Пока ты не знал, кто я

Глава 7. Две жизни — один я… то есть одна я!

— А можно… тебя как-нибудь найти ВКонтакте? — небрежно обронил Марк, когда они прощались у пятиэтажки в Звенигороде.

Саша застыла. Не моргнула. Даже ресницы решили не рисковать.

Чёрт. ВК. Вот этого она не продумала.

— Конечно, — выдала она с очаровательной натяжкой. — Найди по фамилии Морозова. Алена. Там я с котиком на аватарке. Ну, серый такой, важный.

Серого котика, правда, ещё предстояло завести. И аккаунт. И биографию. И желательно — ещё одну личность, которая не спалит, что на самом деле зовут тебя Александра Милова и у тебя есть мама с инстаграмом «@КоролеваБлаготворительности».

Вечером, дома, Саша скинула пальто и почти в прыжке приземлилась на кровать.

Мозг был похож на ноутбук с шестнадцатью вкладками:

"А если он увидит мою настоящую страницу?"

"А если я напишу с фейковой — и он заподозрит?"

"А если вообще бросить всё, уйти в монастырь и лечить ежей?"

Всё решило сообщение от Миланы:

Мила:

«/Смайлик/ Ты уже с ним поцеловалась или пока только душой?»

Саша:

«Я в панике. Он попросил ВК».

Мила:

«Ой, детка. Тут нам нужен спец. Или фейковый профиль. Давай срочно сделаем тебе «Алену Морозову».

Саша:

«Мила. Это подделка документов.

Или почти».

Мила:

«Да ладно тебе. Это undercover love-mission. Я такое ещё в 9 классе провернула, когда за мальчиком из параллели следила. Всё сработало... /Смайлик/»

Саша скривилась, но… дело было сделано.

Профиль создали за час.

Аватарка — котик.

Фон — полевые цветы.

Музыка — Тина Кароль (немного трагичности в легенду).

Интересы: «Животные. Лес. Люди с хорошими глазами».

— Ты серьёзно написала это про глаза? — фыркнула Саша.

— Конечно. Ты что, не в курсе? Все мужики любят, когда им пишут, что у них глаза "как озёра". Даже если это Финский залив.

Сообщение пришло в семнадцать минут одинадчюцатого.

Марк Волин:

«Нашёл тебя, Алена. Рад. Байрон передаёт лай. /Смайлик/»

Алена Морозова:

«Передай Байрону, — привет. /Смайлик/»

Марк смеялся. По-настоящему. Смеялся так, что даже Байрон в ногах дёрнул ухом.

Она — настоящая. Весёлая, с характером. Без всей этой шелухи, от которой он устал по самое «хватит».

Он целый день не мог выбросить её из головы. Серьёзно. Юрист, серьезный, а мозг как у шестнадцатилетнего влюблённого ботаника.

«Понравилась. Что теперь?» — спрашивал он себя в машине, в ванной. Даже Байрон как будто косился: «Соберись уже, человек».

Он снова написал:

Марк Волин:

«Ты завтра работаешь?»

Алена Морозова:

«Угу. С девяти до четырёх. А после — лечу домой».

«А что?»

Марк Волин:

«Ничего. Просто думаю, как заманить тебя в парк снова. Байрону явно нужен воздух».

Алена Морозова:

«И романтика, ага. Кому-то из вас нужно привыкнуть к уколам. /Смайлик/»

Саша откинулась на подушку.

На экране — его аватарка.

В голове — "Саша, ты с ума сошла", "Саша, ты не справишься", "Саша, ты уже по уши".

Пальцы набирали автоматом:

Алена Морозова:

«Спокойной ночи вам обоим».

Марк Волин:

Спокойной.

«Ты мне сегодня снилась».

«Ты меня пугала шприцом и смеялась».

«Было мило».

Саша застыла.

Потом перевернулась лицом в подушку и заорала. Беззвучно. Потому что мама в соседней комнате снимала рилс про вечернюю маску «для сияния кожи и семейного уюта».

— О господи, — прошептала Саша. — Я влюбилась в сына человека, которого мой отец называет “сухарь в галстуке”. И теперь он мне пишет сны.