Пока ты не исчез

Глава 3. Всё рушится

После школы Элизабет, как и просили, отвезла Джаспера к бабушке. Он всё время ныл по поводу пробок, жаловался на кондиционер в машине и смотрел в телефон.

Она молчала. Мысли были далеко отсюда.

Когда она вернулась домой, солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая белоснежный фасад их дома в тёплый золотистый цвет. Внутри было непривычно тихо. Не слышно ни шороха, ни голосов прислуги, ни звуков телевизора. Тишина будто сгущалась.

В гостиной на диване сидели родители. Кэтрин — прямая спина, скрещённые руки, побелевшие костяшки пальцев. Льюис — сгорбленный, лицо в тени, глаза потухшие. Между ними стояла чашка с уже остывшим чаем. Ни один её не пил.

— Вы что-то хотели обсудить? — осторожно спросила Элизабет, снимая рюкзак.

Кэтрин первой подняла взгляд. В её глазах было всё — усталость, тревога, страх.

— Садись, Эли, — тихо сказала она. — Нам нужно поговорить.

Элизабет села напротив. Сердце стучало громче, чем она хотела показывать.

— Всё серьёзно? — прошептала она.

— Очень, — ответил Льюис. Его голос был хриплым, будто он целый день молчал.

Кэтрин посмотрела на мужа, потом снова на дочь.

— Наш бизнес… мы теряем всё. Партнёры вышли из дела, счета заморожены, судебный иск… Всё сразу.

— Мы пытались удержать, — добавил Льюис. — Но не успели. И теперь…

Он запнулся.

— Мы продаём дом, Эли, — сказала Кэтрин. — Мы не сможем больше позволить себе всё это. Ни особняка, ни водителей, ни школу.

Элизабет на мгновение опустила глаза. Но потом подняла голову — спокойно, твёрдо:

— Хорошо.

Родители удивлённо посмотрели на неё.

— Правда, — сказала она. — Это не страшно. Я давно чувствовала, что живу не своей жизнью. Может… может, это даже к лучшему. Мы будем вместе — и это главное.

У Кэтрин задрожали губы. Впервые за весь день с её лица сошла маска.

— Прости нас, детка… — выдохнула она. — Нам так стыдно.

— Не за что. Я с вами. А Джаспер… — она запнулась. — Он, наверное, примет это хуже.

— Мы скажем ему завтра, — сказал Льюис, тяжело вставая. — Поздно, он устал, а разговор будет непростой. Ему будет тяжело отказаться от всего, что он считает частью себя.

Кэтрин подошла к Элизабет и крепко обняла её. Она не плакала. Просто держала. Тихо, крепко, будто это единственное, что ещё можно было держать в этом рушащемся мире.

Элизабет смотрела в окно. Закат опускался на их прежнюю жизнь. А впереди — начиналась другая. Совсем другая.

На следующий день солнце разбудило Элизабет раньше обычного. Яркий свет пробивался сквозь плотные шторы, ложился тёплым пятном прямо ей на лицо. Она прищурилась, повернулась на бок, но не смогла снова уснуть.

Был выходной. Обычно она наслаждалась такими днями: дольше валялась в кровати, читала или просто слушала музыку, пока внизу что-то готовила прислуга. Но сегодня — всё иначе.

Она лежала, глядя в потолок, и чувствовала, как в груди тяжелеет тревога. Сегодня им предстоит сказать Джасперу правду. И она знала: он воспримет это совсем не так, как она.

Поднявшись, она подошла к окну и распахнула шторы. Яркое утро не приносило облегчения. Мир снаружи остался прежним: ухоженный сад, роскошный фасад дома, свежевымытая подъездная дорожка. Только для неё — всё уже было не тем. Всё это — временно.

Она оделась быстро и просто: джинсы, майка, свитер на плечи. Завязав волосы в небрежный хвост, спустилась вниз. Родители были на кухне — Кэтрин стояла у кофемашины, Льюис читал газету, хотя взгляд его был пустым.

— Доброе утро, — сказала Элизабет.

— Доброе, — отозвалась мать, натянуто улыбнувшись. — Мы думали тебя не будить… Ты рано.

— Я почти не спала, — призналась она, наливая себе воды. — Сейчас поеду за Джаспером. Когда он вернётся — расскажем?

Кэтрин кивнула. Она держала чашку кофе обеими руками, будто та могла согреть не только тело, но и душу. Льюис просто молча опустил газету.

— Я постараюсь быть рядом, когда вы будете говорить, — продолжила Элизабет. — Он… он не готов к такому. Но я помогу.

— Ты стала такой взрослой, — прошептала Кэтрин и отвернулась к окну.

Элизабет взяла ключи от машины и направилась к двери. За ней хлопнула тишина.

Скоро Джаспер вернётся домой. Дом, который уже перестаёт быть их домом. И после этого утра всё изменится.