Пока сердце не выберет

Глава 1.

Лес был похож на тёмного и бесконечно голодного хищника, поглощающего каждого, кто зайдет на его территорию. Он будто давал фору в пару шагов, а после нагонял, протягивая корни и ветви деревьев за нами, создавая ловушки.

Даже дети знают: в Лунную Эпоху приближаться к лесу опасно. Заходить в него — верная смерть. Выжить здесь могли лишь матерые авантюристы и то только в сопровождении колдунов, способных управлять магией, пока её потоки не вышли из-под контроля.

Лучше всех себя чувствовали оборотни. Их вторая натура, пробуждающаяся только в этот период, была как дома в диком, искривлённым лунной силой мире.

В эту Эпоху природа наполнялась дикой магией. И не всегда безвредной.

Стоит только потерять бдительность — коварные иллюзии или выбросы магических потоков лишат жизни.

В Солнечную Эпоху магия, наоборот, полностью пропадала, лишая колдунов возможности творить заклинания, а оборотней — способности оборачиваться. Зато процветала торговля, и люди не боялись отходить от поселений. Мир вокруг был относительно безопасен на целый год!

Ночные звуки окружали нас со всех сторон, но мы оба знали, что более реальная угроза сейчас вовсе не природа. Преследователи — очередные наемники, в который раз посланные за мной, не отставали уже битый час.

Поначалу их было значительно больше, и если бы мы не рискнули зайти в лес, то наемников ожидал успех. А так природа была одновременно и нашим врагом, и союзником.

Грудь жгло, дыхание сбивалось. Плотный и влажный воздух резал лёгкие. С каждым шагом темнота сгущалась, будто нависала сверху и готовилась сомкнуться.

Я в очередной раз споткнулась о скрытый в траве корень и едва не выругалась вслух. Пальцы судорожно сжали рукоять кинжала, что когда-то подарил мне Ольгерд.

Тот шёл впереди, не создавая ни малейшего звука, а фигура почти сливалась с тенью деревьев. Вампир двигался так, будто не убегал, а прогуливался.

—Ты и правда выживала всё это время одна? — не оборачиваясь, бросил он. — С таким грохотом тебя бы услышал и глухой медведь.

— Прости, что не умею красться, как ночной ужас из сказок! — буркнула я, вытирая пот со лба. — Люди, знаешь ли, устают. И иногда спотыкаются.

Он всё-таки обернулся. В темноте глаза вампира сверкнули, как сталь под лунным светом.

— Даже люди умеют быть тише, если хотят остаться в живых, — нравоучительно заметил он.

Сил почти не оставалось, но я всё равно демонстративно закатила глаза. Этот его тон, эта вечная уверенность в своей правоте, раздражали до скрежета зубов.

И всё-таки, будь он неладен, он почти всегда оказывался прав. За месяцы, что мы были вместе, я не раз в этом убедилась.

Как же я вообще дожила до этого момента? Вспомнилась та ночь в таверне…

Три месяца назад:

«Хуже места в округе просто не найдёшь», — мрачно думала я, сидя в углу старой таверны и тщетно пытаясь убедить себя, что для ночлега это лучше, чем вовсе ничего. Само здание выглядело так, будто держалось на честном слове — кривые стены, потемневшие от сырости брёвна, крыша, из-под которой мох уже вовсю лез внутрь. Стоило ветру подуть посильнее — и весь этот карточный домик разлетелся бы к демонам.

Вокруг была забытая духами деревушка у озера с самыми кровожадными комарами, что мне доводилось встречать. Щели в стенах были такими, что через них спокойно прошмыгнула бы крыса, не то что мелкая кровопийца!

«Не думай об этом. Не думай», — твердила я себе, вжимаясь в угол зала. Голова раскалывалась. Боль накатывала вспышками, заставляя зажмуриваться и затаивать дыхание, как будто это могло хоть как-то помочь.

Желудок сводило от голода. Даже та мутная жижа, что здесь гордо именовалась мясной похлёбкой, казалась соблазнительной.

Я держала ложку в одной руке, а другой придерживала накинутый капюшон, скрывающий лицо. Хотя здесь всем было на меня всё равно, но осторожность уже выработалась за месяцы бегства.

В перерывах между глотками я ловила обрывки разговоров. За соседним столом местные уже крепко набрались, и голоса становились всё громче.

— Говорю тебе, магия в лесу совсем с ума сошла! Давно такого не было. Ох, тяжелая будет Эпоха. А ведь только началась! — рявкнул здоровяк с рыжей бородой, вздымая кружку. Пиво плескалось на пол, но ему было всё равно. — Я сам вчера туда ходил — светится всё! Деревья шепчут, будто друг с другом разговаривают.

— Да ты просто пьян был, Борн, — хмыкнул его тощий собутыльник, почесав длинный нос. — Наверняка тебе и звёзды на небе показались заклинаниями.

Раздался общий хохот. Борн стукнул кружкой по столу так, что пена вылилась на стол.

— А вот и нет! Это колдуны! Их там развелось, как крыс. Магия от них и взбесилась.

— Тише ты, пьянь, — буркнул третий, с морщинистым лицом. — Такие слова тебе могут боком выйти...

— Сам заткнись! Я слышал, что колдуны кого-то ищут. Даже стражников напрягли!

— И кого же, а? Девственниц на единорогах? — хмыкнул тощий.

— А мне тётка говорила, в городе девушки на воротах проходили досмотр, — неожиданно подала голос подносившая кружки девица. — Стража ищет какую-то колдунью.

Ложка в моей руке замерла на полпути ко рту. Внутри всё похолодело.

— Вот! Во-о-от! — обрадованно заорал Борн, хватаясь за слова подавальщицы, как за последнюю соломинку. — Значит, не врут. Кого-то серьёзного ищут. А как найдут — и лес, глядишь, угомонится…

— Приметы-то хоть есть? Красивая баба?

Собутыльники дружно захихикали.

— Никто толком не знает, — буркнула девица. — Вроде молодых только смотрят.

— Надо в стражники податься — девок проверять, — расхохотался один из них. По залу прокатился гогот.

Слушать это я больше не могла, мне срочно нужно было на воздух! Натянув капюшон поглубже, я кое-как выбралась наружу на ватных ногах. Прислонившись спиной к стене, сползла на землю, обхватив раскалывающуюся голову руками.