, что подруга выполнила просьбу, Май погладила её по голове. Выглядело это очень мило, но к вопросу Камины не относилось.

На вопрос решил ответить Лавр — он, по крайней мере, не состоял с Каминой во враждебных отношениях.

— Мы только что узнали о смерти Гиацинта. Он упал с неба. Мы пока не поняли, кто его убил и почему он материализовался из свечения, но это не отменяет факта его гибели. В его кармане мы нашли прощальные письма, адресованные нам. Сейчас читаем и узнаём много приятного, чего он не показывал последние несколько лет.

Камина заинтересованно промычал, мол, ясненько. И вдруг позади раздались шаги. Камина и все остальные обернулись и увидели Алексея, а за ним — Луи.

Главный слуга спокойно улыбался, сложив руки за спину, что резко контрастировало с настроением Алексея. Парень, в отличие от Луи, выглядел крайне напряжённо. Его взгляд был прикован к пыльному полу, где почти незаметными пятнами темнели следы подошв.

— Что такое?

Этот вопрос мучил каждого, кто видел Алексея, но осмелился задать его только Камина. Однако прежде чем прозвучал ответ, повисла напряжённая, долгая пауза. Наконец Алексей поднял лицо. Глаза его дрожали, как и губы, которые наконец разомкнулись:

— Я ухожу из команды «Окономи».

— Ч-что..?

— Я ухожу в другую команду.

Зал наполнился тишиной. Даже те, кто не до конца понимал ситуацию, молчали. Каждый кожей ощутил тяжёлое напряжение, повисшее в воздухе.

— Да что ты, чёрт возьми, такое говоришь?!

Камина нарушил молчание криком. Его лицо исказила неподдельная ярость.

— Камина...

Май, чьи глаза заметались между ними, испуганно прошептала его имя.

Камина несколькими шагами вплотную приблизился к своему, уже бывшему, напарнику и схватил того за воротник потрёпанного костюма. Алексей смотрел ему прямо в глаза, не скрывая серьёзности.

— Повтори.

Алексей явно не лгал.

— Я ухожу из команды «Окономи».

Руки Камины задрожали от пылающей ярости. Дрожащий кулак взметнулся перед лицом Алексея и в то же мгновение стремительно понёсся вперёд. Это должен был быть сильный удар. Алексей знал это, но не пытался уклониться — он лишь безнадёжно стоял, ни один мускул на его лице не дрогнул. Но когда до удара оставалось несколько сантиметров, руку Камины легко перехватил Луи. На лице слуги сияла широкая, почти злорадная улыбка.

— Невежливо так прощаться.

Даже в такой момент Луи находил место для своих подколов, которые лишь сильнее злили Камину.

— Свали! Это наше дело! Тебя вообще не касается!

Камина пытался продолжить удар, толкая руку вперёд, и кричал на Луи, но тот не реагировал.