Пока ты не полюбишь

Глава 4

Они приехали в загородный особняк под самый закат — дом возвышался на холме, укутанный в тишину и запах хвои.

Он был холодным, строгим, как сам хозяин: высокие окна, тёмная крыша, идеально подстриженный сад без ни единого лишнего цветка.

Здесь всё кричало о порядке, деньгах и дистанции.

Но когда она ступила на крыльцо, ей показалось — этот дом тоже умеет ждать.

Как и она — его тепла, которого он не торопился отдавать.

Собрались семьи, партнёры, все, кто имеет значение в их мире.

Их ждали как пару.

Их снимали.

Им улыбались.

Она — в белом свитере и юбке до колен. Улыбка мягкая, руки в карманах.

Он — в пальто и равнодушии.

И только Вика отсутствовала. Но её имя всё равно висело в воздухе — невидимой угрозой.

— Надолго мы здесь ? — спросила Дарья, когда они остались одни в комнате для гостей.

— До воскресенья.

— Три ночи?

— Всего лишь. Потерпим.

Она подошла к окну, не оборачиваясь.

— Хочешь знать, почему я согласилась на брак?

— Ты уже говорила. Любовь.

— Нет. Надежда.

Я надеялась, что хотя бы раз ты посмотришь на меня так, как смотришь на неё.

Он замер.

В тишине — только их дыхание.

— А теперь?

— Теперь я хочу, чтобы ты смотрел на меня иначе. Не как на “её замену”. А как на меня.

Вечер опускался медленно, словно давая гостям время привыкнуть к роскоши.

Фуршет в загородном особняке был безупречным — мягкий свет хрустальных люстр отражался в бокалах, смех тонко смешивался с музыкой, а в воздухе витал аромат дорогих духов и сложных интриг.

Мужчины обсуждали бизнес на фоне каминного тепла.

Дарья ушла пообщаться с девушками.

Никита остался у бара.

И впервые — заметил : мужчины смотрят на неё.

Не как на его “жёнушку”, а как на женщину.

Она смеялась.

Кто-то прикоснулся к её руке.

Кто-то наклонился слишком близко.

Он встал, подошел.

Резко. Быстро.

— Нам пора.

— Но я только начала разговаривать.

— Дарья. Сейчас же.

— Никита? В чем проблема?

Он взял её за руку.

Не мягко. Властно.

И увел из зала.

— Что это было? — она вырывает руку.

— Ты флиртовала. Веди себя подобающе. Ты моя жена.

— Ничего такого не было.

— Ты принадлежишь мне. У нас контракт.

— Хорошо. Я твоя жена, но не твоя вещь.

Он подошел еще ближе:

— Тогда почему я хочу тебя ударить за каждый твой взгляд не на меня?

Дарья начала резко дышать.

Глаза напротив.

— Поздравляю. Теперь ты тоже знаешь, что такое ревность.

После её слов он развернулся и ушёл — резко, будто спасался бегством не от неё, а от самого себя.

Дверь хлопнула сдержанно, но в её груди отозвалась громом.

Он не хотел признавать, что это была ревность.

Что в каждом её слове ему слышался вызов: «Ты чувствуешь. Ты не равнодушен».

Но гордость взяла верх, и теперь только её тишина знала, как сильно он хотел остаться.