Пока ты не знал, кто я

Глава 1. А у вас? — А у нас!

Если бы кто-нибудь захотел снять сериал про богатых соседей с прицелом на многосерийную драму с комедийным уклоном, идеальным названием было бы:

«Волины против Миловых. Кто начнёт первым».

С одной стороны — Павел Андреевич Волин, бизнесмен, вдовец, человек, у которого даже кофе в чашке стоит по струнке. У него всё структурировано, отсортировано и выверено, как Excel-таблица с формулами. Даже сын — Марк — получился почти стерильным, без вирусов и сомнений. Ну, почти.

С другой — Игорь Сергеевич Милов, тоже бизнесмен, но из тех, кто считает, что вдохновение важнее регламента, а деловая встреча может начаться и в бане, и в караоке. Ещё у него есть жена — Карина Аркадьевна Милова, та самая, которая одновременно ведёт сторис, собирает гостей на гала-ужин и даёт коту валерьянку, потому что "ему тоже надо расслабиться".

И всё бы ничего — живут себе в Подмосковье, в соседних посёлках, по разным сторонам от Звенигорода.

У Волина — дом в «Усадьбе Аристово», строгий фасад, аккуратный газон, английский сад и собака по имени Байрон, которая цитирует взглядом Шекспира.

У Миловых — особняк в «Никольской Слободе»: белый камень, колонны, шторы в стиле «а-ля Версаль», и громкий бассейн, в котором весёлые люди, по слухам, отмечали Хэллоуин в июне.

Они могли бы просто махать друг другу издалека, не пересекаться, и жить, как приличные богатые люди. Но у них была общая ошибка — один бизнес-проект.

Пять лет назад Павел и Игорь решили открыть сеть элитных ветеринарных центров. Волин — международник, серьёзный, с выходом на инвестиции и британские консалтинговые компании. Милов — креативщик, общительный, со связями в российских регионах и в тусовке. У него были связи, у Волина — структура. Казалось бы, идеальный дуэт.

Они даже зарегистрировали совместный бренд, оформили архитектуру франшизы, разработали логотип (в виде стильного силуэта лабрадора с короной — Карина настояла), и начали переговоры с первым инвестором.

А потом… случился «финансовый дзен».

Милов внезапно вышел из проекта, обвинив Волина в попытке перехвата контроля. Волин, в свою очередь, подал иск за срыв соглашения, а затем и за моральный ущерб. Милов ответил встречным иском — за клевету и «системное давление».

С тех пор они не здороваются. Они бодро судятся.

— Эти Миловы — клоуны, — буркнул как-то Павел, просматривая финансовые отчёты сына. — Карикатура на бизнес. Громко говорят, мало делают. Он бы даже кофе себе не сварил без светской жены и Wi-Fi.

Марк, его двадцатишестилетний сын, кивнул рассеянно и пожал плечами:

— Но при этом им принадлежат три бренда кофеен в Москве, пап. Один из них с названием «Фильтр и флирт». Ты бы удивился — там всегда очередь.

— Очередь бывает и в приёмный покой, Марк, — вздохнул Павел. — Не значит, что это признак успеха.

Тем временем в соседнем доме, в розовой ванной с видом на рощу и соседский забор, Карина записывала утренний сторис.

— Девочки, я сегодня вся на нервах! Готовим гала-ужин! Вечер, посвящённый помощи животным! Обязательно приходите! А ещё…

(тут она подозрительно понизила голос)

— …эти Волины снова подали иск. Ну, ничего! Мы переживём и это. Подумаешь, жаба в пиджаке.

На кухне Игорь в халате и с чашкой латте философствовал:

— Деньги — это поток, Кариночка. А Павел — это плотина. Он всё держит в себе. Потому и седой такой. А у нас — воздух, жизнь, энергия!

Удивительно, но их дети — Саша Милова и Марк Волин — даже не знакомы. Хотя жили буквально в пятнадцати минутах езды, учились в престижных вузах и наверняка ходили по одним супермаркетам, только Саша — за кормом для кота, а Марк — за минералкой без газа и сыром с плесенью.

Но вскоре это изменится.

И всё начнётся не с делового звонка, не с светского приёма и даже не с новой волны судебных тяжб.

Всё начнётся с одной собаки, одного укола и одной девушки, которая решила переиграть всех.

Но об этом — позже.